Хозяин
Шрифт:
– Прошу вас, – вышагивал администратор и проводил нас за столик под пологом.
Здесь всё в восточном стиле. Я не слишком разбираюсь, но эти полупрозрачные пологи и фиолетовые подушки, всё очень напоминало сказки Шахерезады.
Сели на мягкие диваны и оказались как будто в шатре, скрытые от посторонних глаз. Перед нами маленький круглый стол. На нём уместится разве что три, четыре тарелки, такой он узкий. Тут были и открытые столы, и под пологами, для тех, кто хотел уединиться.
Хотела ли я уединиться? Думаю, хотела.
Вокруг нас многого людей, но в то же время, вот они мы – друг напротив друга. Ничего не мешает коснуться и делать это втайне от чужих взглядов. От этого ещё загадочнее и ещё сильнее я ощущаю близость мужчины рядом с собой.
И безвозвратно пропадаю в этом состоянии отдалённой близости.
Глава 8
Пока я, неловко озиралась, старалась понять как вести себя дальше, он заговорил:
– Расскажи о себе.
– Что? В смысле что рассказать? – вопрос неожиданный.
Я покраснела. Смутилась. Тронула пальцами волосы. Будто он сказал, что у меня плохая причёска, а не попросил рассказать о себе.
Он смотрел на моё лицо, а я смущалась и дергала взглядом, то на Селима, то в сторону. Наверное, слишком сильно волновалась.
– Да, расскажи с самого начала, – он расселся на диване, и теперь в его небрежной позе почувствовалась уверенность и власть.
Сейчас, я словно на кастинге. Как будто пришла сюда, одна из претенденток на вакантное место и должна рассказать о себе. Чтобы мужчина решил, гожусь ли я на роль… его девушки. А может даже жены. Так что ли?
Всё ещё не верю в его выбор. Моя неуверенность выдаёт волнение. Боюсь сказать что-то не то, запутаться. Боюсь не понравиться.
Но ведь я уже тут, и пока ничего не сказала. Захотелось подчиниться его просьбе и всё-таки что-нибудь рассказать.
– С детства? – спросила я с улыбкой.
Селим тоже улыбнулся. Одобрительно посмотрел и это слегка подбодрило. Подстегнуло. Ничего нет плохого в том, если я немного расскажу о себе.
– Если там было что-то интересное, то можно и с детства, – сказал он и в ожидании скрестил руки на груди.
Ну точно кастинг.
– Не думаю, что тебе понравится слушать про моё детство. Оно было довольно скучным, – всё ещё пыталась отвертеться.
Если начну рассказывать, он заскучает, а я этого не хочу.
– Если я спрашиваю, значит, интерес есть, – в голосе, возможно показалось, прозвучала одна настойчивая, стальная нотка.
Всего одна, но я её заметила.
И в этой ноте, я почувствовала что-то, отчего поняла, он сдерживает себя, не даёт воли тому, что скрыто внутри. Но это меня не пугает. Наоборот, интригует, завораживает. Прислушиваюсь снова, пытаюсь понять, что это значит на самом деле. Хочется слушать его голос и разгадывать его загадку с каждым новым словом.
– Лучше ты расскажи о себе, – решила я немного покомандовать.
И даже увидела, как изменилось его лицо. Селим сдержанно улыбнулся и явно решил потакать мне сегодня. Он тоже прислушивался ко мне, я это чувствовала. Следил за моими движениями и взглядами. Он тоже пытался разобраться, что я есть на самом деле.
– Ладно, я расскажу, но потом тебе придётся рассказывать в два раза больше, – он упрямо сжал губы.
– Я согласна, и никуда не тороплюсь, – попыталась шутить, но кажется, это его не тронуло.
Почти неподвижное выражение лица Селима мне безумно нравилось. Редкие улыбки смягчали неприступный вид, делали и обаятельным, а не только красивым. Выдавали человека тёплого, только не желающего это показывать.
Какая-то притягивающая магия этого человека – повсюду. Она требовательно проникала в меня, чтобы я насладилась каждым мгновением. И я наслаждалась.
Я влюблялась в Селима. Вот тут, прямо сейчас. Под его взглядом, проникающим прямо в сердце. Лёгкое движение его ладони, и мне уже мало, я хочу чего-то ещё. Жест руки и я потерянна, подвластна. Смотрю и понимаю, хочу прикосновения, поцелуя. Хочу объятий.
Хочу… но что-то слишком я замечталась.
– У тебя был кто-то? – тихи, властный голос, мягко требует правды.
Вопрос этот вернул меня с небес на землю.
– Что? В смысле?
– Я спрашиваю, был у тебя парень?
Взгляд Селима, напрягся в ожидании, хотя кажется равнодушным. Такое ощущение, что от моего ответа будет зависеть очень многое.
– Да был. Мы жили вместе, почти три года.
Зачем скрывать, всё равно узнает. Так почему не теперь.
Скулы его дернулись и застыли. Взгляд заледенел, но лишь на секунду. Селим повернулся, махнул рукой официанту. Тот суетливо подошел, протянул меню. Селим, уже как-то холодно, глядя в мои глаза, с неподвижной полуулыбкой сказал, обращаясь при этом к официанту:
– Как обычно.
В душе смятение. Я не понимала что происходит. Магия растворилась. Как будто несколько минут кто-то держал шифоновую занавеску, за которой всё было размыто, казалось волшебным и притягивающим. А теперь занавеска упала, волшебство исчезло. Испарилось, как дым. Его больше нет. Показалась правдивая, неприглядная реальность.
Селим нравился мне, но в то же время пугал. Секундами пугал, а нравился часами.
Официант ушел, исчез из поля зрения.
– Так на чём мы остановились? – спросил Селим, как учитель спрашивает ученика.
– На парне, – напомнила я с улыбкой, снова пытаясь вернуться к шутливому тону.
И кажется, получилось.
– Да, на парне, – выдохнул Селим и прищурился, – Ты любила его?
– Может быть, я не знаю. Теперь уже думаю, что это была не любовь. Просто как-то так получилось, обстоятельства сложились.
– Не понимаю. Ты или любишь или нет, а обстоятельства как могут сложиться? – он был явно недоволен, теперь это уже чувствовалось сильнее.
– Ну, мы были молодые, встретились пару раз. Потом стали жить вместе. А однажды поняли, что это ошибка.
Взгляд его казался холодным. Я словно держала экзамен, а Селим его не принимал. Не хотел принимать.
– Ладно, – ответил нехотя.
Потом снова замолчал, отвёл взгляд. Будто где-то внутри, напомнил себе, что не нужно придираться и осуждать. Он не хотел, но заставлял себя не осуждать меня. Так мне казалось. И словно даже уже не хотел со мной разговаривать.
Но в чём осуждение?
Странно. Теперь я уже начала чувствовать неловкость, и поняла, всё-таки сказала что-то не то. Но, если мы будем встречаться, лучше чтобы он знал о том, что у меня был парень. Я не собиралась этого скрывать.