Чтение онлайн

— Простите, если я Вас обидела своим недоверием, но на меня в последнее время свалилось столько ответственности, — я картинно заломила руки.

— Ладно, ладно, только не плачьте, — профессор ободряюще похлопал меня по руке. Вовремя, ибо я уже всерьез собиралась пустить слезу. — Избавимся мы от Ваших крысолаков, духу их в парке больше не будет.

Мы еще некоторое время пообменивались заверениями взаимного восхищения, после чего разошлись в разные стороны: профессор травить крысолаков, а я продолжать свою ежедневную инспекцию.

Данная инспекция каждый раз давала удивительные результаты: вчера, например, в саду я наткнулась на кучку заботливо расставленных капканов. Вероятнее всего, капканы эти предназначались для пресловутых крысолаков, пусть им икается, но это вовсе не значит, что туда не может попасть кто-нибудь другой. Я, например, оставила в одном из них изрядный кус материи своего платья и была несказанно рада отделаться так легко. В замке и вовсе, после того как я заглянула в одну из комнат, из-за двери на меня выпал скелет. Я орала как сумасшедшая, переполошив половину прислуги, пока до меня не дошло, что открыла я чулан, а выпала на меня всего-навсего модель скелета человека, которую использовали для уроков анатомии, когда нынешний монарх был еще долговязым подростком. Скелет по моей исключительной просьбе мы презентовали школе при Королевской Медицинской Академии во избежание повторения подобных казусов.

Проходя около самой ограды парка, я резко остановилась: по ту сторону слышались странные звуки и непонятное бормотание. Я подобрала подол платья и тихонько на цыпочках приблизилась к стене — теперь все было слышно достаточно отчетливо.

— Полегче, папенька, все юбки помнете. Чай не мешок картошки поднимаете, — раздраженно сказал девичий басок.

— Не учи жить, Малашка. Меньше плюшек за обедом жрать надо было, сейчас бы уже на той стороне была, — урезонил ее мужской голос.

— А Вы еще и плюшки считать будете? Родному дитяти кусок хлеба жалеете, — Малашкин ответ закончился подвыванием.

— Не слушай старого дурня, доча, — второй женский голос, — ты лучше ручками за зубцы цепляйся, а мы уж подтолкнем

— Подтолкнешь ее, как же! Вон кака кобыла вымахала!

— Помолчите, папаша. Посмотрим, как Вы заговорите, когда я королевой сделаюсь.

Мне стало невыносимо любопытно посмотреть на этих непрошеных гостей. Благо, рядом со стеной со стороны парка росло несколько удобных раскидистых деревьев. Пользуясь их ветвями как своеобразной лестницей, я быстро взобралась на верхушку каменной ограды. Лезть было недалеко, потому как ограда делалась скорее для красоты, нежели для защиты: вот уже в течение нескольких сотен лет в Греладу не вторгался никто, мало-мальски вызывающий опасения. Подозреваю, что наш кусок суши просто-напросто никому не был нужен. Пожалуй, даже та троица, что сейчас штурмует препятствие, представляет собой первых внешних интервентов за многие годы. Наверно, их надо встречать хлебом и солью. Я добралась до конца ограды и не без труда втиснулась между двумя каменными зубцами. Кажется, теперь каждый лишний кусок пирога за обедом будет угрожать моей маневренности.

По ту сторону ограды передо мной предстала живописная картина. Пожилой мужчина с пышными усами и не менее пышными бровями, одетый по моде городского купечества, пытался подсадить на ограду упитанную барышню, своим нарядом больше напоминавшую ведущую танцовщицу местного варьете. Вокруг суетилась худая женщина в чепце в зеленый горошек, кружева на котором были настолько обильными, что ее лица я так и не смогла разглядеть.

Я схватилась покрепче за зубец и торжественно произнесла:

— Дамы и господа, попрошу секундочку внимания.

Услышав сверху подобное обращение, девица взвизгнула и, завалившись назад, упала плашмя, придавив обоих родителей. С мостовой на меня уставились три пары удивленных глаз. Такой эффект льстил моему самолюбию.

— Мне жаль вас огорчать, но королевские смотрины только на следующей неделе, — я покачала туфелькой, едва не уронив ее с ноги. — К тому же, пускать на них будут по приглашениям, иначе вы рискуете быть с позором выставленными за ворота дворца.

Первой очнулась худая женщина, у которой теперь из-под чепца можно было разглядеть вытянутое лисье лицо. Она поднялась на ноги и взяла под локоть своего мужа, пытаясь привести того в такое же вертикальное положение.

— Пойдем дорогой, нам здесь не рады. Счастья своего не знают.

Мужик поднялся, плюнул на мостовую.

— А ты чего, дурёха, слезы размазываешь? А ну, поднимайся! — скомандовал он своей дочери, которая уже обиженно поджала губы и, казалось, была готова разразиться фонтаном слез. — Папенька обязательно что-нибудь придумает!

Все трое удалились, не удостоив меня даже взглядом. Я пожала плечами и начала слезать с ограды, пока кто-нибудь меня не увидел. Говорят, что во время смотрин деда нынешнего короля, Ратмира I, девицы всех сортов и мастей буквально штурмовали замок, в результате чего начальник охраны вынужден был выставить по часовому через каждые несколько метров дворцовых стен, чтобы хоть как-то отпугнуть настырных невест. Особо не помогло, королевой в результате стала дочка бакалейщика, которой хватило ума и расчетливости, чтобы обойти все преграды и соблазнить короля. Не скажу, что Грелада особо пострадала от такой королевы из народа, скорее даже наоборот. Но теперь вся знать зорко следила, чтобы подобного казуса больше не повторялось.

Задумавшись о судьбах сильных мира сего, я сделала неосторожное движение — тут же раздался противный треск рвущейся материи. Рогатый леший! Так никакого гардероба не напасешься! Платье разодралось почти по всей длине юбки и висело живописными лохмотьями. Придется до дома пробираться кустами мимо дворца. И что меня дернуло лезть на стену? Сказала бы стражниками, они бы живо шуганули эту троицу. Все-таки страсть издеваться над убогими разумом людьми до хорошего не доводит.

Я зажала в руке разорванный подол, и осторожно, постоянно оглядываясь, пошла по тропинке. Горький опыт подсказывал, что именно в такие моменты судьба никогда не бывает ко мне благосклонна.

Половину пути я прошла без особых происшествий. Моими немыми свидетелями были только крысолаки, но этим тварям и дела нет до разодранного платья. Оставалось только проскочить мимо служебных пристроек да восточного входа во дворец, и я спасена.

— А я Вас везде ищу, — раздался позади голос.

Мое сердце тут же упало в пятки и попыталось затеряться в пальцах. Я медленно повернулась боком к говорившему, стараясь не показывать испорченный подол. Сэр Кит улыбался во все тридцать два зуба. Уход Кларины нисколько не убавил ему спеси, а наоборот, дал почувствовать некоторую власть в замке. Ну, погоди! Когда съедутся все гости, работы будет столько, что этой ухмылке придется исчезнуть. Я внутренне улыбнулась.

— Доброе утро, сэр Кит. Я так понимаю, что завтрак уже готов, раз у Вас есть свободное время расхаживать по парку?

— Да как Вы могли подумать, что я буду бегать от работы? Уж не считаете ли Вы меня никчемным лодырем?

Именно так я и считаю. Я улыбнулась еще шире.

— Рада за Вас, вижу, Вы даже можете найти свободную минутку, чтобы есть деликатесы на свежем воздухе, — я кивнула на вазочку с каким-то сиреневым десертом в его руке.

— О, что Вы, Вы все совсем не так поняли, — он протянул мне креманку с устрашающего вида нагромождениями взбитых сливок. — Это для Вас.

Я несказанно рада. Знаю, этот дармоед просто нашел наилучший способ, чтобы поизмываться надо мной.

— Сэр Кит, Вы же знаете, что я не жалую десерты. И потом, я слишком занята, чтобы тешить Ваше самолюбие подобным образом, — я стала стратегически отодвигаться дальше по дорожке. Еще несколько шагов, и я смогу спокойно скрыться в кустарнике. Только он меня и видел!

— Я понимаю, что Вы спешите сменить это разорванное платье, — парень свободной рукой подкрутил рыжий ус. — Но стоит Вам уделить мне всего лишь секунду, и во дворце никогда и ни у кого не возникнет вопросов, что госпожа управляющая делала с утра в столь непристойном виде.