Чтение онлайн

Раздался свист и ещё несколько огромных булыжников врезаются в светло-синий барьер замка. На поверхности щита остаются заклинания-катализаторы.

— Если бы барьер начали рушить мы с Олегом, то наверняка бы кто-нибудь пострадал. — вдруг догадалась Дарина. — Думов показывает, что он не хочет никого убивать. Хитрый усатый гад.

А тем временем купол весь задрожал от чуждой ему магии и начал гаснуть, но оборону ещё держал. Стражи Замка пытались удержать купол своей магией, но куда им до уровня Думова да ещё с заклинаниями-усилителями? Купол громко затрещал, грохот от этого звука стоял такой, что закладывало уши. По синему барьеру прошли большие трещины, красные заклинания-катализаторы вспыхнули ярче и купол рассыпался искрами чистейшей магии. Ярко-голубые искры стали оседать на землю. Медленно, словно первый снег. Они сияли и блестели. И этим блеском любовались как повстанцы, так и стражи Замка — впервые за последние шесть веков магический купол замка пал.

Ополченцы свистели, и с громкими радостными криками принялись штурмовать замкок. Кто-то забрасывал крюки на крепостные стены и взбирался на них, кто-то хватал металлических «быков» и спешил на таран ворот. Катапульты заряжали новыми снарядами, их перетаскивали с места на место и целились в те стены, которые остались без внимания.

Как только последняя искорка магии барьера растаяла у Дарины в руке она застегнула куртку и кивнула.

— Вот теперь пора. — сказала она, снимая с шеи кулон и передавая его отцу. Быстро разрезав ладонь кинжалом, и окропив кулон своей кровью она зажала клевер в его руках. Произнесла заклинание и от кулона потянулась огненная линия в сторону замка.

— Она приведёт вас к ней. — сказала Дарина. — У тёти Али артефакт с отпирающем заклинанием, он откроет вам дверь.

— Ты пойдёшь за Сердцем? — понимающе кивнул отец. До этого план был иным — Думов обещал позаботится о Сердце, а Пламеневы должны были вызволить Елену, но в последний момент девушка решила иначе.

— Хочу иметь аргументы, на случай, если наш союзник будет вести свою игру. — передёрнув плечами, пояснила девушка. Александр перехватил её руку.

— Дара, лучше проиграть, но вместе, чем выиграть, но по отдельности. — спокойно сказал Александр. — Тогда, мы с Леной проиграли, но не потеряли друг друга. Это было важно. Верь ему.

— Я выиграю, только если моя семья будет в целости и сохранности. И если мне нужно выбирать между ним и вами, то мой выбор очевиден. — обнимая отца за шею, ответила Дарина. — Будьте осторожны.

— Ты тоже. — кивнул Александр, выпуская её из объятий.

Дарина шагнула в сторону замка и кивнув на прощание Олегу, вынула из ножен саи.

— Она справится. — положив руку на плечо Пламеневу, сказала Алова.

— Я переживаю не за неё… — покачал головой Александр. — Я переживаю за Думова, если он, не приведи Тьма, нас предаст.

— И поделом. — фыркнул в ответ Олег, перехватывая в руке меч.

Дарина шагала по коридорам Замка, не оглядываясь и натянув капюшон красной мантии на самый нос. Мимо неё пробегали женщины в красивых одеждах, мужчины в доспехах. В коридорах творилась суматоха, все куда-то рвались, и никто не знал куда бежать и что делать. Разрушение купола очень сильно сказалось на их психике. Эти люди много лет жили в скорлупе, и теперь понятия не имеют, что без этой скорлупы делать. Зато, благодаря их панике Дарину не замечали. Хотя, в Замке никого не интересуют чужие проблемы.

Картинная галерея Замка Тьмы располагалась в центральной башне. Здесь висели портеры всех важных и значимых людей Цеты. Начиная от самой сильной ведьмы — Цеты Темнолюбовой и заканчивая первым советником Фёдора — Георгием Серовым.

С магией рисования Дарина была знакома не лучше, чем с портальной. То есть в теории она всё знала, но на практике заклинания выходили очень далёкими от совершенства. Нет, не от неумелости и невнимательности, просто Дарина считала лишним тратить время на ненужные дисциплины и теперь расплачивалась.

Фёдор отлично защитил Сердце Тьмы — ведь лучше охранника, чем картина не найти. Внимания не привлекает, есть не просит, по делам насущным не отлучается. К тому же любые предметы искусства — отличные артефакты, к ним легко прилипают любые заклинания. А в картинах, на которых изображены сильные маги остаётся ещё и небольшой след их души — а это дополнительная охрана.

Из-за развязавшейся внизу схватки, картинную галерею никто не охранял, высший карательный отряд перенаправили защищать стены. Однако галерею помимо охраны защищали ещё и заклинания. Дарина замерла в арке, задействовала свою огненную маску, чтобы лучше рассмотреть сеть заклинаний. И оказалась права — большинство энергетических узлов было завязано на портретах разных вельмож и политиков. Дарина нахмурилась. Фёдор не просто создал непроходимую систему заклинания, он ещё и использовал сами картины для подпитки. А это значит, что разорвать магию могут только сами картины.

Девушка призадумалась, нахмурилась и даже сложила руки на груди. Если в каждой их картин скрывается часть души человека, изображённого на ней, то любого из них можно призвать без сложного спиритического ритуала. Девушка улыбнулась — может магия картин и была ей далека, но в спиритизме она разбирается.

— Кровь от крови моей, силою стихии своей, магией полученной от предков призываю вас. — Дарина начертила в воздухе простую печать призыва, и с каждым словом вливала в неё по капле своей силы. — Огнём своим стираю границу меж миром видимым и невидимым за Завесой, кровью своей указываю дорогу вашим душам. — Она сковырнула корочку крови, которой успел покрыться недавний порез и надавила на ладонь, чтобы пара капель опустились на мраморные плиты. Печать обрела сизо-синий цвет и вспыхнула, вступая в силу. Вместе с тем капли крови на полу загорелись огнём — если его затушить, то сеанс прервётся.

Всего узлов в заклинании было двенадцать, но ключевых — самых сильных, всего три. И эти узлы были завязаны на картинах Георгия Серова, Николая Темнолюбова и Роана Огненного. Картины, к которым были привязаны их души стали светиться и из этого света появлялись очертания призванных духов.

Георгий Серов выглядел, как и полагает всем Барсам — бледная кожа, длинные пепельного цвета волосы. Он был заметно старше других духов. Его глаза сияли ярко-голубым.

Николай Темнолюбов приходился Дарине дедушкой, отцом Александра. Они были чем-то даже похожи, тёмная кожа, чёрные глаза и такие же чёрные, как крыло ворона волосы. Он держался строже всех, осматривался, вспоминая место, где находится. И с каким-то недоумением смотрел на Дарину, словно пытаясь вспомнить, где же он её видел.

Роан Огненный — прадед Дарины, отец Фёдора. Он обладал самой мощной и широкой фигурой из всех. Смотрел из-под лба, чуть злобно и недовольно, что его потревожили, однако он первым признал в Дарине родственницу, увидев, как к её ногам ластился огонь. Он не мог понять в каком они состоят родстве, но продолжал о чём-то думать.

Духи друг другу уважительно покивали, словно говоря, что ничто не забыто и только после этих церемоний направили взгляд на Дарину.

— Представься, ведьма, призвавшая нас. — заговорил Николай Темнолюбов, оглядываясь по сторонам.

— Меня зовут Дарина Пламенева. — отвечала девушка, глядя ему в глаза. Во время призыва нужно говорить кратко и по существу, стараться отвечать на вопросы мёртвых — таково было одно из первых правил спиритизма.

— Из какого рода? — поддался любопытству Роан. — Пламеневы? Не помню таких.

— Ты дочь Александра и Елены? — на лице Георгия Серова образовалось понимание, он посмотрел на неё с некоторой теплотой, ведь именно он содействовал Александру и Елене во время побега на Землю. Можно сказать, что Пламеневы обязаны ему своей жизнью.