Чтение онлайн

После того как голод был утолён, а противное зелье выпито все присутствующие занялись приготовлениями к очередной тренировке новичка. Гномы быстро раздвинули три центральных стола, сделав из них шесть полукругов, и перетащили их к стенам, тем самым освобождая место в центре. Скамьи последовали за столами, только их не стали составлять у стен, а сделали из них кольца. Внутреннее кольцо по меньше, обозначало тренировочную площадку и состояло из четырёх скамеек, тогда как внешнее быстро заполнилось зрителями и состояло помимо основных восьми крупных скамеек ещё шестью более маленькими, втиснутыми неведомым образом между более крупными собратьями. Некоторые зрители, которым не хватило место на скамейках, удобно расположились сидя на столах, чтобы лучше видеть происходящее в центре круга. Было заметно, что никто не рассчитывает на быстрое окончание данной авантюры, и потому устраивались все с наибольшим комфортом. Когда все приготовления были окончены, Тордион призвал своего ученика игнорируя все его мимические выражения честно говорящие в каком она восторге от этой затеи и как себя прекрасно чувствует на данный момент. Тренировка началась.

Девушку заставляли махать руками и ногами, делать приседания и прыжки. Затем выдали топор, приказав повторить упражнения, которые она выучила ранее. И это всё под дружный смех и бойкое обсуждение десятков гномов и ехидные комментарии местного персонала, который без стеснения присоединился к общей забаве. Девушка выполняла всё кое как стараясь не свалиться на пол перед всеми и ещё больше не опозориться. Так первая тренировка после пробуждения всё же закончилась очередным обморокам.

Первые два оборота Баст то и дело падала, ошибалась, теряла сознание. Да и вообще была предметом всеобщего развлечения, но упорно продолжала стаять на своём, раз-за-разом выходила на тренировку в кольцо. Поначалу Тордион и Тибору постоянно спорили по поводу её тренировок. Трактирщик считал, что ещё слишком рано учить новичка разным приёмам и комбинациям, сначала следует подготовить тело, дабы оно справлялось с нагрузкой и слушалось хозяина, и только после длительной подготовки можно преступать к самой науки ведения боя на топорах. Тогда как командир охраны возмущался и всячески пытался втолковать бывшему наёмнику важность умения ведения боя именно сейчас.

– Этот парень числиться в охране каравана, и так как я командир данной охраны, он находиться у меня в подчинении!

– Тордион! Парень ничего не умеет, какой из него охранник! Ты б его хоть возницей пристроил, раз хотел помочь! – Возмущался Тибору.

– Он направляется на службу! Стыдно солдату, даже новобранцу, абсолютно ничего не уметь. – Отвечал Тордион.

– Вот поступит на службу там его приемам обучать и будут, а сейчас ему надо тело развивать! Вдобавок, он и сейчас с трудом справляется с элементарными заданиями, что уж говорить о полноценной боевой подготовке. – Не унимался трактирщик.

– Как ты не понимаешь, он уже подписался в охранники и ему за это ещё и заплатят. Между прочим, он сам на это согласился. – Пытался тем временем доказать свою точку зрения Тордион.

– Он явно не знал под чего подписывается! – Не соглашался Тибору.

– Сам подумай, мы завтра, послезавтра снова отправляемся в путь, а у меня в отряде числиться пушечное мясо. Так не пойдёт!

– А я тебе о чём говорю! Просто сделайте его возницей. – Настаивал Тибору.

– И угробить товар!?– Продолжал рычать Тордион.

– Не позволим! – В такие моменты торговцы, старающиеся не встревать в этот конфликт, всегда были солидарны с Тордионом.

– А парня угробить позволите?!– Бушевал Тибору.

– Тибору! Ну пойми дурья твоя башка. У нас попросту нет времени на твою программу обучения молодых наёмников! – Продолжал упорствовать Тордион.

– Бас! Ну, ты ему хоть скажи ведь мои методики лучше! – Как всегда в таких ситуациях Тибору пытался достучаться до разума оппонента через третьих лиц, и чаще всего этим третьим лицом выступала сама Баст.

– По-моему вы оба правы. – Не имея ни малейшего желания кого-то обидеть, давала ответ та, понимая, что чтобы она не выбрала легче ей от этого не станет.

Обычно, после таких высказываний ей приходилось проходить тренировку по обеим методикам. Из-за того, что гномы никак не могли сойтись во мнениях и на её шкуре пытались доказать правильность своего подхода уже не обращая внимание на её состояние. Как правило, после таких тренировок Синоку и Томпсону приходилось в буквальном смысле утаскивать её в комнату. Сама Баст в такие моменты подозревала, что гномы просто над ней издеваются. Учитывая, что тренировки проходили по несколько раз за оборот, первое время она думала лишь о том, чтобы вытерпеть эту пытку до конца и не отключиться на половине пути, о чём-то большем речи идти не могло.

Первый раз, когда она смогла не отключиться сразу после тренировки, произошло во второй половине третьего оборота с момента их начала, а наследующий оборот после обеда Тъзон с Тордионом дали команду каравану снова отправляться в путь, воспользовавшись небольшим прояснением в вечно затянутом тучами небе. Также, караван увеличился, пополнившись одной большой сдвоенной телегой, тремя заводными тянувшими её. И двумя мальчишками полукровками, помогавшими Тибору в его заведение. И отправленные им же в столицу вместе с отправляющимся в путь караванном, для пополнения кончающихся припасов. Как, впрочем, впоследствии выяснилось, в отношении посылки, которую планировал передать с Баст Тордион, тоже появились изменения, так как Тибору тоже выказал желание отправить племянничку гостинец. Транспорт Тибору выдал именно для этих целей, посчитав, что вести что-либо из такой глуши было бы бессмысленно. А вот приобрести разные диковинки и необходимые мелочи в столице, и впоследствии отправив их с надёжным человеком, показалась трактирщику отличной идеей. Для этих целей одному из мальчишек Тибору выдал солидный такой кашель с обром, зачероваными пластинами разного достоинства и с разными суммами, а на вопрос Баст ответил весьма просто.

– Тор купить то купит, но не факт, что скажет, а так ты будишь знать, что – кто предаёт.

За время, проведённое в трактире “В гостях у Тибору” Баст сдружилась с хозяином заведения, который, несмотря на свои споры с Тордионом относился к ней весьма дружелюбно и постоянно отпаивал её своим фирменным зельем после каждой напряжённой тренировки. Когда настало время отправляться, Тибору на прощание так сжал девушку в своих объятьях, что у той чуть кости не треснули, а из глаз посыпались искры.

– Береги себя там парень, не вздумай голову сложить по глупости. – Напутствовал Тибору.

– Не беспокойся. Не для того я столько работал что бы выкинуть свою жизнь впустую. Вдобавок, мне ещё предстоит путь до Вертограда в компании Тордиона, а он – то точно позаботиться, что бы мои навыки боя не только не заржавели, но и значительно продвинулись в лучшую сторону. – Успокаивала трактирщика Баст.

– Тут ты прав. Этот гном если на что-то решается, доделывает это до конца. А сейчас он явно задался задачей сделать из тебя приличного бойца на топорах. – Усмехнулся трактирщик.

– Постараюсь его не разочаровывать.

– Ну, тогда в добрый путь, пока Тлань снова не скрылась за облаками, и не начался дождь. – Напутствовал Тибору, наблюдая, как караван покидает его двор.

Баст выезжала одной из последних. Как бы тяжело не было в последние обороты, она испытывала большую благодарность к этому на первый взгляд суровому гному. Сейчас девушка впервые чувствовала, что за неё действительно кто-то переживает. И это так сильно отличалось от того, что она испытывала при прощании с друзьями, и ставшим родным городом, что сомнения, иногда закрадывающиеся в её душу по поводу правильности выбранного ею пути, теперь казались до невозможного глупыми и бессмысленными.

Через некоторое время после того, как караван покинул гостеприимный трактир, Тордион продемонстрировал истинное предназначение сдвоенных телег, устроив для Баст тренировку на импровизированной передвижной площадке. В независимости от погодных условий Тордион вызывал её на тренировку каждые десять часов, заставлял тренироваться, не менее трёх – пяти часов. Обозначая окончание тренировки учебным спаррингом, с собой или кем ни будь ещё из числа охранников каравана.

Оборот от оборота погода всё улучшалась. Теперь дождь стал давать о себе знать гораздо реже, чем не мог не радовать путников. Местность менялась от привычных Баст лесов состоящих из кортосов и трив имеющих широкие стволы, светло серого и красноватого оттенка соответственно и никогда полностью не оголяющих свои ветви. По воспоминаниям девушки особенностью подгорных кортосов являлись их зелёно-жёлтые треугольные листочки размером с ноготок, растущие скоплениями, свисающими с более толстых веток – стволов своеобразными косицами, из-за чего с далека кортосы всегда больше походили на покрытые мхом нежели листвой деревья. По мере удаления от гор, листва теряла свой желтоватый оттенок и увеличивалась в размерах, за счёт чего теперь проезжая под кортосоми можно было разглядеть их листву не напрягая зрение. Тривы же становились разве что меньше в размерах. Их исполинские стволы теперь не превышали двух обхватов в диаметре. Листва оставалась всё такой же зелённой, продолговато вытянутой и разноразмерной, где-то листва от силы с ладонь размером, где то больше длины руки девушки, начиная от плеча и заканчивая кончиками пальцев. На глаза так же попадались и мелты, хвойные, широкоствольные деревья с фиолетово – синими иглами. Низкорослые кимми, не укажи на которые в своё время Азал, Баст и не узнала бы их. Растение больше походящее на чахлые кусты, нежели на деревца, сильно отличаясь от того как они представлялось девушке в голове. По словам Азала ближе к концу цветня на нём появятся серо – рыжие продолговатые почки из которых часть преобразуется в листву, часть в плоды. Он рассказывал и о других растениях в перерывах между тренировками девушки. Не редко к его рассказу присоединялись и другие гномы вспоминая забавные случаи связанные с тем или иным растением, либо деревьями. Леса периодически сменялись пока ещё голыми полями с остатками не сошедшего с них снега, и проглядывающими серыми кочками сухотравья, к густым смешанным лесам, с не всегда узнаваемыми деревьями, добавились разнообразные кустарники не произрастающие в подгорье и пока ещё по большей части лысые. Погода от раза к разу становилась значительно теплее, а Римма постепенно начала разгораться. Пока не превращая напитанную влагой землю в паровой источник. Эта пора должна была наступить как раз тогда, когда караван должен был достигнуть столицы, по прикидкам всё того же Тъзона. Дорога же хоть и являлась уже главным трактом замощённом камнями, всё-таки не была прямой. Она подстраиваясь под особенности ландшафта. Огибала крутые косогоры и иногда уходя в очередную низину, уже не напоминающие брод небольших речушек. Петляя по краю леса и окраинам придорожных селений. Из-за этого, поездка казалась неимоверно и неоправданно растянутой. Правда девушку не однократно переубеждали, что маршрут тракта проложен специально с учётом упрощения дороги путникам, чтоб не надо было корячить очередную телегу в гору или пробиваться через скопления селян жаждущих сбыть свой товар или продукцию проезжающим путникам.