Чтение онлайн

Быстрая, как стрела, радуясь тому, что она такая худенькая, Элис проскочила мимо двух мужчин, быстро спустилась вниз и закрыла дверь коридора.

Грант увидел, что она сделала, и разразился проклятиями. Он ударил ее по голове, и хотя удар не был очень сильным, у Элис все потемнело в глазах, все закружилось, затуманилось. Когда она с трудом пришла в себя, то увидела картину, изумившую ее. Френк Грант, превозмогая боль, пытался собраться с силами. Барк стоял спиной к стене, скрестив руки на груди. На его левой щеке виднелась лишь небольшая царапина. У Гранта обильно текла кровь, он кое-как пытался утереть ее.

– Пошел вон! – прорычал Барк.

– Моя сумка, – выдавил Грант.

– Дайте ему сумку, Элис.

Девушка выбежала.

– Как я доберусь до города? – услышала она хныканье Гранта.

– Ножками, – ответил Барк.

Она принесла сумку и поставила ее рядом с Барком. Он взял сумку, распахнул дверь и кинул сумку вниз. Затем довольно аккуратно и практически безо всяких усилий сделал то, что, по ее предположениям, собирался сделать его противник, – спустил Гранта с лестницы, и тот пересчитал все двенадцать крутых ступенек первого пролета.

– Смывайся быстрее, пока я не спустил тебя со второго пролета, – крикнул Барк вслед Гранту.

Тот заторопился.

Несколько мгновений мужчина и девушка провожали его взглядами, затем Барк повернулся к Элис.

– Причешитесь и подкрасьте губы, – приказал он, – вы всех задерживаете.

– Я…

– Мне не до шуток, Элис, я не настроен, чтобы развлекаться, вы видите, в каком я сейчас состоянии.

– Да, – согласилась Элис.

Он проводил ее до спальни, смотрел, как она причесалась трясущимися руками и слегка подкрасила губы.

– Между прочим, спасибо за то, что вы закрыли дверь, – сказал он небрежно, – это решило все дело. Я был застигнут врасплох.

– Я тоже была застигнута врасплох, – сказала она зло.

Барк остановил ее.

– Оставим все разговоры на потом. Сейчас нас ждут там, в туннеле.

Они стали спускаться вниз в вагончике, проезжая неподвижные, задрапированные балансиры и полуприцепы, находящиеся в туннеле. Элис бросила взгляд на выступ, за которым она спряталась, чтобы вернуться к баракам, затем отвернулась.

Когда мужчины увидели ее, то приветствовали девушку громким криком. Они расступились, и Элис прошла к тому месту, где стоял ее отец.

– Тебя долго не было, Элис, – сказал он с упреком. – Ты задерживаешь начало праздника.

В этот момент произошел небольшой взрыв, и ноздреватая стена рассыпалась на кусочки.

Профессор прошел вперед и вглядывался с большим интересом сквозь пыль, которая медленно оседала, он ждал, когда рассеется дым. Профессор выждал целую минуту и затем улыбнулся. Зажглись лампочки, и зловещий темный провал превратился в яркую подземную дорогу, которая, казалось, протянулась в вечность.

Гордый, отец повернулся к Элис и вручил ей ножницы.

– Разрежь ленточку, моя дорогая.

Профессор умер той же ночью. Он умирал, не беспокоясь ни о чем. Ученый имел ученика, который сможет закончить начатое им дело: он был готов к смерти.

Барк Уолш был с ним до конца. Он предвидел это и пришел в комнату мистера Эннана.

– Мы сделали это сегодня, Барк, – профессор Эннан слабо улыбнулся. – Это было практически невозможно, что ты скажешь?

– Но мы сделали это, сэр.

– Да, и я несказанно этому рад, – сказал профессор, тяжело дыша, – а теперь очень устал.

Барк Уолш видел, как угасали его глаза, и знал, что осталось недолго до конца.

– Может быть, позвать Элис, профессор Эннан? – спросил Барк настойчиво.

– Пусть спит.

– Но, сэр…

– Я старый трус, Барк. Не хочу видеть ее слезы, тебе придется все это взять на себя. Я помню, какой она была сегодня красивой, как картинка. Ты ведь тоже так думаешь, дорогой друг, не так ли?

– Да.

– Я знал это, – старик закивал удовлетворенно. – Ты позаботишься о ней, Барк?

– Да, – сказал он. – Я обещаю это.

Последовало долгое спокойное молчание. Затем профессор вдруг сказал с невыразимым удовольствием:

– Почему, Маргарет? – и отошел в лучший мир.

Это было так просто. Старый человек увидел женщину, которую он не видел так долго и так хотел увидеть, и, наконец, увидел и умер, держа свою жену за руку.

Некоторое время Барк продолжал сидеть и смотрел в лицо человека, которого он полюбил, как родного отца. Он думал о его блестящем, тонком уме, который всегда поражал Барка глубиной знаний и предельной скрупулезностью.

Затем он сказал нежно:

– Мне будет вас очень недоставать.

Он привел все в порядок, затем вышел на веранду, стоял там и смотрел на ночные горы. «Луна была белой и чистой, как камея, звезды яркие, как всегда бывает высоко в горах», – подумал Барк. Он задержался на какое-то мгновение, наслаждаясь великолепием высокогорья. Затем вернулся в комнату. Ему надо было сделать то, что он решил. Завтра здесь будет полно народу, а сейчас тихо. Он скажет Элис сейчас же.

Она свернулась калачиком, как маленький коала, на своей раскладушке. Какой молодой, какой трогательно молодой была она сейчас. Какое-то мгновение Барк сомневался, правильно ли он делает, приняв это решение. Может быть, оставить ее в неведении еще на какое-то время, не причинять ей боль?

Нет, это необходимо было сделать.

Он нежно дотронулся до нее, и Элис сразу открыла глаза. Это был не сон, а какая-то тяжелая греза о чем-то… Грант говорил об отце сегодня утром. Что он говорил?

– С ним все кончено… все знают об этом.

Увидев глаза Барка, Элис поняла, о чем он пришел сказать ей. Девушка вспомнила тот вечер, когда застала Барка в комнате профессора, который ворчал что-то о кулинарных способностях Альфреда. Так должно было быть всегда.

– Нет, нет! – В ее голосе было столько страдания…

– Да, Элис, – сказал Барк.

Он говорил с ней, пытаясь объяснить, почему профессор скрывал от дочери свою болезнь. Он говорил спокойно и долго, убедительно и нежно, а Элис все это время неподвижно сидела на постели. Он ожидал всего, чего угодно, только не этой окаменелости.

Он ожидал несдержанности, негодования, замешательства, бурных рыданий, но не ожидал, что она сделается камнем.

– О, Элис, – сказал он, наконец, беспомощно.

– Уходите, пожалуйста.

– Элис…

– Пожалуйста, Барк, – сказала она с мольбой.