Чтение онлайн

В правление фараона Нехао финикийские суда оснащали шпангоутами и килем, создававшими обтекаемую форму. Весла применялись в безветрие и для маневров в портах и устьях рек. На крупных кораблях появилась палуба с леерным ограждением. В Сидоне археологи обнаружили на саркофаге рельефное изображение финикийского судна с двумя прямоугольными парусами. Первый находился на грот-мачте с марсом наверху, второй (меньше размером) – на наклонном фоке. Убедившись, что такой парус позволяет идти вперед при боковых ветрах, повышает маневренность судна, римляне поставили его на своих кораблях. Финикийские суда эпохи фараона Нехао представляли вполне маневренные мореходные корабли, способные совершать дальние плавания.

Для военных действий финикийцы использовали длинные остроносые биремы. Они первыми построили боевые корабли с двумя банками для гребцов и прямоугольным парусом в середине судна. Биремы имели таран, заимствованный у критян. На биремах не путешествовали. Они плохо шли под парусом, не справлялись со встречным ветром и высокими волнами. Снаружи у бортов финикийцы крепили щиты. На торговых и военных кораблях мореходы добрались до Балтики, где викинги переняли у них размещение щитов на лодках.

Для своей «Истории» Геродот начертил карту мира, в которой Ливия, то есть Африка, оказалась смехотворно маленькой. Южный берег Черного континента опускался чуть ниже Аравийского полуострова. Потому-то португальцам казалось, что надо сделать последнее усилие для выхода в Индийский океан.

В начале 1485 года экспедиция Дього Кана вышла из Лиссабона в Атлантический океан. Бехайм и Визиньо плыли в ее составе. Первый мечтал достичь южной оконечности Африки, второй – провести астрономические наблюдения в Гвинее. Перед выходом в море ученые написали заключения по поводу предложения Колумба. Бехайм поддержал Христофора, Визиньо высказался против него. Еврей обосновал возражения правильными замечаниями, отчего не обидел итальянца, остался честным человеком. Если бы Визиньо помог Колумбу, общее решение Комиссии математиков могло быть положительным. Уважая мнения коллег, члены академии не сказали ни да ни нет на запрос короля, решили еще подумать над расчетами Христофора и поправками Визиньо. Это служило поводом для епископа вытягивать из генуэзца сведения для подготовки секретной экспедиции на запад.

Вопреки существующему мнению, будто итальянские капитаны в XV веке пользовались почетом и уважением, Генрих Мореплаватель предпочитал им португальских моряков. Опыт освоения африканского побережья показал ему, что южане меньше приспособлены к плаванию в суровых водах Атлантики. Предубеждение инфанта передалось Жуану II. Сам факт, что Колумб выдавал себя за генуэзца, внушал монарху опасения. Придворные короля помнили жалобы покойного принца на итальянцев, а ведь генуэзцы давно служили Португалии.

Под командованием Мануэля Пессано и его потомков лузитанцы осваивали в XIV веке прибрежные воды Атлантики. В 1341 году Николос да Рекко возглавил путешествие на Канары и оставался в должности адмирала островов свыше сорока лет. Незадолго до смерти Генриха Мореплавателя, Антонио да Ноли открыл несколько островов Зеленого Мыса, был их губернатором.

Длительная разработка проекта перехода через Атлантический океан и годовое ожидание заключения экспертов подорвали материальное положение семьи. Колумб не мог в Лиссабоне заниматься торговлей. Появились долги, кредиторы преследовали капитана. Беспокойная жизнь повлияла на здоровье Фелипы, привыкшей к уютному дому и тихому монастырю. Она заболела. Христофор старался спасти жену, обращался за помощью к родственникам и королю. Семья снабжала Фелипу деньгами, монарх ничего не давал, но в виде благоволения позволил Колумбу являться ко двору. Итальянец был нужен ему. В начале следующего года, по записям и расчетам Христофора, готовилось выйти судно под командой капитана, согласившегося плыть на запад за звание донатора открытых земель и маленького дохода с них.

Зима принесла несчастье Колумбу. Жена умерла, он остался с малолетним сыном Диего. Финансовая помощь семьи Перестрелло прекратилась, долги возросли.

Ранней весной вернулся из путешествия Жозе Визиньо. Мартин Бехайм поплыл с Дього Каном на юг вдоль берегов Камеруна, нынешней Республики Конго и Анголы, мимо устья реки Заир (Конго).

По случаю прибытия Визиньо в королевском дворце в конце апреля 1985 года устроили прием, пригласили на него Колумба. Он слушает доклад академика об астрономических наблюдениях в Гвинее. Через месяц Христофор получает отрицательный ответ Комиссии математиков. Говорят, на этом настоял Кальсадилья.

Заканчивается весна. Сраженный несчастьями, Колумб узнает ошеломившую его новость: отправленные королем на поиски Антилии португальские моряки попали в шторм и вернулись назад. Монарх знал, что капитан с темным прошлым не поднимет шума из-за украденных документов.

Так трагично закончился большой период в жизни будущего адмирала. Летом он решил бежать из Португалии с сыном и своим младшим братом Бартоломео.

Колумб не говорил о вероломстве Жуана, сохранил с ним хорошие отношения, писал ему письма, а через три года с позволения короля посетил Лиссабон. Основываясь на этом, некоторые ученые отвергают вероятность попытки португальцев воспользоваться планами генуэзца. О неудачной западной экспедиции мы узнали от сына адмирала Фернандо Колона. У нас нет оснований не верить ему.

Я возьму на себя смелость предположить, что этим капитаном мог быть один из сыновей Кортериала, отличавшихся интересом к западным областям Атлантики. Их отец дважды открывал земли в безбрежных водах океана. По закону наследники имели право на получение доходов с островов, но потеряли Баккалос и прочие земли. Вполне вероятно, что тридцатипятилетний Гашпар Кортериал мог возглавить экспедицию. Свидетельством тому служит патент, выданный ему королем Мануэлом 12 мая 1500 года, в котором говорится о больших заслугах в открытии островов и даже материка:

«Так как Гашпар Кортериал, наш фидальгу (дворянин), много потрудился лично за свой счет с кораблями и людьми, чтобы отыскать и открыть с большими усилиями, расходами, опасностью для своей жизни некоторые острова и материк, мы оказываем ему милость, дарим все острова или материк, которые он найдет или откроет».

Обратите внимание! В документе дважды подчеркивается, что нужно найти старые или открыть новые земли, а также видно, что Гашпар уже пытался это сделать.

Подтверждением изложенного факта является то обстоятельство, что сбежавшего Колумба не преследовали тайные агенты монарха. Жуан не желал огласки своего, мягко говоря, некрасивого поступка. С прочими моряками он поступал крайне жестоко. Его шпионы вылавливали «предателей», располагавших секретами освоения Атлантического океана и Африканского континента, выкалывали им глаза, чтобы не могли читать и видеть карты, отрезали языки, зашивали проволокой рты, дабы не рассказали соседям о тайнах португальских архивов, засовывали несчастные жертвы в мешки, заколачивали в бочки, доставляли в Лиссабон для мучительной казни. Жуан II имел на это право. Моряки, вступавшие под своды арсенала Рибейры Новы, где собирали лаговые записи и портуланы экспедиций, клялись жизнью не разглашать полученные сведения.

Читатели возразят, что выдававший себя за итальянца, Колумб не считался подданным Португалии, поэтому Жуан не имел оснований поступать с ним, как со своими капитанами и кормчими. Вы правы, все же я не думаю, что это обстоятельство спасло бы адмирала от смерти.

Практика наказания беглецов сохранилась на многие годы. Король Мануэл позволил Магеллану и его сподвижнику Фалейре покинуть Португалию, но когда узнал о подготовке испанской экспедиции к берегам Нового Света, пытался разделаться с ними, посылал наемных убийц, устраивал заговоры.

Сообщение Фернандо Колона о португальской экспедиции на запад интересно для нас еще и тем, что указывает место, куда уехал Колумб. Действия монарха так обидели Христофора, что он «осерчал на город Лиссабон, на португальскую науку и ушел в Кастилию».

«Ушел в Кастилию», – написал сын адмирала, а не в Геную или Венецию, куда его посылали сторонники итальянской версии происхождения Колумба. Их легко понять. Куда, как не к отцу, мог направиться молодой вдовец с малолетним ребенком на руках? Какая трогательная встреча! Вот только не понятно, почему Христофор в августе 1479 года, после суда с Паоло Негро, даже не зашел к нему. Эти ученые утверждают, будто Колумб изложил план покорения Атлантики правителям Генуи, а затем – венецианскому дожу, но те холодно отнеслись к предложению соотечественника. Это не удивительно, да и вряд ли могло произойти. Генуя и Венеция не соперничали с Испанией и Португалией в освоении океана за Геркулесовыми столпами. Послать Колумба к итальянцам могло прийти в голову только человеку, плохо разбиравшемуся в истории географических открытий. В 1479–1480 годах в испанском городе Алькасовасе прошли кастильско-португальские переговоры о разделе сфер заморской экспансии. Совместная комиссия разделила географическую карту мира на две зоны: испанскую и португальскую. Южнее Канарских островов через Атлантический океан провели горизонтальную линию. Все земли и моря ниже этой линии объявили португальскими, выше ее – кастильскими. Юг Земли стал формально принадлежать португальцам, север – испанцам. Римский Папа одобрил соглашение. Где тут Генуе и Венеции соперничать с иберийцами!