Чтение онлайн

Слезы хлынули у меня из глаз.

– Вероник, что вы делаете?! – Ренслир отшатнулся, на его лице был написан настоящий ужас.

– Ох, простите, – пробормотала я и зарылась в сумочку, пытаясь отыскать платок, отворачиваясь от него, пытаясь спрятать свои слезы. – Я не хотела, – всхлипнула я. – Я просто… это просто… слишком…

Перед моим лицом неожиданно появился платок: суровый квадрат хлопковой ткани без вышивки и завитушек в коричнево-зеленую клетку.

– Спасибо, – схватив ткань, я спрятала в нее лицо, пытаясь успокоиться, но никак не получалось. Всхлипы так и рвались из моего горла, мешая нормально дышать.

– Ну, что вы так расстроились. Все же уже закончилось, – попытался неуклюже подбодрить меня следователь, аккуратно похлопывая по локтю. – Или вы опять из-за своего Метьюса?

– Да что вы так зациклились на Метьюсе! – вспыхнула я. Слезы продолжали течь из моих глаз, нос покраснел и не дышал, но я все равно требовательно уставилась Ренслиру в глаза. – Вы понимаете, что дело намного серьезнее, чем мы полагали? Я нашла еще двух жертв этих преступников! Вы понимаете, что творится в этом городе?!

– Что?!

Я всхлипнула и… икнула. Попыталась сдержаться, но начала икать еще активнее.

– Простите, ик, я просто… ик… сейчас не в силах обсуждать это… ик. Завтра я принесу дела из архива, ик. Уже очень поздно, ик.

– Да-да, конечно, позвольте вас проводить домой, – смутился Ренслир.

Он поймал на улице извозчика и помог мне забраться в карету. Сперва мы ехали молча, я старалась успокоиться. Слезы почти закончились, хотя нос оставался заложен. А икота не прекращалась. В конце концов, я начала сперва медленно, а потом более уверенно рассказывать следователю о своих находках: о помощи Ульрика и о посещении публичного дома.

– Это может быть все же не связано, – заметил Ренслир, пытаясь оставаться голосом разума.

– Вы правы, – кивнула я, – но как минимум второе дело и третье очень похожи. Я сравнила ткань, в которую завернули тела – она практически идентична. Разве у вас в городе каждый день тела, завернутые в одинаковую ткань, преступники выкидывают? Это так распространено, чтобы быть совпадением?

– Я закажу экспертизу, возможно, удастся считать ауру дома с ткани и подтвердить, что обе портьеры из одного места… но всегда остается возможность, что это не так.

– И свидетельница! Нужно ее как можно скорее опросить, ик! – я подпрыгнула на месте, едва не свалившись с сиденья, когда карета подскочила на какой-то кочке. Ренслир схватил меня за локоть, удерживая.

Я замерла, неожиданно оказавшись прижатой к его боку. Он такой горячий. И жесткий – под пальто, кажется, сплошные литые мышцы. Следователь помог мне умоститься опять на сиденье, но продолжил придерживать под локоть на всякий случай:

– Не торопитесь так, возможно, ее-то дело как раз не связано с остальными. Все же падшая женщина и две леди – это разные случаи, – произнес он.

– Преступник может переходить от более простых жертв к труднодоступным с опытом. Раньше он мог бояться, а потом набрался уверенности, – припомнила детективные сериалы, просмотренные на земле.

Ренслир нахмурился, но все же вынужден был признать:

– Что-то в этом есть…

В этот момент мы как раз подъехали к пансиону. Я подумала о том, что сейчас будет, и непроизвольно всхлипнула, на глаза опять навернулись слезы. Я прижала ко рту платок, чтобы сдержаться.

– Что-то не так? – нахмурился Ренслир.

– Меня, наверное, выгонят сегодня из пансиона, – призналась я. – Вы не знаете хорошую, но недорогую гостиницу где-нибудь поблизости?

– Почему вас должны выгнать?

– За нарушение комендантского часа, конечно. Слишком поздно приехала, так что падшая женщина…

– Но ведь вас же арестовали по ошибке…

– Об этом вообще лучше не говорить, хуже будет. Арестовали – это же вообще позорище, да еще и в таком районе… нет, мне точно придется искать новое место жительства, но не представляю, кто сдаст комнату одинокой девушке за такую низкую цену…

– Идемте-ка… – Ренслир решительно вылез из кареты.

– Нет, вы не понимаете, прийти в сопровождении мужчины – это же еще хуже!..

– Я не мужчина, а полицейский при исполнении. Идемте! – строго велел следователь, и я предпочла схватиться за соломинку и последовать за ним.

У входа, конечно, дежурила разъяренная Веленсия, она встретила меня злобным взглядом и руками, упертыми в бока, но за мной решительно вошел Ренслир и немедленно предъявил свое удостоверение:

– Следователь Ренслир, я бы хотел поговорить с вашим хозяином по важному делу, – заявил он строго.

– Уже поздно, наши постоялицы не привыкли к ночным визитам мужчин, – прошипела она.

– А я с ними говорить и не собираюсь… пока. Возможно, позже сюда придут получить свидетельские показания мои коллеги. Пока же я хочу видеть вашего хозяина. Он дома? – не позволяя Веленсии опомниться, Ренслир прошел в комнату, оглядел интерьер, ненароком покрасовался в своем дорогом костюме перед жительницами, которые, стараясь действовать незаметно, выглядывали из гостиной.

– Пройдемте в кабинет, я сейчас приглашу хозяина, – взяла себя в руки Веленсия. Одарив меня злобным взглядом, она махнула рукой в нужном направлении.

– Леди Монх, документы у вас? – Ренслир не спешил.

– Какие?

– Полученные в полиции, конечно.

Я сообразила, что он про справку о задержании, и вытащила ее из сумочки. Ренслир взял документ и пошел в указанном Веленсией направлении.

Несмотря на все наши конфликты, в этот день Ренслир стал моим героем. Он умудрился что-то наговорить хозяину и Вобле, так, что последняя мне и слово сказать побоялась, только зыркала злобно, а вот владелец посматривал с сочувствием. Немногие жительницы, которые еще не спали, конечно, были в шоке, что, оказывается, возможно и такое, и на Веленсию можно найти управу.

– Спасибо! – от всего сердца сказала я, провожая Ренслира до двери.

– Это же я втянул вас в дело Анны, – тяжело вздохнул он, – мой долг – хотя бы сделать так, чтобы это не доставило вам больших проблем. Но пожалуйста, больше не делайте ничего, не посоветовавшись со мной, это может быть опасно!

– Конечно, – кивнула я, устыдившись того, что поперлась в дурной район одна. – Но и вы обещайте прислушиваться ко мне хотя бы немного и не отстранять от расследования!

– Это не женское дело, – пробурчал Ренслир.