Чтение онлайн

Хоте если сказать по правде – душевная боль действительно несколько уменьшается после того как выложить её на бумаге в виде рассказа. И поделится с читателями. Не знаю даже – почему.

Что касается моего творчества – я начинал писать на литературном сайте с небольших рассказов. а после того как надоело – перешёл к написанию мемуаров. Хотя по сути вспоминать мне было нечего. Кроме юношеского триппера, старческого геморроя и заначки от зарплаты которую я спрятал от жены и детей.

А раз вспоминать мне нечего, но писать рассказы хотелось – то я начал вспоминать свои сны – они были более разнообразны. Посмотрев к примеру советский фильм про войну- мне приснилось что я кричу – "Смерть фашистским оккупантам" и кидаю в них гранату.

Посмотрев немецкий фильм про войну – мне приснилось что я еду на фашистском танке с автоматом Шмайсер в руке.

А почитав книг про шпионов мне приснилась что я продал родину – причём очень выгодно и по хорошему обменному курсу рубля к доллару.

Наконец прочитав про проституток – мне приснилось что я проститутка. Причём не элитная красавица а самая что ни на есть дешёвая шлюха. Конечно, этот сон слегка расстроил меня но я уверял себя утром что это только сон. И ничего более.

Когда мои сны иссякли, я начал фантазировать. В своих рассказах я стал писать о загадочной женской душе, потом о красивых женских губах, потом о плечах, руках, животе. И когда я наконец перешёл ко влагалищу – я понял что мои фантазии о женщинах истощаются.

И тогда – я начал писать сам про себе.

Кроме юношеского триппера я обнаружил что у меня ещё была вывернутая нога, не отданный долг, невыпеченный насморк, два плевка в душу, и ещё куча всего что мне хотелось бы забыть. И так как единственный способ забыть это – было изложить на бумаге – то я решил сделать это. И писать о самом себе.

Пусть же потом, когда я все выкину это гамно из души – у меня окажется нежная и чистая душа, как у ребёнка. Непорочная, белая и добрая.

Она возникнет там, на выжженной земле.

Вот тогда и придёт мне пора – лететь на небо.

Распахну я там свою душу – а в ней вместо дерьма – золото.

Точнее – пустота.

Которая станет – на вес золота.

Наверное, в ад таких не берут. С пустой душой.

Но и в рай – наверное тоже …

Тогда куда?

Наверное опять, на землю.

Жить снова. С моей новой душой – чистой и непорочной.

Вот и вся моя философская теория.

О душе и творчестве

Я один в комнате. Поворачиваю голову влево – там окно. Там свет.

Я поворачиваю голову вправо – там икона.

Она заставляет думать про смерть. Но моя душа рвётся к окну – там где свет.

Но самое неприятное для меня – находится посредине. Там стоит зеркало.

– Хочешь посмотреть на себя? – Спрашивает оно тихим шёпотом.

Я знаю. Это у него работа такая. И я не виню его за это.

– Спасибо – отвечаю. – Не надо.

Но оно знает свою работу и все-таки показывает. Наверное получает зарплату где-то. И это место не в раю.

– Что? Плохо выглядишь? – Спрашивает меня участливо.

Оно хочет стать моим приятелем. Но я боюсь его дружбы.

Я медленно закрываю правый глаз. А левый прищуриваю. И вот теперь в зеркале – стоит молоденький мальчик. Щеки розовые, глаза весёлые.

Я знаю что шутить с зеркалом – как шутить с адом.

Стоит мне открыть глаза чуть шире – и оно покажет мне старика, с морщинами и впадинами на лице.

– Прости меня зеркало. Я пошутил – И я открываю глаза шире. Как тут же вздрагиваю – там в зеркале, продолжает стоять тот же мальчик … на тот же месте. И смотрит на меня.

Может теперь зеркало шутит надо мной? Только почему этот мальчик – прячет глаза? … Почему мне кажется что ему стыдно? … За что?

И тогда я вдруг понимаю. Зеркало напоминает мне. Я должен был попросить прощение.

Много лет тому назад.

Мой первый грех. Он самый сладкий.

Как будто строчки складываются в стихи. Грех – он всегда питал творчество.

Он был конфеткой в красивой упаковке. И миллиарды людей тянут к нему свои руки, умоляя и требуя его – дай мне … дай кусочек!

Я попробовал свой первый сладкий кусочек очень давно – ещё в детском саду. Однажды летом нас отправили в лагерь, за сотню километров. На целый месяц.

Воспитательницей у нас была строгая женщина лет 30-ти. С ней поехал её сын – он был лишь на год старше меня.

Я помню как они шли рядом по лагерю. Мама и сын. Счастливо держась за руки.

– Как же хорошо иметь маму воспитателя – думал я. – Она даст самый лучший кусочек за столом, не заставит спать в обеденное время. Не отругает за неправильно одетый носок.

Кровать её сына оказалась прямо возле моей. Я смотрел на него с завистью – он был лучше меня во всем – он был старше, выше ростом, и просто красивее. Он уже читал, знал несколько десятков стихов и песен.

У него было больше друзей. А самое главное – у него была мама -воспитатель.

– Почему у тебя всего этого нету? – Однажды спросил меня кто-то тихо.

Я оглянулся но не понял что рядом стоял он, – грех. Я видел лишь незнакомого мальчика. Чуть старшего за меня. В аккуратной белой рубашке и коротких штанишках. Он ласково смотрел мне в глаза, потом подошёл и взял меня за руку – я знаю. У тебя нету друзей. Давай я буду твоим другом!

И улыбнулся показав белые зубы.