Христианский архетип. Юнговское исследование жизни Христа.
Шрифт:
Вот в чем разгадка. Вот что удлиняет
Несчастьям нашим жизнь на столько лет.
А то кто снес бы униженья века,
Неправду угнетателя, вельмож
Заносчивость, отринутое чувство,
Нескорый суд и более всего
Насмешки недостойных над достойным
.............. Кто б согласился,
Кряхтя, под ношей жизненной плестись... (Шекспир «Гамлет»)
Из глыбы материального мира некая фигура с короной и нимбом вытаскивает чудовище. Этот человек может рассматриваться как «христианизированное» эго, то есть эго, осуществляющее свою деятельность под эгидой Самости. На небесах прославляется принцип материальности. На земле эта реализация осуществляется через возрождение и трансформацию существования конкретной личности посредством индивидуации эго, то есть эго, несущего в себе процесс непрерывного воплощения.
Нас бросает в дрожь, что «освобождавшаяся от материальных оков anima mundi представляет собой монстроподобное существо. Это соотносится с тем фактом, что текущее переживание Самости оказывается искажением, соединением противоположностей, которое устрашает эго и нагоняет на него тоску, аморальность и тягу к преступлениям во всех «допустимых» случаях. И, кроме того, существует еще одно событие, на которое брошен взгляд сверху:
это коронация, лишний раз демонстрирующая существование взаимных и компенсаторных связей между эго и бессознательным.
Целью цикла воплощения, как и целью индивидуации, является coniunctio. Время обрело свое существование вследствие наличия физических противоположностей: неба и земли, мужского и женского, духа и природы, добра и зла, — которые в психике западного человека были разорваны на части и которые обязательно следует примирить.