Чтение онлайн

— Куда претесь! Только жрать горазды мерзавки, потом требуху набьете! Марш работать, ишь что удумали? — Варя остановилась на полпути, Семен замер, и так и не присел за стол рядом с отцом. Видимо опасался, что фурия и его отошлет работать дальше. Иван молча сидел, и также противно улыбался своей виноватой улыбкой.

— Ты не сильно тут командуй! Варя что встала? Кому сказал, сюда идите! — Старуха Изергиль казалось через силу, со страшными душевными терзаниями добавила мисок на столе. Семен и девушки сели. Тихо как мышки. Новенькая теперь не казалась мне такой молоденькой, просто худенькая и жилистая. Кожа лица и рук у нее была очень обветренная, видимо она много времени проводила под открытым небом.

— Иван как твою жену звать? Не успел Иван и рта раскрыть, как чудо— юдо само представилось.

— Елизавета Сергеевна, молодой господин. О блин! Это первый нпс у которого я узнал отчество. Хотя нпс с таким характером тоже вижу впервые! Повариха в это время шлепала ни разу не аппетитные комки комбикорма в чашки. У меня сразу возникли сомнения в ее компетенции. Но даже этой дряни ей было жалко для девок, им она ее положила по чуть-чуть! Большая часть кулинарного шедевра осталась в чане.

— Что это ты меня моложавишь? — Повариха уставилась на меня своей ехидной улыбкой превосходства и ответила.

— Не обижайтесь на слова мои, ведь мы люди опытные, для того и есть, чтобы честно иной раз подсказать господину, что к чему в жизни. А вы— молодой господин, не стесняйтесь к нам за советом обратиться. Я столько вопросов решала, когда старшей над поварами была в офицерской столовой! Вы не представляете, сколько всего от меня зависело! С этими многозначительными словами она словно судья молоточком стукнула чаном с остатками по печке. Я так понял, она и мной помыкать собралась что ли? Только я хотел ее как следует хорошенько осадить как увидел ее ноги. Кривые короткие ноги. В полосатых носках и красных туфельках! Глаза мои начали наливаться кровью. Я глянул на Варю.

— Варя где твои туфли? Варя испуганно уставилась по сторонам и стала прятать босые грязные ноги под лавку.

— Я спрашиваю почему ты босиком? Бабище не поняло всю глубину моих душевных терзаний и не к месту надумало пошутить.

— Успокойтесь, они в надежных руках. Ногах. Ха-ха. Стыдоба, мать босиком ходит, а девка в обновках наряжается. И нет совести предложить самой, так еще упираться надумала! Что глаза свои бесстыжие прячешь, покажи молодому господину, как ты из рук у матери мою обувку вырывать пыталась! Я ошалело посмотрел на Варю, та повернулась ко мне лицом, и я наконец заметил у нее синяк под глазом! Дальше я не помню. Вроде бы вначале я запустил в эту самодовольную рожу, прямо в харю, миской с этими отбросами. Бил ли я ее руками, не помню. В себя пришел когда она, уже визжа, и что то причитая, лежала на земле, а я пинал ее ногами куда придется. Никто меня не пытался остановить. Все молча с ужасом сидели за столом и не шевелились.

— Как ты посмела, забрать мой подарок?

— Ой, ой, молодой господин, я же не знала. Думала она мерзавка обманывает меня, хочет себе утаить вещи, лживое отродье! Ответом на такие объяснения, я еще пару раз, с душой пнул тушу по ребрам.

— Снимай сейчас же мразь! Уворачиваясь от моих пинков ей довольно споро удалось стянуть туфли прямо с носками. Все вместе она и протянула мне на вытянутых руках.

— Вот. Вот пожалуйста, молодой господин! Я машинально взял все в руки, и в тот же миг мне стало противно. Показалось, что я в руках у меня какая то мерзкая гадость. Елизавета так и не поднялась с земли. Я взял и швырнул ей обноски во всей силы, прямо в лицо. Даже не подумал в тот момент, что могу выбить обувкой глаз. Она сильно вскрикнула и закрыла морду руками, перевернувшись на бок.

— Будет еще кто после тебя эту гадость теперь носить! Быстро подняла и в печку, живо! Для ускорения выполнения команды я врезал ногой по жирной, оттопыренной жопе. После такой стимуляции команда была выполнена мгновенно. Я обвел глазами семейство за столом.

— Семен, ну что же ты, битюк этакий? Сестру в обиду дал! Сема молча опустил глаза.

— Иван, почему это всякие на твою дочь руки распускают? Иван растерянно заблымал глазами.

— Так не всякие, ваша милость, жена ведь...

— Жена? Ой чувствую не получится из тебя хорошего старосты! Брось ложку! Иван мгновенно отбросил зажатую в руке ложку на стол словно опасную змею.

— Ты что, эту дрянь есть собрался? Спросил я презрительно.

— Нет. Нет, ваша милость! Я посмотрел на Варю.

— Ну что, не угадали мы с поваром. Варя тебе опять семью кормить, принимайся за готовку. На нее не будешь готовить. Думаю от твоей еды у нее будет несварение желудка, она походу к свинячей пище приучена. Вот пусть на себя и запаривает. Елизавета так и лежала на земле прикрыв голову руками и не предпринимая попыток подняться.

— Сема червей накопал? Сема выпал из ступора и принес червей. Я взял удочку и пошел успокоиться. Настроение было ни к черту.

Первой добычей оказалась рыбешка чуть больше ладони. Я был обозлен и добычу не отпустил. Посчитав по самому себе составленному правилу, что отпускать надо тех, кто меньше ладони, закинул ее в садок. В наказание за мою жадность следующая добыча была такой же. И еще раз. И еще. Пять одинаковых рыбешек, одна за одной, чуть больше ладони. Я сплюнул от досады. Да что за день такой?

Пришла Варя с традиционной чашкой свежего отвара. Пить не хотелось совсем. Я покачал головой. Вид у Вари был напуганный и держалась она отстранено. Откинул удочку, призвал к себе, посадил на колени. Она была в этот момент похожа на сломанную куклу.

— В чем дело? Расстроилась? Я потерся щекой об ее плечо.

— Испугалась. Андро я подумала, что вы и меня, сейчас начнете ногами бить.

— Ты что дура?

— Я не хотела ей отдавать твой подарок, прости меня.

— Ладно, мелочи это все. Я просто озверел когда подумал, что тебя кто-то обидел. Прости. Не надо было так. Варя развернула голову и распахнутыми глазками посмотрела на меня.

— Правда? Ты не за туфли, а за меня расстроился?

— Конечно. Дурочка! Она вздрогнула от этих слов и молча прильнула спинкой поближе. Я обнял ее руками, и так мы и сидели какое то время. Молча. Каждый наверное думал о своем, но нам было хорошо здесь, в покое и тишине.

— Нет, какая все таки она скотина! А вы все прижухли перед ней, никто не дал отпора. Варя отвечала смешно растягивая слова.

— Я дала отпор! Только она больше меня. И я ничего не смогла сделать.

— Успокойся малыш, я тебя никому в обиду не дам!

— Правда?

— Да, правда. В ответ на мои слова она приблизилась еще ближе. Как это ей удается? Ведь казалось что сидела и так плотно прижавшись спиной к животу? Казалось что она хочет спрятаться от всего, слиться со мной в единое целое и в этом обретя надежную защиту. Никогда не думал о себе такого. Что кто то будет у меня искать защиту.

— Кушать не хотите, я супчика сварила?

— Нет, сами поешьте я пойду, у меня дела.

— Дела?

— Ну по делам надо выйти.