Чтение онлайн

Я легла на спину, и, не слушая тотчас заохавшую Вешанку:

— Ой, леди Соланушка, да чтой это вы легли-то на землю, так и простудиться недолго, — закрыла глаза.

По-моему, вот чего-чего, а простудиться мне никак не грозило. Если у меня есть этот огонь, эта магия, то она всяко должна хозяйку согреть.

Я лежала и смотрела в далекое, наливающееся синевой, небо. Небо другого мира, который теперь стало моим домом, навсегда.

Не знаю, почему, но я поняла это очень четко. Это небо совершенно ничем не отличалось от моего родного. Такая же бездонная синева. Такая же манящая высота.

Эмм…

В смысле, манящая? Я нахмурилась. Что за странности со мной тут творятся? Нет, я всегда любила смотреть на небо. Устану от прополки, сорняков у нас с бабулей на поле была тьма-тьмущая ведь тоже.

Вот также лягу на спину и лежу, раскинув руки и уставившись на проплывающие по небу облака. Высокие, легкие, или тяжелые, грозящие скорой грозой и ливнем.

Но никогда слово «манящее» относительно неба мне и в голову приходило.

А тут вдруг пришло.

Будто внутри меня пробудилась что-то древнее, давно спящее глубоким, почти мёртвым сном. Потянуло вдруг расправить крылья и взлететь… Взлететь, как птица.

Мамочки-и…

Ну какая еще птица, а? Мало мне лашуков, что ли.

Это все магия. Точно, магия, которая пробудилась. Я вдруг поняла, почему Вешанка так на меня смотрела и держалась подальше.

Огненная… Во мне пробудился не какой-то огонь, а огненная магия.

И значит, я — огненный маг теперь? Тьфу ты, магичка…

Голова пошла кругом. Два лашука, огненная магия, странное, сжигающее изнутри желание… мамочки-и… желание взлететь и расправить крылья.

Это вообще я, это мои мысли?! А может быть, все куда проще, и я натурально схожу с ума от всего пережитого?

Надо со всем этим разобраться. И как можно скорее! Я это сделаю. Сделаю обязательно! Не знаю ещё как, но точно — сделаю.

Вот только не сегодня.

Я так устала. Очень, очень устала. Мне нужно немножко, совсем немножко поспать.

А потом я со всем разберусь. Но только завтра.

Завтра. Я все сделаю завтра.

Завтра наступило неожиданно. Ширасс проснулся от настойчивого жужжания и, не открывая глаз, тотчас отмахнулся рукой.

Стояло лето. Дракон всегда спал с открытым окном. И несмотря на то, что окна ему зачаровывал бытовой маг с отличной репутацией, время от времени бестолковые осы к нему залетали. Как уж их заносило на такую высоту, неизвестно.

Мужчина повернулся на другой бок, но жужжание не прекратилось.

«Настойчивая оса попалась», — подумал дракон и с трудом открыл глаза. Заснул Ширасс поздно. В голове крутились мысли, о наличии которых он даже не подозревал.

Ширасс думал о том, что неплохо бы создать с леди Соланой настоящую семью. И вовсе не в целях следования новой политики Высочайшего.

А… просто.

Собственно, почему бы и нет? Он дракон выдающихся достоинств, генерал. Леди Солана — девушка не менее выдающихся достоинств. Красавица, характер сильный. При одной мысли о том, как он возьмет ее на руки и умчит в свою башню, сердце начинало так сильно стучать в крепкой мужской груди, что Ширасс диву давался. Реакции его второй сущности на эти мысли были совершенно однозначные.

«Да!!! Бери ее и запирай! Наш-ше сокровищще-е», — вторила вторая сущность.

Дракон зажмурился. Вот оно и наступило, это утро. Утро, в котором должно решиться если не все, то — многое.

Да кто же это жужжит у него над ухом! Ширасс раздраженно скривился и вскочил, недовольно оглядываясь, и удивленно хмыкнул.

Никаких залетевших в спальню ос он не заметил. Жужжание же не только не прекратилось, а, пожалуй, стало на парочку-другую децибел выше.

Дракон нахмурился и осмотрел свою спальню еще раз. Что же могло тут так упорно жужжать, и, главное, где?

И тут его взор упал на стоящий на прикроватном столике ларец. Ему кажется, или на самом деле этот звук идет именно оттуда?

Мужчина рывком переместился к столику и схватил родовой артефакт. Поднес его к уху и удивленно кивнул. Да, звук шел именно оттуда. И что же это значит, Солнцеликая?

Ширасс задумчиво смотрел на ларец и пытался вспомнить. Подобное поведение родового артефакта явно что-то означало. Но вот что…

Матушка ведь рассказывала, давно, еще тогда, когда он был подростком. Позже, уже когда дракон вошел в силу и стал генералом, она опять пыталась ему поведать…

Мужчина на мгновенье закрыл глаза.

Он помнил, как кивал головой и улыбался матушке, показывая, что он весь внимание. Она же…

Ширасс вдруг вспомнил.

Матушка рассказывала ему мифы. Натуральные мифы и сказания, в которые он, подросток, не верил ни на грош.

Бабкины сказки.

Но из уважения к матушке слушал, хоть порой и кривил губы. И сказки эти были столь невероятны, что ни один нормальный дракон в них бы не поверил.

Ширасс напрягся, упорно вытаскивая из памяти все, что только мог, о странном поведении ларца. Ведь матушка говорила что-то об истинности, точно.

Но, похоже, он так упорно сопротивлялся ее рассказам, что сейчас толком ничего вспомнить не может.

Мужчина мрачно посмотрел на ларец:

— Жужжишь, значит?

А теперь ему оставалось только одно. Отправиться в библиотеку, которую он давненько, кстати, не навещал. Возможно, там он найдет то, что ищет.

Но есть ли у него на это время? Ведь он прямо с утра собирался к своей леди. Сердце у мужчины вдруг сильно забилось.

Ведь он собирался преподнести ей то, что в ларце.

Матушка…

Ширасс вздрогнул.

Перед его внутренним взором пронеслись воспоминания. Леди Сибилл, в голубом платье с искусной вышивкой, которое так оттеняло ее глаза и так ей шло, держит в руках старинный свиток.

'— Дорогой, ты меня слушаешь? — матушка с легкой, полной любви, улыбкой, укоризненно смотрит на него, подростка. — Да, матушка, — отвечает Шир и кивает.

Матушка вздыхает. Подходит к нему, взлахмачивает его вечно непослушные волосы. Целует в висок.

«— Шир, это важные вещи. Ты… ты ведь знаешь, что ты последний в роду. И этот артефакт перейдет к тебе. Конечно, после того, как я покину тело,» — добавила леди Сибилл.