Чтение онлайн

— Я-я не знаю. Мать Земля, ты великолепна.

Он жадно наблюдает за мной, пока я раскачиваюсь, трусь и скачу на нем верхом.

Это так хорошо. Так хорошо! Но я здесь, чтобы взорвать его разум, поэтому я меняю свои движения. Приподняв задницу, я подпрыгиваю на его члене, пока шлепающий звук не заполняет комнату.

Его громкий раскатистый стон почти такой же горячий, как выражение восторга на его лице. Мое влагалище сжимается. Я тяжело выдыхаю, приближаясь к тому, чтобы снова кончить.

Дайн натягивает ремни. Его бедра приподнимаются мне навстречу, и мы двигаемся в ритме, преследуя момент, которого я хочу достичь вместе. Я сдерживаю свой оргазм, наблюдая за его лицом, ожидая его.

Прежнее чувство вернулось, на этот раз сильнее. Желания обладать и принадлежать. Желание, чтобы это было так же реально, как мне кажется прямо сейчас.

— Боже, ты чувствуешься так хорошо, детка.

Глаза Дайна распахиваются, и он мощно входит в меня.

— Ты так хорош. Как ты мог в этом сомневаться?

Он хмыкает. Его брови хмурятся.

— Я никогда не должен был сомневаться в тебе, бриллиант. Никогда.

Я хочу сказать больше. Я хочу сказать ему, что я чувствую. По-настоящему. Но не сейчас. Я не могу сейчас. Я не могу подобрать слов. Вместо этого я возвращаюсь к грязным разговорам, которых, как мне кажется, недостаточно.

— Ты наполнишь меня, детка? Ты готов?

Дайн стонет.

— Что, если ритуал не сработал? Что, если я причиню тебе боль?

В ответ я подношу руку к своему клитору и тру. Удовольствие усиливается.

— Детка, это должно сработать. Ты так хорош, я уверена.

Я так близко. Дайн ускоряется. Мои движения дикие и самозабвенные. Мои груди подпрыгивают. Моя рука, потирающая клитор, усиливает влажные эротические звуки.

Мышцы Дайна бугрятся. Его член пульсирует внутри меня. Раздается скрип, звук скрежещущего металла, и наручники на его запястьях щелкают.

В ту же секунду, как он освобождается, его большие руки ложатся на мою задницу. Он сжимает меня. Поднимает меня, водит по своему члену, пока мы оба не начинаем хватать ртом воздух.

Я перестаю двигаться и позволяю ему держать меня в воздухе, пока он входит в меня. Я тру свой клитор, и оргазм расцветает на краю моего сознания.

Затем Дайн притягивает меня к себе. Он наполняет меня до тех пор, пока мне не начинает казаться, что он пронзает шейку матки и попадает в мое лоно.

Я кончаю, дрожа, смеясь и стекая по нему. Он следует за мной с криком.

Когда я смаргиваю черноту с моего поля зрения, я смотрю вниз и вижу, что он смотрит на меня с чистым обожанием.

— Омейка. Омейка. Моя драгоценная. Ты стоишь больше, чем любое сокровище.

Неожиданно мои глаза наполняются слезами, и я сдерживаю их.

Слова, которые я хочу сказать ему, все еще застревают у меня в горле.

Что, если я все-таки такая же, как Кирстен? Просто еще одна обманутая девушка, которой вот-вот разобьют сердце. Он до сих пор не сказал, что любит меня. Никогда не называл меня своей парой.

Я никогда в жизни не была трусихой. Я не собираюсь начинать сейчас.

Я просто положу голову на его широкую грудь и послушаю биение его сердца, чтобы понять, не сходит ли оно с ума, как мое. Всего на мгновение. Потом я найду в себе силы, которые мне нужны.

Я прочищаю горло.

— Дайн, мне нужно тебе кое-что сказать.

?

17

Хисондайн

Мое сердце почти перестает биться, когда она бормочет эти слова мне в грудь. Что бы это может быть? Ничего хорошего, это точно.

Вот я взял и потерял свое сердце, как гребаный дурак. Она собирается облить его ледяной водой и смотреть, как оно трескается.

— Я больше не хочу быть твоим эскортом.

Могу ли я винить ее?

Я позволил своему члену сжаться и выскользнуть из ее идеальной киски. Я сказал ей, что она может отказаться в любое время. Я просто хотел, чтобы она сделала это до того, как я овладел ею. Теперь я знаю, каково это, когда ее маленькая пизда обхватывает меня. Как она ощущается в объятиях, распадающаяся на части под моими прикосновениями. Теперь, когда она нанесла на свою кожу землю с места моего рождения и приняла мое семя в свое тело, для меня больше никого нет.

Я осторожно перекатываю нас в сторону и укладываю ее на матрас. Затем сажусь.

— Я принесу тебе прохладное полотенце, чтобы ты вытерлась. Принести тебе немного льда? Немного воды? Тебе больно?

Она сидит, и ее рука на моей заставляет меня повернуться и посмотреть на нее. Вместо презрения или страха я вижу беспокойство.

— Что-то еще? Это было хуже, чем я думал? — мне казалось, ей понравилось. По крайней мере, часть этого. Возможно, я был настолько поглощен собственным удовольствием, что не заметил ее страданий. Ярость Отца, как я мог так подвести ее? Я знаю, что разорвал свои цепи. Изготовленные на заказ стальные цепи, которые, как мне гарантировали, могли удержать меня. Я думал, что ее крики были экстазом, но были ли они криками боли?

Она качает головой.

— Дайн, ты меня слышал? Я не хочу быть твоим эскортом. Я хочу большего. Ничего страшного, если ты этого не хочешь. Я просто должна была сказать тебе правду.

Я смотрю на нее. Большего? Она хочет большего? Означает ли это…

— Ты хочешь большего? — мое сердце больше не заморожено. Оно колотится со скоростью миллион миль в минуту, потому что я осмеливаюсь надеяться.

— Я хочу тебя. Я хочу нас. Я хочу, чтобы это было по-настоящему. Потому что для меня это так. Но это означает, что ты должен перестать мне платить, потому что мне нужно, чтобы ты знал, что я все равно с тобой увижусь.

Я хватаю ее и сажаю к себе на колени, прежде чем она успевает закончить. Омейка смеется и обхватывает меня руками и ногами, когда я с глухим стуком падаю обратно на кровать.

— Женщина, сегодня ты уже дважды чуть не убила меня. Я думал, ты больше не хочешь меня видеть. Я думал, что причинил тебе боль!

Она сжимает меня крепче.

— Нет. Вовсе нет, — она извивается. — На самом деле, я почти уверена, что буду готова ко второму раунду, если ты дашь мне несколько минут.

Я стону. Я должен рассказать ей об остальном. О том, что технически она моя пара. Только я слишком поражен своей удачей, чтобы испытывать судьбу. Я не буду отпугивать ее сейчас. Шаг за шагом.

— Никакого второго раунда, пока ты не отдохнешь. Теперь скажи мне, что ты хочешь съесть, я принесу тебе. Все, что захочешь. Я прикажу принести.

Хотя я уже снова возбужден и с кончика моего члена стекают дымящиеся капли, я беру полотенце и вытираю ее. Я не могу удержаться от паузы, любуясь видом моей красной спермы, вытекающей из ее розовых складочек. Возможно, это одна из самых совершенных вещей, которые я когда-либо видел. Я должен остановить себя от того, чтобы вернуться к Омейке и затолкать семя обратно в нее большим пальцем.