Чтение онлайн

По спине пробежал холодок. Я еще многого не знала, ни о светлых, ни о темных, ни о пресловутой магии, которую никогда не видела.

– Не любите темных? – спросила первое, что пришло в голову.

– Не стоит с ними связываться, Алина. Вы скоро поймёте, чем они отличаются от нас и ещё будете благодарить меня за своевременный совет и проявленное беспокойство.

– Ага… Да, спасибо, Юстас. Ещё увидимся!

– Несомненно.

Светлейший привычным движением поцеловал мне ручку и покинул порог.

Покупки я разложила на кровати, еще раз мысленно порадовалась, как недорого они мне достались. Больше всего мне нравилось платье, темно-бирюзовое, приталенное, чуть ниже колена. Такое и надевать было жалко, но ничего другого у меня не было. Пижаму пора было стирать, а без сменной одежды сделать это проблематично.

Серенькое, жестковатое на ощупь пальто оказалось неплотным. Я бы даже сказала, демисезонным. Кстати, какой у них тут сезон? Зима, весна? Что-то между? По-всему выходило, что милая консультантка Сара подобрала для меня оптимальный вариант, чтобы ходить сейчас. А что будет потом, дальше? Я боялась заглядывать вперед.

Там же в ателье приобрела гребешок, деревянный, тоненький, но так он был визуально похож на то, к чему я привыкла в своем мире, что пройти мимо не смогла.

Еще купила кусок простой белой ткани и нитки с иголкой, они продавались в наборе, стоили всего один медяк. Из куска ткани я намеревалась сшить нижнее белье. Консультантка Сара пыталась обратить мое внимание на новую коллекцию, которую они пошили, но я и слушать не стала. Хорошее нижнее белье – везде дорогое, в любом мире. Хотя потратиться всё же пришлось.

Сапоги на резиновой подошве были самой большой тратой и на счет них я серьезно подозревала, что Демиан мне добавил. Протянул руку щедрости? Только когда мне помогал Светлейший – я чувствовала, что он искренен. А когда я поняла, что помог Демиан… Что он попросит взамен и когда? Может быть, Юстас прав, и мне стоит закрыться на ночь?

Эйфория от покупок быстро сошла на нет, уступив место странной тревоге. Я дважды пересекла спальню, прежде чем поняла – нет, сидеть в долгу и ждать расплаты я не буду.

Спустилась вниз, достала из местного холодильника корзинку с продуктами и бегло осмотрела. Такс, что тут у нас?

На нервной почве я всегда готовила лучше. Разбила яйца в крупную чашу, просеяла муку – замесила тесто. Не знала, есть ли у них тут дрожжи и как они выглядят, поэтому тесто вышло самое простое. Накрыла крышкой и занялась мясом.

Оно лежало на самом дне корзинки и уже порядком протекло. Сначала не поняла, что это за ледяной кусок розовой массы, потом дала растаять и обнаружила что-то наподобие фарша. На вид было сложно определить, мясо это или птица, на нюх я определять вообще не умела. По-правде, вдруг в этом мире повсеместно едят не курицу, а голубей? Или вообще неизвестных мне животных? От разбушевавшейся фантазии передернуло. С сомнением посмотрела на уже оттаявший фарш, закатала рукава и смело коснулась неизвестности.

Казенная сковорода зашипела. Огонь плиты еще раз напомнил, что об этом мире я практически ничего не знала. Как работает плита, холодильник, как включается свет? Есть ли тут канализация, или вода утекает в яму на территории дома? От вопросов кружилась голова.

Пирожки подоспели, я выложила их в красивую стеклянную чашу и накрыла полотенцем. Часть от белого куска ткани я использовала как фартук и полотенце. Волосы заплела в косу.

Выпрямилась, размяла плечи и вдруг увидела в проеме Демиана Мор-Госсена. Оперевшись на дверной косяк, он гипнотизировал взглядом мои пирожки.

– Хочешь? – охотно предложила я. – Это за помощь с покупками. Я благодарна тебе за…

Мужчина молча оттолкнулся и скрылся в коридоре, ничего не сказав. Ар-р! Что это значит?

"Пошла ты со своими пирожками?"

"Извини, я занят, попробую потом?"

Я гневно подняла полотенце и откусила смачный кусок пирожка. Ничего-ничего, мне больше достанется, бука-злюка!

Подумав, все-таки оставила ему шесть штук, остальное забрала к себе в спальню.

Сидя на подоконнике, я смотрела на улицу незнакомого города и трескала остывшие пирожки. Не курица, определенно. Но весьма вкусно, а голод – лучшая приправа.

В общем коридоре послышался топот, будто кони бегают. Я поежилась, глядя на запертую дверь. Неужели у Демиана гости? Время-то ночь.

Темнело здесь быстро, город погружался в сумрак. Вид двух белых лун на синем небе нагонял тоску.

Первое, что заметила – ночью во Фрице не включали уличные фонари. Они горели несколько часов вечером, а затем как по команде выключались, будто кто-то сильный и властный щёлкал пальцем и обращал город во мрак.

Серый днём и черный ночью, Фриц не стал мне родным. Ни в первый день, ни через неделю. Сквозь окно старой половины дома я смотрела на незнакомых людей, чувствуя себя, будто в гостях, будто скоро домой, будто всё вокруг – странный затянувшийся сон.

Корзинка с продуктами от города пустела, как пустели надежды, что сон прервется, и я таким же чудесным способом вернусь домой.

Нет.

У судьбы были другие планы.

Поэтому однажды утром, вооружившись ещё пятью серебряными монетами, я шагнула за калитку и решительно поравнялись с людьми, ожидающими общественный транспорт на специальном перроне.

Одетая в пальто, как у всех, я забралась в подоспевшую четырехместную повозку. Кучер протянул нам чашку, и каждый пассажир бросил туда серебряную монету.

– Вы готовы ехать? – обратился он ко мне.

– Да, – чуть помедлив, бросила в чашку один серебряный. – Готова. Едем.

Недружелюбный ветер рванул в лицо, заставляя откинуться на лавку и вцепиться в поручни. Кучер взмахнул поводьями, и мы дружно понеслись в центр города.

Я слушала разговоры людей в пути, на улице, в очереди. Слушала и размышляла, как же всё-таки удивительно, что я понимаю их речь. Представила на секунду, если бы они не понимали меня, что тогда? Точно в тюрьму бы бросили, не разбираясь.

Здание социального фонда выделялось яркой зелёной вывеской и ароматом каши, которую варили в столовой на первом этаже.

– Это для нуждающихся! – развернул меня охранник, когда я совершенно случайно потянулась на запах гречки. – Главный вход там.

Я нехотя отвела взгляд от обедающих детей, стариков и потянулась к главному входу в здание социального фонда. Решительно вошла – и пропала на ближайшие полдня.

Да, попаданка.

Да, та самая.

Да, проживаю в доме Мор-Госсена.