Чтение онлайн

Ярмарка начиналась в первый день лета, и Хоран спешил снарядить подводы. Кроме коней, люди больше ничем торговлю не вели. Андра славилась этим товаром. Лошади, взращенные на вольных землях, вспоенные горными реками, всегда были желанны на ярмарке. Покупали их за дорогие самоцветы и золото, а в свою очередь на них, Хоран выкупал то, в чем нуждалось селение. Труднее приходилось с металлом. Им торговали только подгорные народы. За самоцветы их железо было не купить, а в конях они не нуждались. По такому случаю Хоран вез мед. Эта сладость гномами ценилась, и они охотно менялись. Все эти тонкости, отец старательно втолковывал Тире и Аргелору, которые внимали его словам и послушно выполняли все приказания. Многие оказались против их поездки, но слова вожака побоялись ослушаться. Дорога занимала почти семь дней до торгового города, путь не близкий. С собой брали запасы еды и оружие. Только брату с сестрой никакого оружия не досталось. Помня наказ ведуньи, Хоран и близко их не пускал к металлу и зеркалам.

— Охраны у нас хватает, а вы за конями смотрите, и плащи не снимайте! — наказывал он.

Еще до рассвета, подводы и два десятка отличных коней двинулись в путь. Впервые в жизни, Тира и Аргелор покидали родные края. Нимладор встретил их густыми лесами. Дорога утопала в чащобе, пока, спустя два дня, не присоединилась к наезженному тракту. Это была южная оконечность большого континента, что раскинулся в море широким, рваным пятном. Все островные земли Раданара помещались в его бухте, похожей на крюк, а сам Нимладор делился на старый, южный, и новый северный.

От открывшихся просторов у брата с сестрой захватило дух. Перед ними стелились равнины с широкими реками, на берегу которых ютились не большие селения людей, таких же черноглазых и рыжеволосых. Дальше тракт вновь нырял в лес. Тут он уже оживился. На ярмарку стекалось много народа, кто за покупками, кто за приключениями, а кто-то и свой товар предлагать. Хоран со всеми здоровался. Многих купцов он знал, знали и они его.

На шестой день, под вечер, подводы подъехали к последней ночевке перед портовым городом Ладьей. Раданарцы оказались тут не единственными. Широкую поляну занимали и другие повозки. Многие успели разбить походные шатры. В легком вечернем тумане, в низине горело множество огоньков. Обычно тут слышались песни и звон кружек мирных купцов, сейчас же Хоран настороженно слушал тишину. Обратил он внимание и на то, как костры стоят, совсем рядом друг с другом, не более чем в десяти-двадцати шагах.

Отдав указания своим людям, глава пошел разузнать, в чем дело. Купцы говорили не охотно, при этом, под их плащами позвякивало оружие, а то и кольчуги. Иногда купцы привозили сюда своих сыновей, чтобы показать большой портовый город, сейчас же Хорана окружали одни взрослые мужчины. Прежде чем заговорить, или ответить, они долго оглядывались по сторонам. Глава Раданара, бродя по лагерю, наконец, наткнулся на тех людей, с которыми простоял бок о бок, не одну ярмарку.

Несколько крепких мужчин сидели у костра тесным кругом, искры летели на их плащи и сапоги, но темнота за спинами похоже страшила их больше, чем шанс вспыхнуть факелом.

— Доброго вечера вам… — поздоровался Хоран.

Купцы, чуть обернувшись, молча кивнули, и придвинулись к огню еще ближе, рискуя подпалить бороды.

— Своих признавать, что ли, не хотите? — он так и остался стоять за спиной у них.

— Сейчас не поймешь и не проверишь, кто свой, а кто таковым только кажется, — угрюмо бросили ему.

— Что за речи такие странные? — Хоран наклонился и развернул к себе самого коренастого из них.

Южанин с кучерявой бородой темно-русого цвета, неуклюже подвинулся и стянул Хорана за полу плаща на бревно.

— Не слышал ничего? — процедил он. — Или до твоих островов весть не дошла?

— Не слышал…

— Страшные вести с севера сюда ползут. Архимаг новый, везде своих псов колдовских понаставил. Говорят, он ищет молодых магов среди людей. Черноволосых! — глаза купца сделались круглыми от страха, такими, что Хоран сам невольно отшатнулся от него. — Где видано, чтобы среди нашего рода такие были?

— Чушь это! Я вот слышал, что народы разделяться! — встрял другой. — Гномы в свое подгорье уходят! Эльфы в леса! Это последняя ярмарка! Тут везде бродят соглядатаи в черных одеждах. Безликие такие. Не то призраки, не то люди…

— Нам то, до магов дела нет, а они тут воду мутят, — третий купец спрятал показавшийся край кольчуги под плащ. — Народы разделяться. Великий союз мастеров распадется. А в одиночку выжить тяжело…

— Мастера не могут разойтись, — теперь уже сам Хоран свел хмурые брови. — Союз мастеров с начала времен стоит! Кто чем славен, тот тем и торгует! Где нам брать железо, а гномам хлеб?

— Архимагу дела нет до этих бед. Подгорные народы что-то учуяли. Только и слышно от них о шепоте земли, — сказал южанин. — А началось все это, из-за какого-то черноволосого! Якобы маг великий… Так теперь по селениям рыщут. А нет среди нас таких! Нет!

— Не поминай к ночи, — ткнул его в бок рыжеволосый. — А то я много чего знаю от твоей бабки о проклятии Харморога. Не твой ли родственник, Хоран?

— Чего? — вспыхнул тот. — Легенды это. Сказки глупые. Был такой. Так сгинул давно. А черни нет среди людей, и никогда не было. Светлые все у нас.

— Верно, светлые… — отрешенно кивнул южанин.

— Ладно, пора и нам шатры ставить, — Хоран встал и сердце у него не хорошо защемило.

— Остерегайся безликих, — бросили ему в след.

До своей стоянки он шел без памяти. Ноги его едва ли слушались, и шестой десяток лет всем грузом упал на его плечи. Смутные предчувствия терзали его душу. Издали, он глянул на своих детей. Два силуэта, равных по росту, в сизой дымке, ловко орудовали длинными шестами и веревками, и ни о чем не подозревали. Хоран сжал громадные кулаки. Отцовские чувства застелили ему глаза и мысли. Нет, ни какая судьба не отберет у него детей! Плевать на пророчества далеких дней, плевать на проклятия! Он ждал двадцать лет и столько же их растил. Никто не поднимет на них руку! От тяжелых раздумий, его отвлек голос дочери.

— Что случилось, отец?

В задумчивости, он едва не столкнулся с ней. Да и сама Тира двигалась бесшумно, будто кошка. Ее лицо просто вынырнуло перед отцом, в миг, обрубив все его раздумья.

— О чем ты? — встрепенулся он.

— Ты встревожен, — тихо сказала она. — От нас с братом ты не скроешься. Говори, в чем дело?

— Ни в чем, дочка. Слухи и домыслы о чужаках. Ставьте шатры, — он спрятал взгляд, хоть и знал, что это бесполезно.

— Зачем ты о них беспокоишься, отец? Что они нам?

— Ничего. Пусть шастают себе на здоровье. Завтра в город войдем. На порт поглядите, только плащи не снимайте! — сказал он.

— Хорошо, отец, — Тира надвинула капюшон на самые глаза, скрыв половину лица.

— И… Замуж тебе пора. Вот что. Вернемся домой, решим этот вопрос, — чуть замявшись, добавил он и почувствовал, как воздух вмиг накалился.

— Отец! Нет мне по сердцу никого там! — Тира вспыхнула, хлестнув Хорана словами.

Тут же за ее плечом возник брат. Говорить он не любил, но и без слов все было ясно. В селении его боялись абсолютно все. Не дюжая сила и стать воина светились в нем даже сквозь плащ. Тяжелые мышцы взыграли на могучих руках, и Аргелор сложил их на широкой груди.