Хранительница мира
Шрифт:
– С удовольствием, – прогремел голос этого верзилы.
Несмотря на свои внушительные размеры, он легко и проворно запрыгнул на коня. Я заметила, что вокруг правого запястья этого великана в несколько оборотов были обвиты черные бусы. Это было необычно и интересно, что это могло значить?
Пока я рассматривала верзилу, мы тронулись. В карете повисла тишина. Сестры явно не были расположены к общению и я разделяла их мнение.
Ехали мы совсем не долго. Я даже подумала, что такое расстояние я бы с удовольствием преодолела пешком.
Место куда мы прибыли, оказалось очень красивым. Погода благоволила насладиться прекрасными видами природы. Небольшой водоем был окружен аккуратными деревьями. Гладь воды отражала голубое небо, а легкий ветерок, запуская небольшую рябь, играл солнечными бликами на поверхности озера. На зеленой лужайке с мягкой травой то там, то тут виднелись небольшие желтые и голубые цветочки.
Спрыгнув с козел, слуга, который ехал рядом с кучером, достал огромную корзину и без слов пошёл организовывать пикник неподалеку от озера в тени дерева.
Генерал спешился и открыв дверцу ландо, помог спуститься всем по очереди.
Я выходила последней и скорее всего поэтому Макс не отпустил мою ладонь. Мы подошли к уже растеленному пледу. Не торопясь я медленно опустилась. Рядом со мной сел Макс, а с другой стороны рыжий здоровяк. Я почувствовала себя в безопасности.
Напротив нас расположились госпожа и сестры.
Слуга начал разливать ароматный чай по чашкам. На плед посередине поставил корзиночку с печеньем, сладостями и фруктами. Чайные пары были из тончайшего фарфора, белые и почти прозрачные, они стояли рядом с каждым из нас.
– Мальчик, неси мороженое, – сказала хозяйка молодому слуге.
Он, спеша угодить госпоже, побежал к карете и достал оттуда ящик. Поставил его неподалеку и я увидела внутри ледяные кубики, среди которых стояли креманки с белым кремом. Он так же раздал каждому из нас по порции. Я аккуратно взяла мороженое и погрузила ложечку в белую холодную массу. На вкус это было потрясающе, нежный сладкий крем таял во рту, я закрыла глаза от удовольствия, а когда открыла, увидела как все смотрят на меня. Отметила, что Макс улыбался, а сестры явно злились. Я смутилась и опустила глаза.
– Дарина, тебе нужно вести себя скромнее! Ты здесь не одна! – резко одернула меня Мирелла.
Я смутилась, пытаясь понять что ответить, ведь я занимала сейчас чужое тело и находилась в чужом доме и не найдя ничего лучше тихо вымолвила:
– Я не специально, просто мне вкусно, – но, не удержалась и посмотрела с вызовом прямо в глаза Мирелле.
– Конечно, не специально, знаем мы таких тихонь, сначала глазки в пол, а потом хвать и уводят мужика, – зло продолжила сестра, но не выдержав моего взгляда, отвела глаза.
Тем временем, Заримма, пытаясь замять конфликт, задала вопрос Максу.
– Расскажите нам, генерал Хонсла, – начала госпожа, – ждёт ли вас где-то семья? Жена, дети? – уточнила она.
Я вся напряглась, ожидая ответа.
– Нет, у меня нет семьи.
Я наблюдала, как госпожа Заримма расплылась в улыбке. Да и что скрывать, я тоже обрадовалась этому заявлению.
– Как хорошо, – продолжила она, – тогда я предлагаю вам присмотреться к моим дочерям!
– Но, – громко произнес Генерал, прерывая ее, – у меня есть истинная! И я верен ей!
Моё сердце снова громко забилось. О ком это он, неужели обо мне? Той что осталась в мире Грамм?
Госпожа Заримма махнула рукой:
– Знаете генерал, если у оборотня есть истинная, она долго не ходит в невестах. Да и вы вряд ли оставили бы её, не сделав своей женой. А это значит, что она вам не истинная или с ней что-то не так. Присмотритесь к моим дочерям, они прекрасны.
Макс ничего не ответил на этот ее выпад, но я почувствовала, что он напрягся.
Я посмотрела на сестер. Еэлизза делала вид, что ей скучно, Мирелла же наоборот заинтересованно смотрела на генерала.
– У вас прекрасный замок и сад, – послышался громоподобный голос Боула, он хотел перевести разговор.
Госпожа Заримма поблагодарила, ей явно понравился комплимент. И она не упустила возможности рассказать о своих владениях, начался долгий монолог обо всем, что включает её замок и земли. Медленно монолог перетек в обсуждение соседей. Я считала, что эти сведения мне не нужны, для меня были утомительны все эти разговоры, поэтому, посмотрев по сторонам, заметила старую яблоню. Без промедления я встала и направилась к ней.
"Дарина же не в себе, ей можно" – напомнила я себе.
Подойдя, я обошла её так, чтобы её толстый ствол загородил меня от других. Маманя так самозабвенно рассказывала, что вряд ли заметила, куда я ушла. По крайней мере я на это надеялась. Я легла. По привычке попыталась нащупать камушек в траве, но не нашла. Тогда вытянула руку, сложила ладонь в кулак так, чтобы большой палец был сверху. Подняв его, я смотрела и прицеливалась то к одному яблоку, то к другому. Этому способу меня научил Макс, ещё в детстве.
– Прячешься, Дарина? – прозвучал совсем близко его голос.
Я опустила руку и улыбнулась:
– Как вы догадались? – я повернула голову, чтобы посмотреть на него.
Он сел позади меня, облокотившись о дерево.
– Сдаётся мне, что и вы прячетесь, – отвернулась от Макса и прикрыла глаза.
– Да, ты права, – ответил он.
– Зачем же вы поехали с нами, если не хотели.
– Отчего же? Я хотел. Хотел побыть рядом с тобой.
Я снова улыбнулась. Мне было приятно слышать что ему нравится находится в моем обществе. В этот момент я решилась задать вопрос:
– Генерал Сантер Хонсла, – произнесла я бойко, – а расскажите мне о вашей истинной! Какая она?
Он хмыкнул:
– Она прекрасная. Самая лучшая, – сейчас в голосе Макса я слышала столько нежности. – У неё тёмные волосы и ясные голубые глаза. Ее подвижные черты лица отражают каждую эмоцию, от гнева до наслаждения. А еще над губой у нее есть соблазнительная родинка.
Я снова повернула голову и посмотрела на Макса. Он сидел закрыв глаза и улыбался, тем временем продолжал. Я отвернулась и тоже прикрыла глаза.