Чтение онлайн

388

389

390

391

392

393

394

395

396

397

398

399

400

401

402

403

404

405

406

407

408

409

410

411

412

413

414

415

416

417

418

419

420

421

422

423

424

425

426

427

428

429

430

431

432

433

434

435

436

437

438

439

440

441

442

443

444

445

446

447

448

449

450

451

452

453

454

455

456

457

458

459

460

461

462

463

464

465

466

467

468

469

470

471

472

473

474

475

476

477

478

479

480

481

482

483

484

485

486

487

488

489

490

491

492

493

494

495

496

497

498

499

500

501

502

503

504

505

506

507

508

509

510

511

512

513

514

515

516

517

518

519

520

521

522

523

524

525

526

527

528

529

530

531

532

533

534

535

536

537

538

539

540

541

542

543

544

545

546

547

548

549

550

551

552

553

554

555

556

557

558

559

560

561

562

563

564

565

566

567

568

569

570

571

572

573

574

575

576

577

578

579

580

581

582

583

584

585

586

587

588

589

590

591

592

593

594

595

596

597

598

599

600

601

602

603

604

605

606

607

608

609

610

611

612

613

614

615

616

617

618

619

620

621

622

623

624

625

626

627

628

629

630

631

632

633

634

635

636

637

638

639

640

641

642

643

644

645

ПЕДРО ДЕ СЬЕСА ДЕ ЛЕОН

ХРОНИКА ПЕРУ

CRONICA DEL PERU

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ

Хроники Перу, рассказывающей об установлении границ провинций: их описание; о закладке новых городов; об обычаях и нравах индейцев; и о других достойных упоминания вещах.

Выполненная Педро де Сьеса де Леоном, жителем Севильи. 1553.

(С королевского позволения)

Предуведомление переводчика

При транскрипции географических названий, имен и т.п. предпочтение отдавалось написанию слов такое, какое имелось в оригинале произведения. Иногда дополнительно приводятся современные названия или реконструированные на современный лад.

В тексте перевода всё же возможны некоторые ошибки, за что прошу не винить, так как и перевод, и набор на компьютере, и редакторскую чистку довелось осуществлять самостоятельно, потому чего-то мог не доглядеть.

ПОСВЯЩЕНИЕ

Высочайшему и влиятельнейшему Сеньору Дону Филиппе,

принцу Испаний, и т.д., нашему сеньору. Высочайшему и влиятельнейшему сеньору. Поскольку не только замечательные подвиги о многих очень храбрых мужах, но и бесчисленные достойные дела вечной памяти о больших и разнообразных провинциях остались во мраке забвения, из-за отсутствия писателей, о них сообщавших, и об историках, посвящавших им свои труды: переправившись (auiendo passado) в Новый Свет Индий, где в войнах, открытиях, поселениях или селах я провел много времени, служа Вашему Величеству, к которому я всегда испытывал почтение. Я решил приступить к этому предприятию, описав дела памятного и великого королевства Перу, в которое я прибыл по суше из провинции Картахена: в ней и в провинции Попайян я находился много лет. А потом оказался на службе у вашего величества в той последней войне, положившей конец восставшим тиранам (los tyranos rebeldes): часто учитывая их [Индий] великое богатство, и замечательные вещи, имеющиеся в их провинциях: столь разнообразные события в прошлые и настоящие времена случившиеся, и много чего о том и другом следует записать: я решил взять перо, чтобы составить [книгу] и действительно возжелал [этого]: и сделать этим Вашему Высочеству какую-нибудь выдающуюся услугу: так, чтобы мое желание стало известно, дабы Ваше Величество, несомненно, получило от этого пользу, не смотря на скромную силу моего дарования: прежде чем оказывать доверие, судите мое намерение согласно моему желанию, и Вашим королевским милосердием примите это желание, с каким я преподношу Вашему Высочеству эту книгу, рассказывающей о том великом королевстве Перу, которое Бог послал Вам, сеньор. Непременно нужно знать, светлейший и ясновельможнейший сеньор, что для того, чтобы рассказать о восхитительных вещах, имевшихся и существующих в этом королевстве Перу, было бы лучше, если бы их записал Тит Ливий, или Валерий, или кто-либо другой из величайших писателей, существовавших на свете: но даже им было бы сложно их перечислить. Потому что, кому под силу рассказать о вещах разнообразных и значительных, каковы в нём имеются: высочайшие горы и глубочайшие долины когда-либо обнаруженные и завоеванные? столько рек настоль могучих и столь глубоких? столь огромные различия между провинциями, в нём имеющиеся, со столь отличительными особенностями? Отличия среди народов и людей, с разными обычаями, традициями и странными церемониями? Стольких птиц и животных, деревьев и рыб, столько разных и неведомых? А кроме того, кто смог бы рассказать о никогда неслыханных трудностях, испытанных столь малым количеством Испанцев на столь громадной территории? Кто подумал бы или смог бы утверждать о невообразимых событиях во времена войн и открытий тысячи шестьсот лиг произошедших? Голод, жажда, погибель, опасения и усталость? Об этом всём столько можно рассказать, что это утомило бы любого писателя, за подобное описание взявшегося. По этой наиважнейшей причине, влиятельнейший сеньор, я сочинил и составил эту историю, о том, что видел и с чем имел дело (trate): и по достоверным сведениям заслуживающих доверия лиц я смог довести дело до конца. И я не осмелился бы возомнить о противоречиях мира, если бы не надеялся, что Ваше Высочество, прославит ее, как свою вещь, будет покровительствовать ей и защитит: и таким образом по нему всему [Перу] я осмелился ходить, поскольку много было писателей, подобным опасением ищущих влиятельных принцев, которым они посылают свои произведения, а ведь о некоторых нельзя сказать, что они когда-либо видели то, о чем пишут, из-за того, что многое ими выдумано и никогда не существовало.

То, что я здесь написал – правда, и это вещи важные, полезные и доставляющие удовольствие, и в наши времена случившиеся: и посвящены наивысшему и могущественнейшему принцу на свете, каким является Ваше Высочество. Безрассудно, кажется, испытывает человека невежественного: то, на что многие другие не осмеливаются, будучи в основном заняты делами войны. Потому часто, когда другие солдаты отдыхали, я уставал от писания. Но ни это, ни уже названные суровые земли, горы и реки, невыносимые голод и нужды, никогда не были такими сильными, чтобы помешать моим двум занятиям: писать и следовать за своим знаменем и капитаном, и не увиливать от обоих. Потому, с таким трудом написанное, это произведение направляется Вашему Высочеству. Мне кажется, было бы неплохо, чтобы читатели простили мне допущенные ошибки, если таковые, по их мнению, обнаружатся. А если они не простят, мне будет достаточно написанного, ведь это то, над чем я больше всего усердствовал, ибо многое из написанного я видел собственными глазами, и я прошел многие земли и провинции, чтобы лучше их разузнать (por verlo mеjor). А то, чего я не видел, я старался, чтобы меня об этом информировали люди, заслуживающие доверия (de gran credito) – Христиане и Индейцы. Склоняюсь пред всемогущим Богом, ведь он поспособствовал сделать Ваше Высочество правителем такого великого и богатого королевства, каким является Перу: да позволит он Вам жить и править долго и счастливо, да прибавятся у вас многие другие королевства и владения.

Предисловие автора, в котором объявляется о замысле этого произведения, и каков его состав.

Я приехал из Испании, где родился и вырос, со столь юного возраста, что не было мне и тринадцати лет, как я уже проводил время в Индиях у моря-океана (mar Occeano) более 17 лет: по большей части в завоеваниях и открытиях, остальные - в новых поселениях, а также посещая различные места. И чтобы записать столь великие и диковинные дела, имеющиеся в этом новом мире Индий: возникло у меня огромное желание записать некоторые из них: о том, что я видел своими собственными глазами, а также о том, что слышал от лиц, заслуживающих доверие.

Но так как видно было моё неумение, то я отвергал это желание, понапрасну его растрачивая: потому что великим умам и ученым было известно, как составлять истории, придавая им блеск своими ясными и мудрыми словами (letras). Но не являясь столь мудрым затевать это бесполезно, и потому я проводил свое время почем зря, до тех пор пока всемогущий Бог, который все может, избрав меня своею божьей милостью, вновь не пробудил во мне то, о чем я решительно забыл. И, набравшись мужества, самонадеянно решил я посвятить определенное время своей жизни написанию истории. А на это толкнули меня следующие причины: