Чтение онлайн

– Да, поехали, – поспешно согласился Оррик, которому не слишком пришлись по душе разговоры об истории. – Хочется побыстрее разобраться с делами. Эх, не заказал я вчера у Клауса эти рёбрышки, вот помру и забуду их вкус!

– Полагаю, если мы обнажим оружие в храме, сожаление о пище вряд ли долго будет тебя преследовать, – в своей манере заметил Аридил.

– Ничего-то ты не смыслишь в чревоугодии, – Оррик вздохнул. – Если переживём этот день, я, пожалуй, займусь твоим воспитанием.

– В таком случае, я бы предпочел начать штурм немедленно.

До Бастиона Веры мы добирались ещё минут двадцать. Оррик с эльфом, как обычно, донимали друг друга ничего не значащими колкостями. По мере приближения к цели мне становилось все больше понятно, почему они так активно отговаривали меня от визита. Вблизи сооружения смотрелись ещё более монументально. Их размеры и архитектура подавляли всякое желание противиться воле тех, кто распоряжался этими памятниками величия. Они давили к земле, растирали в пыль. Ощущение собственного ничтожества точило сердце каждого, кто осмеливался оторвать взгляд от мостовой. Колоннады, словно лестницы в небо, уходили вверх на немыслимую высоту. Когда я попытался разглядеть орнамент, нанесенный на потолок портика, у меня начала кружиться голова и заломило в спине.

Не удивительно, что здесь, в самом центре Алаты, могло показаться, что город совсем обезлюдел. По пути нам встречались одиночки, спешившие по каким-то своим делам, и едва переставляющие ноги монахи, с головы до ног закутавшиеся в бесформенные одеяния. Они скользили мимо, как тени, не поднимая глаз, не нарушая торжественную тишину площади ни словом, ни возгласом. Изредка вдалеке мелькали капюшоны целых групп священников, но их принадлежность отсюда было не разобрать. Праздные гуляки, пьяницы, весёлые парочки, нищие и убогие, – похоже, все старались держаться подальше от места, где живут боги. Замощенная мостовая сверкала чистотой, камни лежали ровные, притертые один к другому, даже щели между ними казались выверенными до миллиметра и не нарушающими общий благообразный вид. Все вокруг как бы говорило: «Ты мелкая тварь, недостойная даже этих плит, которых попирают твои грязные ноги».

– Все ещё хочешь туда идти? – Оррик взглядом показал на закрытые двери – вблизи они смотрелись воротами в Мордор.

У входа в бастион расхаживали несколько человек в черных одеяниях с глубокими капюшонами, прятавшими лицо. Мой взгляд привычно отыскал на них следы оружия, которое не выставлялось на показ, но и не скрывалось. Они изредка переговаривались между собой, внимательно поглядывая по сторонам. На мой взгляд, бдительность монахов была чрезмерной, вряд ли тут нашелся бы кто-то в своем уме, кому пришло бы в голову посягнуть на их объект охраны.

На нас потихоньку стали обращать внимание – ну ещё бы, другой такой компании в поле зрения точно не попадалось. Да тут вообще с посторонними было не густо – словно для простого люда площадь и вовсе являлась «табу».

– Валена у них, – сказал я так твердо, как только мог. – Кроме того, грех нарушать свое слово. Я обещал прийти – я пришёл.

Аридил положил мне руку на плечо, и к горлу подступил комок.

– Как бы дальше ни повернулась судьба, это честь для меня иметь такого друга, как ты.

У меня сжалось сердце. Черт! Черт! Ну почему жизнь так несправедлива! Я, возможно, стою на ее перекрёстке, и в следующую нашу встречу мы окажемся лицом к лицу, уже как враги. Отмахнуться от подобных мыслей очень хотелось, но подобный исход событий совсем исключать нельзя.

– Для меня тоже, Аридил. Я рад, что мы прошли этот путь вместе, – я повернулся к инквизитору. – Оррик, сложно пожелать лучшего друга, чем ты. – я помедлил, а потом сделал шаг к дверям и оглянулся. – И потому повторяю в последний раз: дальше я пойду один.

– Похоже на прощание, – буркнул инквизитор и попытался шагнуть вперёд, но я остановил его жестом.

– Нет! Не ждите меня – уходите. Я постараюсь вытащить Валену. Но если все пойдёт наперекосяк, не приближайтесь! Ну, или тебе, Аридил наконец удастся сдержать слово, данное Лесу, – я улыбнулся и посмотрел эльфу прямо в глаза, и он ответил мне таким же открытым взглядом.

Развернувшись, я решительно зашагал ко входу. Вот только вместо уверенности, которую я всячески демонстрировал друзьям, внутри царила пустота. Как будто мое существо смирилось с любым исходом. Или количество испытаний перевалило некий порог, за которым чувства перестают работать? Впрочем, возможно, дело в ином: во мне до последней секунды тлела надежда об окончании пути. Алата виделась неким берегом, спасительной гаванью, добравшись до которой о волнениях можно будет забыть. И вот результат: расслабился, допустил даже не промашку – нет, просто позволил себе помечтать. Расплата не заставила себя ждать.

Я до хруста сжал зубы. Сожалением делу не поможешь, сейчас мне гораздо больше нужна здоровая злость.

– Эй, ты что здесь забыл?

– Нищим не подаем!

Вот оно гостеприимство служителей церкви! Обходительность у них, надо сказать, на высоте. Впрочем, я решил не реагировать на оскорбления, а как можно быстрее попасть внутрь. Не тут-то было.

Мне преградил дорогу один из «балахонов».

– Куда прешь?! – он замахнулся копьем. – Убирайся отсюда ко всем демонам, уродец, пока цел, – в глубине капюшона с брезгливостью сверкнули глаза. – Из каких только щелей выползают такие ублюдки?! – Монах обернулся к своим, и те поддержали его невразумительным мычанием.

Путешествуя в компании одних и тех же людей, порядком забываешь о своих отличиях от человеческого стандарта. Друзья давно привыкли к моему виду, а посторонние предпочитали отводить взгляд, когда замечали двух суровых воинов за моей неестественно вывернутой спиной. Сейчас же надеяться приходилось лишь на свои силы. Самообладание и терпение – несомненные добродетели, но иногда они надоедают хуже горькой редьки. Прямо как мне сейчас. Я почувствовал, что неуверенность и нерешительность тают, как лед на ярком солнце.

– Повтори-ка, мой неразумный друг, все, что ты только что произнес, – мои губы растянулись в наглой ухмылке, а рука потянула из-за пазухи одну, до поры скрываемую штуковину.

Мой «широкий» жест подействовал! Вы бы видели лицо стоявшего передо мной квара, – а это был именно он, – чтобы представить всю глубину изумления, охватившего стража. Он как будто проглотил язык и теперь только ожесточённо хлопал глазами, пожирая взглядом кулон с мечами, – над человеком, стоявшем на моем пути бушевала целая революция цвета.

Да, вопреки всем увещеваниям, мне показалось, что использовать «Голос» – мой единственный шанс. Почему я не послушался Оррика и «засветил» амулет? Да потому что, откровенно говоря, я сыт этим по горло! Вопросы нам все равно рано или поздно, но зададут, сейчас же мне требовалась поддержка – вся, какую только можно получить, и чем наглее себя в данной ситуации я себя поведу, тем меньше у кого-либо останется сомнений, что мои действия вполне законны.

– Ну же, брат, соберись с силами или уйди прочь с дороги, я тороплюсь! – сказал я и тут же с досадой сообразил, что палку перегибать не стоило. Унизить воина в глазах сослуживцев не лучшая идея, чтобы добиться цели. В чем мне тут же пришлось убедиться – аура монаха почернела. Но в следующий момент за спиной раскрасневшегося от злости стража возникла тень.