Чтение онлайн

– Я возьму с тебя иную плату.
– Показалось, Хозяйка улыбнулась.
– Мой ученик покинет Грозовые горы с этим караваном. Ты останешься до следующего года и будешь разговаривать со мной. Иногда.

"Ученик?
– мелькнула мысль.
– Разве у Хозяйки могут быть ученики? Разве о ком-то она может говорить с... теплом?"

– А монету Драконьей Удачи оставь себе, пригодится.
– В песне ветров проскользнуло что-то знакомое, человечное и близкое. Может быть, одиночество и тоска по несбыточному.

Грыт понял, что разговор окончен, очень просто: Хозяйка задрожала, как рябь на воде, и растворилась. Он посидел еще немного, наслаждаясь теплом, запахами книг и цветов, и пошел исследовать свой новый дом. Желтоглазый маг больше не волновал его: кто он такой, чтобы спрашивать легенду, отчего она поступает так, а не иначе.

12

12

С Колчаном и Бочкой попрощаться не получилось. Ни солдаты, ни купцы не видели его, а он не мог их коснуться: рука проходила насквозь, словно он - призрак. Грыту лишь оставалось смотреть на сборы, слушать и удивляться, сколько околесицы они успели напридумывать о его незавидной судьбе. Ученик Хозяйки, велевший купцам звать его Волком, выходя с караваном со двора, обернулся и подмигнул Грыту. От этого простого жеста на душе потеплело... но ненадолго.

Время в башне тянулось патокой, иногда застывая - иные дни казались длиннее полярной ночи. Иногда Хозяйка звала в кабинет и расспрашивал о странствиях. К концу каждого разговора на него нападали усталость и тоска. А может быть, он чувствовал тоску Хозяйки. Во время этих бесед время и пространство смешивались и текли сквозь него, словно Грыт был одновременно и в Башне Заката, и в ледяных пустынях, и в сашмирских джунглях - и снова задавал прорицателям и оракулам единственный вопрос: "кто я?"

На пятый раз Хозяйка не дослушала рассказ о бессмертном змее-прорицателе из забытого города с синими стенами.

– Ты ни разу не рассказал о тех снах. Что ты видел?

Грыт запнулся. Он не мог облечь ускользающие образы в слова. Здесь, в башне, сны покинули его, оставив о себе лишь смутную память: зов, любовь и потеря. И девушка с глазами, как звезды, имени и лица которой он не мог вспомнить, как ни старался...

– Не помню.

– Жаль. До твоей памяти не так просто добраться. Отдохни сегодня, а завтра попробуем иначе.

Он удивился: голос Хозяйки звучал, как голос обыкновенной усталой женщины. И сама она не казалась порожденным Сияющими Духами Тундры мороком.

– Как прикажете...

– Хватит. Никаких Ваших Темнейшеств, Грыт. Обращайся ко мне на ты. Я всего лишь человек, а не воплощенный ужас гор.

Горечь её слов обрушилась на него и чуть не раздавила. Он даже не заметил, как она встала и ушла - не растаяла, не улетела, а просто ушла через дверь.

"Злая колдунья с половинкой души? Стихия? Безмозглый ишак...
– он сжал виски.
– Ты просишь помощи, а сам... даже не спросил её имени!"

Грыт вскочил, побежал к двери, но вместо лестницы наверх нашел гладкую стену. Хозяйка не желала его видеть. Проклиная собственную глупость, Грыт отправился бродить по башне.

За три недели - на второй же день он стал делать зарубки на столбике кровати, чтобы не потеряться в плывущем и ускользающем времени - он понял, что жилище настоящего мага совершенно не то же самое, что дом обыкновенного человека. Коридоры, лестницы и комнаты то пропадали, то возникали в неожиданном месте. С комнатами без окон было еще просто: надо просто хорошо знать, куда и зачем идешь, потому что живая башня всего лишь исполняет желания в меру собственного разумения. А вот с окнами творились настоящие чудеса. Он ни разу не видел из библиотеки одного и того же места. Джунгли, океан, пустыни, леса... как-то раз обнаружил за окном город, стоящий на воде. Жители плавали на лодках и ходили из дома в дом по тонким мостикам.

Мостики и лодки вылетели из головы, когда из-за двери - незнакомой двери - послышались веселые мальчишеские голоса. Он остановился, замер ухом к щели. С громким скрипом дверь распахнулась, хоть он и пальцем до нее не дотронулся.

– Грыт! Смотрите, он тут!

Все шесть мальчишек, умытых, добротно одетых и сытых, вскочили с ковра, где играли в Эмира и Звездочета.

– Что ты тут делаешь? А почему мы тебя не видели? А ты...

– Тише, тише, - поднял открытые ладони Грыт. Губы сами собой расплылись в улыбке, когда он заметил открытые юношеские шеи без всяких следов ошейников.
– А что вы тут делаете?

– Играем, - ответил самый бойкий синеглазый сорванец.
– Будешь с нами?

– Только играете?
– переспросил Грыт.

– Еще учимся, - другой указал на стопку книг и расстеленную на столе карту.
– Хозяйка обещала каждому, кто выучит арифметику, чистописание и ответит на вопросы про Острова-за рифами, дать по десять золотых!

– А вы все умеете читать?
– спросил Грыт, пытаясь вспомнить, слышал ли когда-нибудь про Острова-за-рифами.

– Конечно, - радостно отозвался мальчишка.
– Это, оказывается, совсем просто! И язык Эльвиа простой.

Мальчишка добавил фразу на певучем языке, непохожем ни на один из трех дюжин, когда-либо слышанных Грытом.

– Зато вопросы сложные, - добавил второй мальчишка.
– Но до послезавтра есть еще время.

– Жизнь на свободе сложнее, чем в рабстве, - повторил еще один знакомым отстраненным тоном.

– Она обещала прокатить нас до Островов на урагане! Представляешь, Хозяйка ездит на ветрах, как на лошадях!

Грыт только покачал головой. Он еще смеялся над купцами, что определили его в невинные жертвы Зла. А сам? Что сам думал - Хозяйка ест детей живьем, пьет кровь и мучает в ритуалах наподобие степных жертвоприношений Хсы? Точно, ишак.

13

13

Назавтра Грыт проснулся в отличном расположении духа, которое не испортило очередное алое пятно на подушке. Ледяной жабы почти не чувствовалось, а кашель... да Хсы с ним. Грыт так радовался за мальчишек, что даже не думал о возможном обмане. Зачем усложнять, рассуждал он. Откармливать, обещать невесть что, если им и так никуда не деться. И показывать морок незачем. Хоть сто раз назовись гостем, а по сути - Грыт в полной ее власти. Значит, нет смысла бояться: все равно от него ничего не зависит.

Грыт оделся в свежую рубаху, штаны тонкого сукна и мягкие туфли наподобие тех, что носят лесные племена охотников. Плотно позавтракал в своей комнате, принимая как должное дивный вкус неведомо откуда возникающих пирогов и фруктов. Как всегда, церемонно поблагодарил Хозяйку и отправился в кабинет.

Тяжелые занавеси были раздвинуты, а за ними переливался всеми оттенками зелени холмистый остров посреди бирюзового океана: вид, словно с высоты птичьего полета. Южное солнце заливало кабинет, щекотало щеки и звало окунуться в воду. Воздух пах солью, казалось, ветер задувает в комнату. Грыт подошел к окну, приложил ладони к стеклу...