Чтение онлайн

Деккерета. Здесь же стояло небольшое одноэтажное здание, изнутри которого тянул освежающий ветерок, словно там работала некая удивительная и непонятная машина древних, сестра тех, что создавали восхитительную атмосферу Замка Горы.

Деккерет наслаждался прохладой впервые за много недель. Превосходный обед состоял из чуть ферментированных фруктов и нежных, сочных спинок бледно-зеленых рыб с отличным сухим вином из Амблеморна, способным украсить стол и в покоях Венценосца.

Женщина много и непринужденно пила, и Деккерет следовал ее примеру. Глаза их оживились, заблестели, холодность официального разговора, сковывавшая в представительстве, исчезла. Он узнал, что Колатор Ласгия уже десять лет возглавляет здешнее отделение, а сама она уроженка влажного и буйного Нарабала на западном континенте, что в службу Понтифика вступила еще девочкой.

— Вам здесь нравится?— спросил Деккерет.

Она пожала плечами:

— Привыкла. Можно привыкнуть ко всему.

— Сомневаюсь, чтобы я смог. Для меня Сувраель просто мучительное место, нечто вроде чистилища.

Колатор Ласгия кивнула:

— Точно.

Глаза ее на мгновение вспыхнули. Деккерет не решился спросить, но что-то подсказывало ему, что у них много общего. Он вновь наполнил чаши и позволил себе дразняще-холодную понимающую улыбку.

— Вы ищете здесь очищения?— спросила она.

— Да.

Колатор Ласгия обвела рукой щедрый сад, фляжки с вином, блюда с недоеденными деликатесами.

— Не скажу, что выбор удачен.

— Обед с вами не входил в мои планы.

— В мои тоже, но по провидению Дивине все вышло так, а не иначе.— Она наклонилась поближе.— Что вы будете делать? Отправитесь в Нати-Корвин?

— Не знаю. Честно говоря, меня не прельщает столь тяжелая поездка.

— Тогда послушайтесь моего совета: останьтесь до поры до времени в Толигае, а после напишите отчет. По-моему, это самое разумное.

— Нет. Я должен ехать.

На ее губах заиграла усмешка.

— Какое трудолюбие! Только как это сделать? Дороги закрыты.

— Вы упоминали о Кавагском Проходе. По-моему, это лучше, чем бандиты и песчаные бури. Попробую нанять караван, вернее, проводника.

— В пустыню?

— Если придется.

— Что ж, пустыню посещают довольно часто,— усмехнулась Колатор Ласгия.— Только лучше выбросьте эту затею из головы.

— Спасибо, но нет.

— Хорошо. Мы пойдем куда-нибудь?

Выходя из прохладного сада на душную улицу, Деккерет ощутил что-то вроде шока — настолько резким оказался контраст между жарой и прохладой.

Но быстро усевшись во флотер, они скоро очутились в другом саду. Здесь не было погодной установки, но был бассейн, и, сбросив одежду, женщина устремилась в его прохладу.

Потом они лежали в объятиях на постели травы, и он падал куда-то в глубину, а когда снова выбрался наружу, солнце уже висело в небе.

Он повернулся к женщине и, вспомнив ее вчерашние слова, спросил:

—Расскажи мне об этой посещаемой пустыне. Там что являются духи?

—Не смейся.

—Хорошо. Но все-таки?

—Там в сны вторгаются призраки и похищают их. Похищают душу радости, оставляя только страх. Днем они поют, завлекая, и уводят с пути своей музыкой.

— И в это верят?

— За столько лет многие, кто вошел в пустыню, погибли.

— Хм… Крадущие сны призраки!

— Не смейся, повторила она.

— Будет о чем рассказать, когда вернусь в Замок Горы.

— Если вернешься.

— Но ты же говоришь, погибают не все?

— Да. Но только когда идут большие караваны.

— Ну, я-то пойду один.

— Ты погибнешь. — Она прижалась к нему, поцеловала в плечо. — Забудь о пустыне. Останься здесь.

— Нет.

Деккерету не верилось в рассказы о призраках. Он уже принял решение.

Бедра Колатор Ласгии прижались к его бедрам, и он забыл обо всем.

Потом они наскоро окунулись в бассейн, и она повезла его в свой дом, где угостила завтраком из фруктов и вяленой рыбы.

Внезапно, когда время уже близилось к полудню, она спросила:

—Ты должен ехать? Но почему?

— Я не могу объяснить, но это нужно мне самому.

— Хорошо. В Толигае есть один негодяй, который частенько рискует забираться в глубь Кавагского Прохода и остается в живых. То есть это он так заявляет, что углубляется в пустыню… Если набить его карманы роалами, он несомненно согласится стать проводником. Его зовут Баржазид, и если не передумаешь, я свяжусь с ним и попрошу помочь.

«Негодяй» подходило к Баржазиду в самый раз. Тщедушный коротышка в старом коричневом плаще, оборванной одежде и поношенных кожаных сандалиях. На шее болталось старинное, неудачно подобранное ожерелье из костей морского дракона. Губы тонкие, в глазах лихорадочный блеск, под солнцем пустыни кожа загорела до черноты. На Деккерета он смотрел с таким видом, будто прикидывал размер его кошелька.

— Если я соглашусь взять вас с собой, — проговорил он абсолютно невыразительным голосом, — то первым делом вы дадите мне обязательство, освобождающее меня от всякой ответственности перед вашими наследниками, даже за вашу гибель.

— У меня нет наследников, — заметил Деккерет.

— Значит перед родственниками. Я не желаю, чтобы меня тянули к ответу служба Понтифика, ваш отец или старшая сестра только потому, что вы сгинули в пустыне.

— Разве сами вы сгинули в пустыне?

Баржазид, казалось, был сбит с толку.

— Нелепый вопрос.

— Вы несколько раз ходили в пустыню,— упорствовал Деккерет, — и возвращались живым. Так? Стало быть, если вы знаете свое дело, то выберетесь живым и на этот раз. Так же и я: если я погибну, вы погибнете тоже, и у моей семьи претензий к вам не возникнет.

— Да, но я могу противостоять похитителям снов, — сказал Баржазид.— Все это я уже проверил и испытал. Вам же необходимо осознать, с чем придется столкнуться.

Деккерет нанимал на службу Баржазида, попивая круто заваренный напиток из какого-то сильнодействующего кустарника барханов. Они сидели на корточках на выдубленных шкурах чаусов в заплесневелой задней комнатушке лавки, принадлежащей племяннику Баржазида. Очевидно, семья — или клан Баржазидов — велика. Деккерет машинально отхлебывал напиток крошечными глотками. Чуть погодя он сказал: