Христианство. Как все начиналось
Шрифт:
Филон Александрийский, описывающий терапевтов в начале книги «О созерцательной жизни», уточняет, что слово «терапевты» имеет двойной смысл (целители и почитатели Бога).
Я уже рассказал о ессеях [в книге «О том, что каждый добродетельный свободен – Г. В .], которые стремились к трудовой жизни… Теперь же я скажу то, что следует и об избравших своим уделом созерцательную жизнь… Характер учения этих философов обнаруживается уже в их названии; их ведь называют терапевтами и терапевтридами, может быть потому, что они предлагают искусство врачевания более сильное, чем в городах, поскольку там оно излечивает только тела, их же (искусство) – души… А может быть – потому, что природа и священные законы научили их почитать Сущего.
( О созерцательной жизни, 1–2) [7]
Судя по Новому Завету и раввинистической литературе, простейшая форма экзорцизма совершалась через повеление. Повеление могло быть особенно сильным, если произносилось имя демона. Иисус однажды осведомился об имени гадаринского беса и услышал:
«Легион имя мне» (Мк 5:9). В последующей раввинистической литературе мы находим рассказ о том, как раввины Шимон бен Йохай и Элеазар бен Йосе (начало II века н. э.) исцелили дочь римского императора, приказав бесу по имени Бен Темалион удалиться (В.Т. Меила 17б).
Без сомнения, иудейские экзорцисты и целители межзаветной эпохи были хорошо знакомы с молитвами и заклинаниями, подобными Соломоновым. До нас дошло много подобных магических формул от более поздних периодов, но сохранились и некоторые тексты рубежа нашей эры. Один из них был найден в четвертой пещере Кумрана.
[Божье] владычество – над всеми сильными, могучими,
И все устрашатся и рассеются мощью силы Его,
И будут обращены в бегство великолепием жилища
Его царской славы.
И я, господин, возвещаю величие красоты Его,
Чтобы испугать и устрашить всех
духов ангелов-губителей,
И духов незаконного отродья, демонов,
Лилит, плачущих и ревущих…
Тех, кто бьет неожиданно, вводя в заблуждение
дух понимания…
(4Q510, 3–5)
В «Библейских древностях» Псевдо-Филона (I век н. э.) есть интересная песнь. Она приписывается Давиду, желавшему обуздать злого духа, который беспокоил царя Саула.
В это время дух Господень отступил от Саула, и злой дух возмущал его. Саул послал и привел Давида, и тот играл ночью песнь на лире. И вот, какую песнь он играл Саулу, чтобы злой дух отошел от него:
Мрак и молчание были до создания мира,
И молчание изрекло слово, и мрак стал светом.
Тогда имя Твое было произнесено…
И после этого было создано племя духов Твоих.
И ныне не причиняй беспокойство…
Помни Тартар (преисподнюю), где ходишь,
Пусть новая утроба, из которой я был рожден,
упрекнет тебя,
А рожденный из чресл моих будет властвовать.
(60:1–3)
Для сравнения: согласно евангелиям, Иисус использовал лишь повеления и не прибегал к экзорцистским формулам.
Раввинистическая литература
В завершение обзора фактов, способных пролить свет на харизматический иудаизм, скажем несколько слов об образе пророкоподобных фигур времен Иисуса (100 год до н. э. – 100 год н. э.) в раввинистической литературе. Особенно выделяются Хони (Ония), «Начертатель круга», и галилейский святой Ханина бен Доса. Хони жил примерно во времена завоевания Иерусалима Помпеем (63 год до н. э.), а Ханина – в I веке н. э. Оба они напоминают пророка Илию своей способностью вызывать дождь. Кроме того, подобно Илии и Елисею, Ханина имел славу целителя и чудотворца.
Древнейшая раввинистическая версия рассказа о Хони имеет юмористический оттенок. Судя по всему, некоторые раввины, люди более приземленного склада, не были восторженными почитателями харизматического благочестия.
Однажды сказали Хони Меагелу (Начертателю круга): «Помолись, чтобы пошел дождь»… Он помолился, но дождь не пошел. Что же он сделал? Он начертил круг, стал в середине и сказал Ему:
– Владыка мира! Дети Твои обратились ко мне, ибо я у Тебя как домочадец. Клянусь Именем Твоим великим, что я не двинусь отсюда, пока Ты не сжалишься над детьми Твоими.
Тогда начал дождь накрапывать. Он сказал:
– Не о таком дожде просил я Тебя, но о дожде для
колодцев, ям (цистерн) и пещер. Тогда пошел сильный ливень.
– Не о таком дожде просил я Тебя, но о дожде добром, благодатном и благотворном.
( М. Таанит 3:8 ) [8]
Перед нами образ любимого и слегка избалованного сына, которого отец (Бог) журит, а потом, перед лицом неотступных просьб, уступает. Обычные раввины считали поведение Хони неуважительным и предосудительным. Как видим, иудейские харизматики (включая Иисуса!) имели склонность шокировать буржуазные чувства.
Напротив, Иосиф Флавий в своих текстах, рассчитанных как на языческую, так и на еврейскую аудиторию, очень почтителен. Хони (Онию) он называет «Праведником». Иосиф не только не обвиняет Хони в непочтительности, но и изображает его достойным человеком, который положил конец большой засухе (и тем самым отвратил от страны бедствия), а потом часто выступал в роли эффективного посредника между Богом и иудеями. Более того, Хони – персонаж трагический: поплатился жизнью за отказ поддержать одну из сторон в ходе гражданской войны между хасмонейскими первосвященниками Аристовулом II и Гирканом II (середина 60-х годов н. э.).
Тем временем некий праведный и боголюбивый муж, по имени Ония, который некогда во время засухи обратился к Предвечному с молитвой о даровании дождя и молитве которого Бог немедленно внял, скрывался, видя, что эта жестокая распря еще не скоро прекратится. Когда же его привели в лагерь иудеев, то стали упрашивать, чтобы он, как некогда, молитвой своей прекратил бездождие, и теперь проклял Аристовула и его приверженцев. Несмотря на все возражения и просьбы, Ония был принужден толпою стать посредине ее, затем он сказал: «О, Предвечный, царь всего существующего! Так как окружающие теперь меня – народ, а осаждаемые – Твои служители, то я молю Тебя не внимать ни просьбам первых, ни же приводить в исполнение относительно вторых их просьбы». За эту его молитву ближайшие из стоявших около него гнусных иудеев убили его.
( Иудейские древности, 14.22–24)
Харизматическая сила проявилась и среди потомков Хони. Например, два его известных сына пошли по стопам своего достопочтенного деда. Абба Хилкия был, судя по всему, обычным фермером (как и Елисей до встречи с Илией). Титул «Абба» («Отец»), который носили оба внука, напоминает обращения к Илии и Елисею (4 Цар 2:12; 6:21; 13:14). Раввины просили Аббу Хилкию о молитве (конечно, когда их собственные формульные прошения не действовали). Когда же дождь пришел, Хилкия сказал, что не имеет к нему отношения (скромность, характерная для историй о харизматиках, хотя и не обманувшая раввинов).
Как-то раз была у мира нужда в дожде, послали мудрецы пару мудрецов к нему просить о милосердии, чтобы пошел дождь. Пришли к нему домой, но не нашли его. Пошли в поле, где он мотыжил землю…
[Возвратившись с поля, он сказал жене: ] «Знаю, что мудрецы за дождем пришли. Надо нам забраться на крышу и попросить о милосердии. Может, сжалится Святой, благословен Он, и даст дождя… Появились облака… Когда слезли, сказал Хилкия им: «Зачем пожаловали, господа?» Сказали ему те: «Послали нас мудрецы к господину нашему, чтобы помолился о дожде». Сказал он им: «Благословен Вседержитель, что не понадобился вам Абба Хилкия». Сказали они ему: «Мы-то знаем, что дождь благодаря нашему господину пошел».
( В.Т. Таанит 23а-b ) [9]
Такое самоумаление напоминает о том, как Иисус приписывал исцеление вере больных…
В сходных обстоятельствах старался не выпячивать себя Ханан Скромный (буквально «Скрытый»). Стоит отметить, что Ханан называл Бога «Абба», как и впоследствии – Иисус.
Когда мир нуждался в дожде, то посылали к нему мудрецы своих маленьких питомцев, и те цеплялись за края его одежды и вопили: «Отче, отче, дай нам дождя!» Обращался он к Святому, благословен Он: «Владыка мира! Сделай ради вот этих, которые не отличают Отца, который дает дождь, от отца, который не дает дождя»…
( В.Т. Таанит 23б )