Чтение онлайн

— Возможно, — кивнул врач, — но тогда это получается чертовски удачный план для жуков. У меня такое впечатление, что без третьей стороны не обошлось.

— Какой стороны?

— Наводчиков, — пояснил конкорду Зейн, — без них не обходится ни одна атака работорговцев.

— Что касается третьей стороны, то до нее нам пока нет дела, — отмахнулся Сириус. — У нас есть целая база работорговцев, которые в какой-то степени причастны к попытке убийства Зейна и попытке атаки на мирных граждан…

— Стоп, Сириус, вы случайно не пытаетесь нас склонить к атаке на их базу? — родилась догадка в голове Тайфуса. — Если так, то я отказываюсь от участия в этом безумии, можете на меня не рассчитывать. И потом, генерал Джарвис отдал Зейну прямой приказ не выходить в открытое столкновение с векторами и им подобными обитателям пространства Единых Рас до особых ситуаций.

Голос Тайфуса стал заглухать, пока совсем не затих. Зейн его уже не слышал, хотя губы арктоса продолжали шевелиться — террана как будто затянуло в какую-то воронку, не пропускавшую звук. Цвета вокруг резко потускнели, затем вообще пропали, уступив место непроглядной тьме, но он не испугался этого и не проявил никакой реакции, будто все так и должно было быть. Во тьме появилось слабое свечение, затем перед ним предстал образ таинственной незнакомки из вчерашнего сна. Красивая девушка стояла неподвижно, потом медленно подняла голову и посмотрела на Зейна жалобным взглядом, так, будто она просила его помочь ей. На секунду ему показалось, что в ее глазах блеснули слезы. Желая подойти к ней и спросить, что случилось и кто она, Зейн сделал шаг. В тот же миг фигурка незнакомки растворилась, а тьма вокруг пропала, уступив место свету.

От резкого перехода из тьмы на свет у Зейна заболели глаза. Потерев их пальцами, Винсент снова открыл их. Тайфус уже сидел в кресле и продолжал отговаривать Сириуса от идиотской задумки по поводу атаки базы кершанитов, а сам сайлокианец пытался уговорить арктоса помочь им. Самого себя Зейн обнаружил стоящим рядом со столом, на котором валялся теперь уже пустой инфоблок, на который он уставился пустым непонимающим взглядом.

Странно, что видение посетило его именно тут, а не во время сна. Оно было таким же бессмысленным, что и раньше, и проявилось оно в тот момент, когда он смотрел на инфоблок. Интересно почему? Зейн вспомнил свой больничный на «Олимпе», а точнее ту его часть, в которой произошла атака векторов на станцию. Тогда перед самым нападением у него была звуковая галлюцинация, — ему казалось, будто его звал женский голос. Покопавшись еще немного в своей памяти на тему видений, он вспомнил вчерашнее видение, в котором перед ним опять предстала эта неизвестная красавица.

«— Помоги, прошу», — вспомнил он ее голос и неожиданно осознал, что ее голос похож на тот, что он слышал в своей палате на «Олимпе». Неужели эта миловидная девушка его ангел-хранитель? Возможно.

На смену одной странности пришла другая: если тогда беловолосая хотела спасти его от смерти в лапах векторов, то почему она появилась вновь, когда он посмотрел на инфоблок? В прошлый раз она хотя бы открыто сказала, о чем хочет предупредить. А что она хотела сказать сейчас? Что-то на предупреждение о новой угрозе не похоже, скорее, на какой-то призыв типа «лети туда-то по следу того-то, там ты найдешь ответы». Ерунда полнейшая, но… Эх, прости, Джарвис, но он уже не сопливый сержант, он сам способен принимать решения.

— Братан, — позвал он сайлокианца, все не унимавшегося со своей задумкой, — а как далеко находится эта база?

— Зейн, вы же не…

— Ты поддерживаешь меня, братишка? — просиял Сириус. — Хочешь отправиться в Сигму и навалять этим ублюдкам, по чьей вине ты чуть не склеил ласты? Молодца, уважаю.

— Зейн, — выступил вперед Тайфус, — вы готовы нарушить приказ генерала Джарвиса? Ладно, Прейтор с ним, с приказом; ваше тело еще не полностью оправилось от полученных ранений. Данная операция будет рискованной.

— Успокойтесь, Тайфус, — спокойно произнес Зейн. — Я думаю, что когда Джарвис узнает об этой операции и ее результатах, то он будет только рад. Что касается тела, то я справлюсь.

— Читаешь мои мысли, братишка, — от переполнявшего его энтузиазма Сириус даже начал пританцовывать. — Настоящему мужику и оторванные ноги не помеха. Сделаем небольшое одолжение Галактике, в результате чего она останется нам должна до конца наших дней. Вперед, вперед и чуть-чуть за горизонт, братишка! Только вперед!

Сайлокианец, продолжая совершать танцевальные телодвижения, исчез за дверями медблока.

— Винсент, — обратился к террану Тайфус, когда завываний Сириуса не стало слышно, — мне казалось, что вы адекватный терран, не то что этот Сириус, но поясните мне, пожалуйста, почему вы согласились на эту авантюру?

Перед глазами Зейна снова мелькнуло печальное лицо беловолосой девушки.

— Просто я чувствую, что так мы сможем сделать Галактику чуточку светлее, Тайфус. Вот он мой стимул.

Арктос неуверенно посмотрел на террана, после чего вздохнул, приблизился к столу, взял пустой инфоблок и выбросил его в мусорное ведро.

— Тогда я буду надеяться, что вы знаете что делаете, так как это чистой воды самоубийство, — произнес он перед тем, как Винсент покинул пределы его кабинета.

Как же хочется спать.

Эта мысль посещала ее голову не первый раз за две недели пребывания на этой проклятой базе, но, к сожалению, это простенькое желание не могло исполниться. Виной была кершанитская сыворотка, инъекции которой ей каждый день делал приходивший в камеру Хром. Каждый раз, когда он посещал ее темницу, она сначала слышала, как кершанит делал попытки расспросить ее о цели прибытия, на что она заплетающимся языком отвечала, что не может говорить. После этого она чувствовала, как игла шприца, направляемая рукой кершанита, протыкала ее кожу, и новая порция сыворотки вливалась в ее кровь, после чего кершанит уходил. Первая пара часов после введения сыворотки была самой тяжелой, ибо тупая боль от места укола распространялась по всему телу. Помимо боли она ощущала, как весь ее псионный потенциал покидал ее тело, будто испарялся, и тогда боль усиливалась. От болевого шока она даже теряла сознание и просыпалась только тогда, когда в ее камеру приходил Гарм.

Звук открывшейся двери достиг ее ушей. На секунду она обрадовалась, думая, что это Гарм смог к ней заглянуть, но прислушавшись внимательнее, она услышала шаркающие шаги Хрома, и радость тут же улетучилась. Кершанит подошел впритык — это она поняла по затихшим шагам, теперь он просто пялится на нее своими вечно бегающими фасеточными глазами.

— Уважаю стойких девушек, к какой бы расе они не принадлежали. Другая на твоем месте давно бы умерла, — услышала она его стрекочущий голос. — Ну а теперь посмотри, во что тебя превратило твое упорство, — его пальцы с острыми когтями коснулись ее щеки. — Ты на пределе. Твоя псионика почти не работает, ты почти не чувствуешь рук и ног, в твоей душе начинает расти отчаяние, а эта боль, что пока дремлет в каждой клеточке твоего тела, скоро снова даст о себе знать. Ты уже не помнишь своего имени, я прав?

К своему удивлению девушка обнаружила, что кершанит прав — имени она и в правду не могла вспомнить, сказывались страшная усталость и отсутствие сна. «Нет, он не прав, — одернула она сама себя, — он не прав, я помню, я знаю».

— Я помню… — подняла она на него взгляд своих усталых глаз. — Меня зовут… Вериг'хан. Я — Вериг'хан…

— Похвально, что ты еще не забыла свою фамилию, красавица, — с издевкой в голосе произнес Хром. — Но скажи, зачем ты так себя мучаешь? От тебя я хочу просто услышать цель твоего прибытия на нашу базу, и тогда я гарантирую, что ты будешь свободна. Вернешься домой, заживешь обычной жизнью. Разве твоя цель стоит твоих мучений?

— Я не стану тебе ничего говорить.

Кершанит медленно перевел взгляд с ее лица на грудь, поверх которой на тоненькой цепочке висел маленький кулон.

— Красивая побрякушка, хочу сказать, — произнес он, подцепив кулон когтем. — Чей-то подарок, да? Наверно, он много для тебя значит, раз ты не расстаешься с ним. Будет очень жаль, если я его испорчу на твоих глазах…

Кершанит резко отдернул руку от кулона, который внезапно ударил его электрическим разрядом. Подняв взгляд на обладательницу украшения, он увидел улыбку на ее лице.