Чтение онлайн

— Вы защитили Сферу Познания заклинанием? — догадалась я.

— Да, и не самым простым. Моё собственное изобретение, рассчитанное на глазок, и не разу не испытанное. Если бы я не успел, от Роддерика Ол'хала осталась бы кучка пепла. Подсознательно я этого не допустил. За секунду до того, как вся энергия направилась бы на незадачливого гостя, я выпустил контр заклинание, рассчитанное за доли секунды и ещё с большей погрешностью. — Он опять выпил несколько глотков воды, помолчал, словно собираясь с силами, потом не хотя продолжил. — Я спас того, кто пришёл воровать. Глупо? Наверное, но тогда человеческая жизнь показалась мне гораздо бесценнее. — Странно, а теперь он что, так не считает?! — Его я спас, зато всё то энергетическое поле, которое было призвано защищать Сферу, пошло по неправильному вектору, сжигая мою руку.

— Боги! — Значит, именно так Мастер потерял руку? Значит, в этом виновен никто иной, как мой отец? Его весёлое приключение в Таурмане имёло столь серьезные последствия.

— Ириана, я не виню его в этом. — Мастер снова прочитал мои мысли, выдернув из небытия. — Эта была моя ошибка, мой просчёт, за который мне пришлось расплачиваться всю мою жизнь. Если бы самым ужасным последствием этой истории была лишь потеря руки, — я был бы счастлив. Но тогда от боли моё сознание помутилось. Всё происходило глубокой ночью, Замок крепко спал, и никто так и не узнал, что случилось непоправимое. Так что, когда я очнулся, прошло уже несколько часов, Роддерики унёс Сферу, догонять его было уже поздно. Единственное, что мне оставалось — это зализывать раны. Кое-как я добрался до своих покоев и закрылся на месяц. Та ночь стала самой ужасной в моей жизни. После неё я постарел на двадцать лет, потерял здоровье, и чуть было не лишился рассудка. Однако я был Главой Таурмана, именно это и вытянуло меня из того шаткого состояния. Замок никогда не должен оставаться без Хозяина. По-моему, он сам следит за этим. — Боги, как же он терпел меня всё это время?! — Со временем, я смирился с таким положением дел, и понял, что теперь моя самая первая и самая главная обязанность, заключалось в том, чтобы вырастить достойного Наследника. Я чувствовал, что нельзя терять времени, и через три месяца после той злополучной ночи, я нанёс первый визит в родовой дом Ол'Хала. — Его губы искривились в расстроенной улыбке. — Они встретили меня, как цепного пса, выброшенного за ненадобностью. Кончено, им казалось, что в этой ситуации победили они. Их мечта сбылась, младенец при рождении получит благодать. Они просто лопались от своего будущего величия, толком не понимая, что перекроили своему наследнику судьбу, и потеряли ребёнка ещё до рождения. Не знаю, поняли они это до своего смертного часа или нет. — Он снова сделал паузу. Я видела, что силы покидали его.

— Наверное, — да. — Он поднял на меня глаза, а я продолжила. — Отец что-то почувствовал ещё до бунта. Его гордость постепенно сменялась апатией, и страхом. Думаю, он жалел о сделанном, в отличие от мамы.

— Это уже не важно. Тогда я узнал, в каком часу произошло зачатие, просчитал день, а точнее, ночь родов и принял первенца сам. Все знаки его рождения совпали: он родился в ту самую секунду, которую я выысчитал, под нужными звёздами и светилами, а через мгновение после его первого крика на небе загорелась звезда Ортиниана, более удачного знака быть просто не могло. — Да, звезда Ортиниана загорается на небесном своде только перед самыми значимыми событиями человечества. До нас дошли сведенья только о пяти подобных случаях за всю историю. Значит, рождение моего брата было шестым. — Всё сбылось так, как должно. Никто даже и не подумал обратить внимание на то, что мальчик был первым ребёнком, но не единственным. Вслед за ним, родилась ещё девочка. Да, — это было необычно, странно, но в то же время в жизни бывает всякое. Особенно, когда родители пошли против воли Мастера. Я следил за Наследником, посещал его каждые два-три месяца, и с ужасом понимал, что с каждым посещением ребёнок становиться всё более неуправляемым и заносчивым. Родители не хотели понимать, какая суровая жизнь ждёт их отпрыска на острове, не хотели меня слушать, а забрать ребёнка из семьи, раньше, чем в десять лет я не имел никакого права. Мне оставалось только молча смотреть. — Странно, за всё детство я не помню ни одного его визита, хотя меня это и не касалось. Меня родители вообще собирались отдать в монастырь, поэтому не слишком радели о моём образовании и воспитании. — Однако он был довольно умным и способным, усваивал магию даже без тренировок. Словом, я знал, с ним придётся тяжело, но из него ещё мог выйти толк. Правда, жизнь вновь внесла свои коррективы. Случился бунт лиминов. — Мастер стал говорить ещё тише, словно выдавливая каждое слово с трудом. — Хотя назвать этот ужас „бунтом лиминов“ не справедливо. Они были лишь инструментом, в других, более опытных руках. Вначале, ставилась задача истребить только несколько родов, а потом… — Он тяжело замолчал, опустил глаза. Значит, и ему разговоры на эту тему причиняли боль. — Перегрызлись те, кто всё это придумал, а запущенный механизм, лишившись должного контроля, зажил своей собственной жизнью. Меня часто обвиняли в том, что я не вмешался сам, и не позволил вмешаться другим. Этот укор я тоже приму. За это решение я несу полную ответственность. — Он снова замолчал. Выжидательно посмотрел на меня. Это было не моё дело, это было не моё решение, но я всё же спросила.

— Почему Вы тогда не вмешались?!

— Вначале я думал, что так даже будет лучше. Элитары так долго были хозяевами жизни, что со временем превратились в подлецов, не знающих добра. То, что сделал твой отец всего лишь маленький эпизод в очень большой череде событий. К тому же, я не бог. Это я знаю слишком хорошо. Я могу помочь не принимать решение, я могу дать совет, я могу вмешаться, если кто-то осознал свою ошибку и просит о помощи, но я никто, чтобы предотвращать неправильные поступки в принципе. — Даже тогда, когда эти неправильные поступки привели к гибели стольких людей? Нет, я этого никогда не пойму. — Я знаю, о чём ты сейчас думаешь. Да, с точки зрения человечности, ты конечно, права. Вот только Хозяин Таурмана не всегда ею руководствуется. Было, что было. Прошлого не вернуть, да я бы всё равно поступил бы также. В этой мясорубке со временем очутилась и ваша семья.

— Почему Вы не помогли тогда?

— Зачем? Твой дед был одним из тех, кто приложил руку к бунту. Сам он, конечно, избежал расправы, а вот твой отец об этом не подумал. Он вполне мог отправить и тебя, и твою мать отсюда, он мог уйти сам, оставив в Таурмане мальчишку, но он почему-то не принял этого решения.

— А Вы ему предлагали?

— Нет. Во-первых, он меня и не послушал бы, а во-вторых… — Он помедлил, подбирая слова, но я опередила его, высказав совсем простое и самое логичное предположение.

— Вы им мстили?

— Я позволил им жить своим выбором. Хотя и без мести не обошлось. — Сердце предательски сжалось, к глазам уже подступали слёзы. — Я приложил руку к тому, чтобы им не дали выбора, кого из детей оставить оплакивать их души. — Боги! Мне казалось, что я не выдержу больше ни слова.

— Хватит! Пожалуйста, хватит!!! — Слёзы уже котились по щекам. Боги, неужели он мог заставить их пройти через это.

— Ириана, эта не вся история, выслушай. У тебя есть причины ненавидеть меня, но со временем ты поймешь всё! — Он дал мне несколько минут, чтобы успокоиться. Он как всегда мудро поступил, если бы он продолжил свой рассказ сразу, я бы просто не слушала, а так тренировки контроля над эмоциями дали результат, я стёрла слёзы и снова посмотрела на него. — Это не была месть чистой воды. По крайней мере, я бы до этого не додумался. Просто мне вовремя дали понять, что Замок держится лишь потому, что ему позволяют держаться.

— Волшебник? — предположила я.

— Да, и он тоже. Кроме того, мне намекнули на то, что я должен стать последним Хозяином Таурмана, и если эолин отправиться на остров, Замок не устоит. Я не поверил этим угрозам. Ни на йоту. Горстки перебежавших на ту сторону магов недостаточно, чтобы сокрушить Таурман. Думаю, это не подвластно людям вообще. Хотя именно эти мысли заставили меня призадуматься. Если бы твоим родителям дали выбор, они обязательно оставили бы в живых твоего брата. — Конечно, он был их надеждой на всё. — Разумеется, я бы обязательно забрал бы его, поместил в Замок, со временем отправил бы на остров, но… — Я слышала каждое его слово, но никак не могла понять, к чему он клонит. — Понимаешь, смерть эолина окончательно убедила всех в том, что именно они держат контроль над Материком, что теперь они хозяева положения, и что всё старое уже никогда не сможет вернуться. А вот факт того, что эолин остался жив, могло вызвать кривотолки. Более того, обернуться новыми волнениями, а этого я никак не мог допустить.

— Новые волнения всё равно были! — Не выдержала я.

— Были, но значительно позже, и совсем по-другому поводу. К тому же, думаю, убить Наследника Таурмана захотело бы не так мало человек. Я защищал и его интересы. — Да уже. Защитил, так защитил.

— Я подал идею лишить твоих родителей выбора, а потом подкупил палача, и вместо яда, твоему брату подали один состав, которым ты поила Тоула. — Мама и папа до конца жизни думали, что он погиб. Они видели это. Крик мамы, когда она увидела тело сына, падающего на эшафот, снова всплыл в моей памяти. А весь этот спектакль был устроен лишь по желанию моего Учителя. — Ириана, да я поступил жестоко, и понимаю это. Вот только именно благодаря этому ты осталась в живых. — Да уж. Оказывается, ему я обязана жизнью. — Не обольщайся. Я не думал спасать именно тебя, просто так сложилось.

— Это всё, что вы хотели мне объяснить.

— Нет, к сожалению это только предыстория. Всё главное ещё впереди. Эолина отправили на остров, в десять лет был проведён обряд посвящения, он начал учиться, а я благополучно забыл о твоём существовании. У меня и мысли не возникало, что ты могла выжить. Сказать по правде, я думал, что тебя купили в один из публичных домов, где ты не смогла бы выжить. — Он сказал это очень спокойно, хотя чему я удивляюсь? Собственно, именно так всё бы и произошло, если бы мне просто не повезло. — Прошло, наверное, лет пять, с тех пор, как эолин прошёл обряд посвящения. До определённого момента он учился без проблем, с опережением усваивая дисциплины, и с первого раза повторяя самые сложные заклинания, а потом словно отрезало. Он застопорился на середине второго уровня. И всё. Никто из учителей ничего не смог сделать. Вначале я не придал этому особого значения. Такой момент наступает в период обучения у любого мага, обычно, спустя несколько месяцев эта ситуация разрешается сама собой. Но не в этом случае. Мало того, что эолин не усваивал новые знания, он постепенно забывал старые. Я не знаю, сколько времени провёл в библиотеке, пытаясь выяснить причину. Сколько трудов своих предшественников, мне пришлось поднять, пока я не наткнулся на один очень древний труд, посвящённые жизнеописанию Шестого Мастера. — Боги, их ещё и нумеровали? Интересно, а этот Мастер по счёту какой? — Он какую-то часть своей жизни посвятил выявлению магических способностей у детей в раннем возрасте, а одна из глав книги была посвящена описанию магических способностей близнецов. — Их ещё кто-то изучал. В среднем на четыреста родов приходилось только два случая близнецов. — Если бы не этот труд, я бы, наверное и не нашёл ответа на свой вопрос. Шестой Мастер пришёл к выводу, что близнецы связаны друг с другом тонкой ниточкой. Со временем, она распадается, но многие вещи у них до конца жизни будут одни на двоих. Привычки, эмоции, склонность к определённым наукам. Там как-то вскользь упоминалось, что магический дар одного ребёнка связан с магическим даром другого. Конечно, никаких практических подтверждений этому не существовало, но я рискнул предположить, что именно твой магический дар не даёт эолину двигаться дальше. — Я совершенно ничего не понимала, о какой тонкой ниточке он говорит? Да, у нас с братом в жилах текла общая кровь, но кроме этого не было ничего общего. У нас не было ни общих привычек, ни общих интересов, да и что общего у моего дара с его?! Он будущий Мастер, а я никто. — Ты ничего не поняла? Конечно. Помнишь, в самом начале ты читала одну книжку. — Я кивнула. Забудешь её, как же. — Помнишь, там говорилось, что магические способности нужно обязательно развивать, иначе, они могут натворить много бед. — Конечно. — На самом деле, очень редко, но бывают случаи, когда не развитые магические способности начинают „перегорать“. Об этом ты не найдешь упоминания ни в одной книге, это никак не доказано, но поверь мне на слово — существует. Эти способности, за ненадобностью, покидают человека, а вернуть их нельзя. Наверное, в вашей подземной компании было не так мало тех, кто в детстве мог открывать сложные магические замки, а после двадцати не мог даже почувствовать простейшую магическую ловушку. — Нет, их было не много, их вообще не было, до двадцати при моей памяти не дожил никто. — В общем, я предположил, что твои магические способности начинают „перегорать“, и каким-то странным образом, это влияет на эолина. Мне нужно было найти тебя. — Ага, очень простая задача, особенно если учесть, что со своей боевой молодостью я вполне могла погибнуть намного раньше, чем в пятнадцать, да и как найти элитаринку, когда мы годами привыкли скрываться от любой власти. — Это оказалось довольно сложно. Во-первых, я толком не знал, куда ты попала после темницы. Во-вторых, как ты понимаешь, те из вас кто выжил, не слишком горели с желанием разговаривать с любой властью, а Таурман вообще старались обходить стороной. Решение этой не простой задачи мне предложил Первый Наместник, даже об этом не подозревая. — Боги, ради всего святого, только не… — Беспризорники в городе создавали слишком много проблем, и, если лимины вели себя немного скромнее, то элитары, поселившиеся в лабиринте, словно сорвались с цепи. Лимины просили милостыню — вы воровали, лимины стучали в дверь, — а вы по ночам высаживали окна, огревая по макушке не вовремя проснувшихся хозяев.

— Так мы заходили только в свои дома…

— Ага, вот только в ваших домах живут сейчас не совсем простые люди. Думаешь, им это очень понравилось? В общем, Наместник попросил меня о помощи, устроить облаву именно на элитар. Я пообещал помочь. Во-первых, я хотел немного напугать вас, чтобы хотя бы несколько недель вы посидели спокойно, а во-вторых, это была неплохая причина взять в плен одного из ваших и с его помощью узнать о твоей судьбе. — Замечательно. — Облаву возглавил Волшебник, а на помощь ему были выделены Всадники Ночи. — Так я и думала. Та облава не была самой обычной, но тогда я списала это на то, что мы действительно надоели всем и вся, и с нами просто хотят разделаться, а, оказывается, у всего этого была совсем другая подоплёка. — Только Мастер может давать Всадникам поручения, и только сильный человек способен управлять ими, от имени Мастера. Волшебник никогда не был сильным, а я просчитался. Я дал им задание искать тебя, восстановив твою энергетическую оболочку по памяти. А если они тебя не встретят, позволил им взять в плен одного элитара. Собственно, именно это они и сделали, вот только при этом успели выпить из него душу. — Дилан, значит, он тоже пострадал из-за меня. Я не осознавала, что рыдаю. Мастер выждал немного, потом сказал — Так вышло. — Конечно, лучше бы они убили его, чем оставили живым и в таком состоянии. — Думаю, это был приказ Волшебника — уничтожить всех элитар, вот и вышла накладка.

— Вы то же хотели нас уничтожить?

— Хотел бы — уничтожил бы. — Почти рявкнул он. — Я хотел вас припугнуть, чтобы вы думали, прежде, чем делали, но убивать… Нет, не хотел. Когда я увидел этого паренька в таком состоянии, вдруг понял, что они могли натворить. С тех самых пор я перестал доверять Всадников кому бы то ни было. Правда, после того случая, вы притихли. Я знал — ненадолго, и когда я получил первые вести о том, что беспризорников начали видеть в городе, снова выпустил Всадников, но на этот раз уже за тобой. — Боги, как же мне повезло. Перед глазами всплыла картина, когда я поражённая болью стою на коленях по среди улицы, а воображение нарисовало всё остальное. — Странно, но они ночь за ночью возвращались с пустыми руками. Можешь представить, как я удивился, когда в очередной раз они тебя не нашли, а спустя какой-то час, мне по очереди привели лимина, и элитарину?!