Чтение онлайн

– Все видите...?! Какая у неё метка!?
– крикнул я настолько громко, насколько смог.

На некоторое время все замерли, и казалось, что повисла тишина. Только отдалённые крики и шум с разных концов города нарушали её.

– Но-но... но КАК...?!
– Наконец сказал все тот же человек - ... у неё она должна быть, и именно на том месте!

– Но я почему-то её не вижу, и все здесь присутствующие тоже!

– Она её стерла!

– Не неси чушь! Ты САМ говорил, что её стереть невозможно, и она остаётся до конца жизни! Стража! Эти люди угрожают неповинному чело....

Я замолк на полуслове, так, как только сейчас заметил, что никого из стражников рядом нет, хотя уже полгорода гудело о поимке "кого-то из Свободного Народа". Меня это насторожило, и не только меня, люди, окружавшие нас, тоже стали перешептываться в недоумении. Никогда еще не было так, чтобы ни один стражник не прибежал на происшествие. А троица передо мной только ехидно хихикала.

– Как бы ни так.... Пока они тебя услышат, пока добегут....

Некоторые люди потеряли интерес происходящему и стали расходится. Если это всего лишь разборки между обычными людьми, то это было им не интересно. Даже если кто и хотел бы вмешаться, он не вмешается! Они не боялись ни меня, не тех троих, все было гораздо проще. Вмешиваться в такие дела может только стража, а если вдруг вмешаются обычные люди, и помогут не правой стороне, то они ответят по закону, наравне с виновниками! Такой закон позволял избежать многих трудностей для стражников, так как люди не вмешивались, не зная, кто прав, и разбираться - кто зачинщик и где он, становилось легче. Но, и помощи в таких случаях не дождёшься, будь ты хоть трижды прав!

Я протянул правую руку под плащ, взялся за рукоять пистолета и снял его с предохранителя. Троица немного разбрелась, и пока один оставался спереди, второй и третий стали обходить с боков, и по чуть-чуть сближаться.

– Оставь её, и останешься жить...
– сказал тот, что стоял впереди - ... ты нам не нужен!

Люди довольно быстро стали расходиться, и за минуту почти все по уходили по своим делам, остались лишь некоторые зеваки, которым было интересно, чем закончиться представление.

– Как бы не так...
– тихо произнёс я.

Как только один из них сделал еще маленький шажок в мою сторону, я тут же выхватил пистолет, и выстрелил в ногу ближайшему, что подходил слева. Оттолкнув Элим в одну сторону, сам я отскочил в другую, и той же рукой не отпуская рукояти, с помощью рычажка перевел в боевое положение второй курок, и выстрелил в ногу человеку справа, потом проделав то же движение, взвел третий, и выстрелил третьему в правое плечо; все выстрелы прозвучали с интервалом чуть более секунды... Последний, был дальше всех, это он разговаривал со мной, и все время стоял на месте.

Первые два выстрела были дробью, и имея достаточную кучность стрельбы, с такого близкого расстояния оба противника ощутили сильный удар по броне, что защищала их ноги; часть её попала в пластины, а часть прошла вскользь местами разорвав кольчугу, но ранений они не получили. А вот в третьего уже полетела пуля калибра 5.45мм, которая пробила доспех и ранила его. Я переломил пистолет левой рукой, автоматический экстрактор чуть высунул патроны из ствола, и в тоже мгновение я достал из патронташа два новых патрона, и быстро заменил стреляные. И сразу же подготовил пистолет к стрельбе.

Сам пистолет представлял собой рукоять с откидным блоком из трёх стволов. Все три ствола блока имели длину 30 см. Два верхних ствола были гладкими диаметром ствола 12,5 мм, а третий ствол -- нарезной, калибра 5,45 мм, был ниже, и располагался точно по средине между двумя верхними. Ударно-спусковой механизм пистолета куркового типа с двумя наружными курками и одним спусковым крючком. С виду пистолет напоминал обрез двуствольного ружья с рукоятью вместо приклада.

Такого оружия никто не видел раньше, и когда я вновь прицелился в ближайшего противника, который был справа, то тот сразу же отошел на три шага назад, его примеру последовал и тот - что был слева. Наблюдавшие зеваки стояли и удивлённо раскрыли рты, все уже предрешили исход боя, и такого никто не ожидал, как и эти трое. Они медленно пятились назад, не сводя свой взгляд с пистолета, но тут непонятно откуда прибежали стражники, услышавшие звук выстрелов. Их было восемь человек, они сразу схватили этих трёх, и оставшиеся двое не спеша подошли ко мне. Я опустил оружие.

– Кот! И почему я не удивлён, что ты здесь?! Что тут происходит, кто она?

Из-под забрала донёсся низкий голос, стражник левой рукой указал на Элим, которая сидела на коленях в паре метров от меня.

– Эти трое напали на неё, а она под моей защитой! Вчера я провел её через северные ворота!

– Это ничего не значит! Если она из Свободного Народа, то под чьей бы она защитой не была, она...

– Она будет жить! Так как она не из этих... на её лице нет метки, и чтобы ты там не говорил, это я посчитаю за оскорбление - это раз! Два! Где вы были все это время? Я прибежал сюда раньше вас, а вы только сейчас подоспели!

Я не заметил, как в моём голосе стали появляться нотки гнева. Пистолет еще был в моей руке, и стражники отошли на шаг назад, а остальные шестеро насторожились.

– Мы не знали о произошедшем, и прибыли сюда на звук выстрелов! Да и откуда ты знаешь, что на её теле нет меток? А?!

– Эту ночь мы были вместе! Даже Арим'анд может это подтвердить! Но это тебя уже не касается! В противном случае я буду считать это личным оскорблением!!!

Наверное, единственное табу для всех - это была личная жизнь других людей. Чтобы избежать клеветы, и сплетен, не один живущий в этом городе человек не имел права рассказывать о чьей-либо жизни, кроме своей, без согласия того человека или семьи. Для стражников это тоже было запретом! Если им что-либо становится известно о не законных деяниях, то они могут это проверить. Но, если дело касалось личной жизни человека, и это не подтверждалось, то наказание для того - кто распускал эти слухи, будет очень суровым. Когда я сказал, что "Арим'анд может подтвердить это" они были на распутье. Либо поверить мне, и взять под стражу зачинщиков, для выяснений - кто они, и почти гарантированно получить благодарность; либо не поверить, и проверить самим, но если они ошибутся, то участь их ждет не завидная.

Он взялся за рукоять меча на поясе, и посмотрел мне на меня.

Все они взрослые люди, и понимали, что Арим'анд свидетелем выступить мог лишь в том случае, если стоял рядом со свечкой в руках. Но тем не менее, если они пойдут к нему, и он всё подтвердит, то тут уже ничего поделать будет нельзя.

– Мы...
– вдруг его решительный голос умолк, и хоть через забрало видно не было, но его взгляд сейчас был направлен не на меня, а за моё плечо.