Чтение онлайн

— Это все еще идиотизм, — пробормотал Демос себе под нос.

— Может, мы поможем Фейт вымыть посуду? — предложила Шинед, беря свою тарелку.

Папа улыбнулся мне. Ни одной из тех улыбок, которыми он одаривал меня, когда не был слишком уверен во всех этих вещах из другого мира, когда чувствовал себя беспомощным, неспособным защитить меня от опасностей, которые представляла моя новая жизнь. Это было больше похоже на улыбку, которая говорила, что он был счастлив, что они заперли врата, и что я буду в безопасности дома. Он взял несколько тарелок и поспешил на кухню.

Я взяла со скатерти пуговицу. Она вероятно была на рубашке Арика. Должно быть, она отвалилась. На старинной пуговице была выгравирована львиная голова. Я подошла к ящику с мусором на кухне, пошарила в поисках английской булавки и прикрепила пуговицу к рубашке.

Фейт вытерла кухонным полотенцем стойку рядом со мной.

— Иметь сувенир, напоминающий о любимом человеке — это такая заветная вещь. — Ее пальцы потянулись к подвеске. — Я счастлива, что Рикардо сохранил мой кулон.

— Да, это здорово. — Я закрыла ящик. — Я уже скучаю по Арику.

— Джиа, я рада, что они закрыли врата, — сказала она, не отрывая глаз от своей работы. — Красный — опасный Ланиар. У него нет сердца. Может, у Ланиаров и нет души, но у нас есть сердца. У него темное. Пожалуйста, не возвращайся в библиотеки, пока он их преследует.

— Ну, теперь я не могу, верно? — Я остановилась, заметив страх на ее лице. — Что он с тобой сделал?

Она удивленно посмотрела на меня.

— Почему ты думаешь, что он сделал что-то со мной?

— Это написано у тебя на лице.

— Он… — ее губы сморщились, когда она посыпала чистящее средство на стойку, тяжесть правды давила на ее плечи. — Он убил моих родителей, — едва слышно прошептала она, поднимая рубашку и показывая мне жуткий шрам, идущий вдоль ее живота. — А потом он выпотрошил меня… оставив умирать.

Вздох сорвался с моих губ прежде, чем я смогла его остановить. Из уголков моих глаз потекли слезы.

— О, Фейт, — мой голос дрогнул. — Это ужасно.

— Мерл спас меня. Я этого почти не помню. Я была так молода. — Она повернулась ко мне спиной и продолжила протирать столы. — Говорят, Красный был ранен в ужасной битве много десятилетий назад. Он был на грани смерти. Какой-то сумасшедший целитель проводил всевозможные незаконные эксперименты, чтобы вывести его из этого состояния. Вот почему у него черное сердце. Гнилое.

Внутри меня поднялся жар. Злой жар. Я хотела вонзить меч в Красного и выпотрошить его, как он сделал это с Фейт. Эти мысли пугали меня. Они были звериными и жестокими, и я задавалась вопросом, если бы у меня был шанс, я бы сделала это?

— Фейт?

— Хм? — Она сосредоточилась на столах, усердно скребя затирку. Плитка, вероятно, никогда раньше не имела такой детальной очистки.

Мысли о Красном пугали меня, а Дейдра, как правило, задерживалась допоздна с Ником. Я не хотела оставаться одна в своей комнате.

— Можно мне сегодня переночевать в твоей комнате?

Она остановилась на полпути. Уголок ее рта слегка приподнялся в улыбке.

— Я бы с удовольствием, но ты же знаешь, что я не сплю по вечерам.

Сон, вероятно, снова ускользнет от меня сегодня ночью, зная, что Арик и Карриг путешествовали по вратам, в то время как где-то в мире Мистиков Красный готовится к следующей атаке.

Дейдра подкрашивала лицо, когда я вошла в нашу комнату.

— Привет, — сказала я, направляясь к своему туалетному столику. — Ты куда-то собралась?

— К Нику за настоящим пирогом. — Она нанесла тушь на ресницы.

Я вытащила из среднего ящика пижамные штаны и футболку.

— Мне показалось, ты говорила, что сегодня вечером идешь в кино с Эмили.

— Нет. Эти планы отменились. Мы ведь не тусовались вместе. У меня появились новые друзья.

Это меня удивило.

— Что случилось? Вы поссорились?

Она отложила тушь и вздохнула.

— В некотором смысле. Она продолжает флиртовать с Ариком в классе. Я велела ей отвалить. Вы с Ариком — пара, ты моя сестра, и что я не могу дружить с тем, кто с тобой связывается. Но она не захотела слушать, так что…

Мне захотелось обнять ее. Между нами возникла какая-то связь. Может быть, это было потому, что мы делили комнату или потому, что мы сблизились во время нашей тайной операции в Ватикане прошлой ночью, но это было так.

— Спасибо, — сказала я.

Ее взгляд встретился с моим, когда она взяла губную помаду.

— Только не надо плакать. Ты заставишь меня плакать и испортишь мою тушь.

— Ладно. Ну что ж, повеселись. — Я схватила с комода новый стержень, который мне подарил Карриг, и по пути к двери прижала пижаму к груди. — Если вернешься пораньше, поднимайся наверх и побудь с нами.

Она улыбнулась и провела красным по губам.

— Спасибо. Возможно, я так и сделаю.

Я нырнула в ванную и положила пижаму на стойку, затем развела две части стержня. Экран мигнул.

— Бастьен Ренар, — сказала я.

Прошла почти минута, прежде чем Бастьен ответил на мой звонок. На экране его глаза казались еще более голубыми. Его волосы были взъерошены, как будто он спал.

— Эй, привет. Это приятный сюрприз.

Мои губы дрогнули, когда я попыталась не слишком широко улыбнуться при виде его.

— Я просто хотела посмотреть, как у тебя дела, и не стал ли ты Старшим Чародеем.

— У меня все хорошо, и да, я закончил школу. — Он провел рукой по темным волосам. Они были короче обычного, как будто его только что подстригли. — А ты? Как ты, Джианна?

— Джиа, помнишь?

— Если ты настаиваешь. — Его губы приподнялись в улыбке. — Но я предпочел бы называть тебя именем, которым никто другой не пользуется. Кроме того, твое полное имя прекрасно.

Я не могла сдержаться, и моя улыбка стала шире.

— Ну что ж, разрешаю.

— Спасибо. — Он пристроился на том, что я разглядела как кровать. По какой-то причине мне было неудобно, когда он лежал.

— Я бы послала подарок, потому что так поступают друзья в моем мире, но я не знала, как передать его тебе. — Ладно, это совершенно очевидно. Но я хотела убедиться, что он знает, что я звоню как друг, а не по какой-то другой причине.

— Все в порядке, дружище, — сказал он, насмехаясь надо мной. — В моем мире не принято дарить подарки по таким поводам.