Чтение онлайн

– Действительно, – пробормотал в усы профессор. – Ну так что? Будешь с ним дружить?

Я убежденно кивнула. Глупый, наивный ребенок согласился бы тогда с чем угодно.

– Тогда нужно, чтобы он проснулся, – профессор Крот, взял мою маленькую ладошку в свою, поднес к разверзнутой грудине механизма.

– Поделись своей искрой, – прошептал он, укладывая мою руку прямо на рубин. – Представь, как по венам катится капелька, маленькая, живая, пульсирующая в такт сердцу…

– По венам? – звонко переспросила я, не проникнувшись таинством.

Профессор был терпелив.

– По тоненьким дорожкам под кожей, – все также шепотом кивнул он. – Из глубины тебя. Пожелай, чтоб эта капелька разбудила кхх… – вымышленное мной имя царапало его взрослый слух. – Лупоглаза…

Я зажмурилась. В груди скреблась не капелька – целый царапающийся и согревающий сгусток, и он хотел на волю весь. Но я уже знала, что нельзя его отпускать – сгорит весь стол, или заледенеет, или прогремит взрыв.

Непредсказуемость – главная беда неразвитого дара. Поэтому отделить от этого внутреннего источника магии крохотульку было важнее всего. Важнее и сложнее. Как оторвать от мощного магнита его мелкого собрата, который тоже не хочет отделяться и всеми силами пытается вернуться, пока не отдалится на безопасное расстояние.

Усилие, усилие, небывалое напряжение, которое никак не проявляется внешне. Но профессор затаил дыхание и не шевелится – он как никто знает, что происходит внутри. Знает, понимает, гордится мной и… тоскует.

…Мне больше некого попросить…

Р-раз! Получилось! Пульсирующий комочек скатывается с пальцев, обретает видимость ярко-синей искры и соскальзывает в камень.

Рубин засветился, я наученная разными, в том числе неудачными экспериментами, поспешила отдернуть руку и отступить на пару шагов. Свет разлился от камня по всему механическому нутру. Задвигались шарниры, закрутились шестеренки, моргнули ярко-желтые глаза, скрывшись на секунду под металлическими веками.

– Он… Он теперь работает? – боязливо спросила я.

Профессор захлопнул крышку, скрыв под ней сердце механизма, закрутил на восемь болтов.

– Нет. Он теперь живет…

Лупоглаз еще раз моргнул, прянул ушами в разные стороны и с пронзительным криком:

– Взя-я-я!..

Захлопал брезентовыми крыльями и взвился под потолок.

– Да? – с недоверием посмотрел наверх детектив. – И какое же у него практическое применение? Пугать воров?

– Игрушка, – я небрежно пожала плечами. – Профессор Уилл собрал его десять лет назад, когда я была маленькой девочкой. Так что это всего лишь игрушка. Прекрасная работа, не правда ли? Я его обожаю, – добавила совершенно искренне.

– Неплохо, – скупо согласился он, не разделяя моих восторгов. – Аннет, у меня к вам просьба. Если здесь есть еще подобные… игрушки… предупреждайте о них заранее.

– Я не знала, что профессор держит его здесь, – честно ответила я. – Но я рада, что его не растерзали, как предметы из лавки. И он никогда не продавался.

По коридору до нас донесся громкий топот, и я испуганно посмотрела на следователя. Услышав выстрел, полисмены бросились к нам на помощь. Лишь бы нас самих не пристрелили в полутьме и суматохе.

Видимо, примерно о том же самом подумал и мистер Крэйтон, потому что за руку увлек меня от двери за прочную стену и лишь потом подал голос.

– Все в порядке! Ложная тревога!

Топот поутих.

– Эшли? – раздался настороженный голос. – Вы где? Точно не требуется помощь?

Мистер Крэйтон медленно открыл дверь, встал в проеме так, чтобы его было видно.

– Все хорошо, Ричард. Просто у меня очень хорошая… реакция.

– Рефлексы, – фыркнула я в кулак.

Он саркастично приподнял бровь, посмотрев на меня.

– Да, и они тоже. Не хуже ваших. Продолжим?..

Кабинет был залит ярким солнечным светом, бьющим в окно. На первый взгляд здесь все осталось, как при жизни профессора, но я знала, где искать… Глянула мельком в ящик стола, убедившись, что на старые чертежи никто не покусился. Сейф тоже был не взломан, но профессор использовал его для отвода глаз и никогда не хранил в нем ничего ценного. Я подошла к окну, мельком взглянула вниз на мостовую, где стояли и весело переговаривались полисмены. Конечно, для них это обычный рабочий день. Рутина. А не трагедия, как для меня…

Пальцами нащупала выемку под подоконником, нажала аккуратно. Щелчок. Тайник открылся.

– Что это? – следователь заинтересованно наклонился ко мне.

Я медленно отошла в сторону.

– Ничего… – тихо сказала я.

Мое открытие перевернет весь мир, эхом отозвались его слова.

На дне тайника осталась лежать смятая пергаментная бумага, в которую он завернул тот самый рубин, напитанный моей магией… И ничего больше.

– Кажется, я знаю, за что его убили… – проговорила я, сдерживая вновь навернувшиеся на глаза слезы. Он всего лишь хотел сделать мир лучше! Кому он мог помешать?

– За исследования, – договорила я под цепким вопросительным взглядом мистера Крэйтона.

Днем ранее…

– Мне больше некого попросить…

Я прекрасно знала, что скрывается за этой горькой фразой, которую он произнес лишь однажды.

– Вы всегда можете на меня рассчитывать, – с готовностью ответила без малейших сомнений. Ему я доверяла безгранично, и это была уже не та детская наивность и восторженность, а проверенное временем чувство доверия.

Профессор Уилл расплылся в счастливой улыбке, отчего морщины, веером расходящиеся в уголках глаз прорезались четче. Стареет мой наставник, стареет… А не выложись он в свое время полностью, не истратив свою искру до выгорания, мог бы продлить свою молодость…

Я отогнала свои мысли подальше, профессору бы они не понравились.

Он тем временем отпирал массивный железный ящик, притулившийся в углу. Обычно он там хранил свои чертежи, но сейчас в его руках сверкал множеством граней идеальный рубин в бронзовой сложной оплетке. Он бережно держал его двумя ладонями и так же бережно положил передо мной, подстелив бумагу на верстак.