Чтение онлайн

Однако предков Мазириса Первого это ничему не научило и теперешний король, и его отец не особенно дорожили отношениями со своими подданными, взять к примеру хоть смотрины в северных землях, что провалились со скандалом два года назад. Я же, как канцлер сделал всё, что мог, видят боги, отговорить его высочество я пытался, но, похоже, обид подданных было не избежать. Теперь если всё покатиться к гхусейману, то пусть хотя бы не по моей вине.

Тем же вечером, похлопывая ляжки от нетерпения и беспрестанно ерзая на стуле, Мазирис отбирал девиц.

— Слишком жирная, — воскликнул король, я бросил следующую руну, — а эта лопоухая, и нос длинный, фу. О, а вот эта ничего, ну-ка, покажи ближе! — скомандовал остолоп, абсолютно не знакомый с работой смотрящей руны.

— Ваше Высочество, сие невозможно, — мягко осадил я, — девицы предупреждены о смотринах, они сами выбирают, что и как хотят показать.

— Ах, так! А вдруг она со второй стороны кривая, глянь, она только боком поворачивается! — кипятился Мазирис.

— Графиня Астрианская, ее матушка, весьма недурна собой даже сейчас, в её возрасте, не думаю, что её дочь кривая, — саркастично заметил я, Его Высочество напрочь не запоминал ни лица, ни титулы своих ближайших придворных.

— А вдруг у неё смех противный? — беспокоился король, — или она чавкает?

— Свет Магикона, это мы с вами узнаем на балу, для того и собираем благородных барышень, — терпеливо пояснял я.

— Ладно, оставляй эту, — сдался король и я вызвал следующую руну.

Только к полуночи кандидатки были отобраны и утверждены, бал был назначен на следующее воскресенье. Высочество завалил меня бестолковыми поручениями, а сколько всего ещё предстояло сделать важного!

Вздремнув всего два часа, я поторопился написать текст для пригласительных, после переделал пару раз. Наконец, убедившись в верном посыле, раскинул руны и начал отправку магических писем, каждый раз вынимая из сундука нужную вещь. Выудив со дна перстень с горным хрусталем, отложил его в сторону, написать северному князю после того, как Мазирис опозорил его дочь, я не рискнул.

* * *

На кухне кипела работа ещё со вчерашнего вечера: повара не ложились спать. Без конца нарезая, шинкуя и фаршируя, обжаривая и выпекая, охлаждая и разогревая. Запахи десятков блюд для предстоящего торжества смешались тут в один, без конца мимо проносились повара и их помощники, каждый что-то доделывал, и по озабоченным лицам было видно, как они заняты.

Я отхлебнул горячий чай и обжог язык, оставив чашку с травяным настоем, поспешил проглотить тарталетку и встать из-за стола.

— Господин Канцлер, вы уже уходите? А как же омлет, вы ведь ничего не съели! — всплеснул руками главный королевский повар.

— Нет, Поль, сегодня я буду сыт по горло, — усмехнулся я.

— Как и все мы, — согласился он с улыбкой.

Покинув кухню, что напоминала растревоженный улей, отправился в бальный зал, чтобы распорядится расстановкой цветов. Цветочник опаздывал, из-за чего пришлось провозиться дольше, чем я рассчитывал. Гирлянды с живыми розами — белыми и кремовыми, — взмыли под воздушными заклинаниями вверх, слуги приняли ленты, увязав цветы на балкончиках. Наконец, под потолок взмыло украшение из сотен белых лепестков и нежнейшей газовой ткани. На часах пробило половину шестого, распорядившись насчет натирания полов и расстановки хрустальных бокалов, отправился к себе. Всё-таки даже в таком бешеном ритме работы нельзя было забывать о себе: Великий Канцлер должен выглядеть безукоризненно.

Тёплая вода уже ждала меня в каменной ванной чаше. Раздевшись, опустился в воду и только теперь ощутил, как сильно устал за последнюю неделю. Мало того, что как обычно приходилось решать все вопросы с подготовкой самому и постоянно выслушивать Его Светлость, так ещё и частые доносы моих слухачей. Благодаря их бдительности позавчера удалось вовремя разогнать толпу, что собралась вокруг сборщика подати для Гурии. События Свияра постепенно перекидывались в столицу, помогала только наша бдительность. Жаль только, зачинщики разбежались, но я предпринял все меры, чтобы в следующий раз им не удалось скрыться, оставалось только немного подождать, а в том, что нападения повторятся, к сожалению, не приходилось сомневаться.

Струи воды взмыли вверх, опутав меня, словно змеи, ласкали и укрывали уставшее тело, подчиняясь каждому моему заклинанию. Здесь, в Мадисе, вдали от большой воды с моим даром приходилось нелегко, разве что удавалось провести время в ванной приятнее других, устроив себе массаж. Но там, где воды было достаточно, маги воды, такие как я, ценились на вес золота. Да, из меня мог бы получиться отличный водник, но судьба распорядилась иначе, наградив работой, которая не оставила времени ни на что более. Семьёй я обзавестись не сумел, да и что говорить, даже на мимолетные интрижки времени не хватало и женщины появлялись в моей жизни разве что пару раз за год, точнее, я предпочитал сам появляться в их жизнях и вовремя уходить. Струя воды превратилась в ладонь, нежно поглаживающую мою голову, я, наконец, расслабился и немного отдохнул. Умывшись, вышел из ванной. На кровати уже ожидала моя парадная черная мантия, шитая золотом и бархатом. Облачившись, надел золотой медальон с фамильным гербом Синерийских — ветвистым деревом, что сплеталось корнями и ветвями в символ благоденствия и цельности. Как жаль, что столь прекрасный герб красуется лишь на моей груди и где-то в далеком старом замке на самой границе с тихарийскими полями, где жила моя мать.

Оглядев себя в зеркало, остался доволен: длинная борода, украшенная миниатюрным колокольчиком, темные волосы с благородной проседью, мантия, что скрывала мой слегка выпирающий живот, в целом силуэт выглядел массивным и внушительным.

В зал уже прибывали первые гости, я отправился всех встречать и приветствовать, без конца пожимая руки и улыбаясь. Отцы и матушки сопровождали молоденьких и не очень дочерей. Родители предпочитали держать их под руку, не отпуская слишком далеко, похоже, бал в северном королевстве был всем хорошо известен. Когда гости прибыли практически полностью, я велел притушить свет — Его Величество любил появляться эффектно.

Едва в зале воцарился полумрак, вверх взмыли голубые мотыльки, сотканные из магического сияния, гости ахнули, под восторженные возгласы, перешёптывания и вздохи к нам спускался Мазирис Третий, облаченный в мантию небесного цвета. Мотыльки закружились вокруг короля, и понемногу исчезли, увязая в волнах голубого бархата. Придворные маги воздуха постарались на славу.

Оркестр заиграл вальс, нежная мелодия лилась, заполняя пространство шорохом бальных юбок и тихим топотом десятков пар ног, что закружились в танце. Его Величество пригласил сначала одну даму, затем в танце сменил партнершу несколько раз. По восторженным вздохам присутствующих здесь девиц я понял, что король им по нраву и облегченно вздохнул, уже представляя себе пышную свадьбу с кем-то вроде дочери графа Амантрийского.

После танцев повара пригласили гостей к столам, началась праздничная трапеза. Я контролировал Его Высочество, отставляя подальше вино, но всё же меня отвлекли на кухню на полчаса, а когда я вернулся, понял, что опоздал. Король уже успел опустошить графин тихарийского и пододвинул к себе второй, сально осматривая декольте близко сидящих девиц. Отчетливо припоминая, что следует за подобными взглядами, оттеснил девицу и уселся между королем и пленившей его грудью. Мазирис хлебал вино почти не останавливаясь. Я подал знак, и слуги притушили свет ещё больше, в надежде, что никто особенно не заметит состояние короля, к сожалению, мягкий свет лишь раззадорил распутника. Стукнув кубком по столу, Мазирис собрался сказать тост, я вовремя успел усадить его на место.

— Ваша Милость, все уже немного пьяны для тостов, давайте не будем утруждаться и просто повеселимся, — пытался отодвинуть катастрофу я.

Мазирис уставился на меня осоловелым взглядом, что-то соображая в тугой от такого количества вина, голове. Наклонившись ко мне, он пробормотал заплетающимся языком:

— Ну и бал, просто праздник уродцев, Аракос! Как ты мог меня обмануть! — воскликнул он чересчур громко, я опасливо осмотрелся по сторонам.

— Прошу вас, тише, Ваша Светлость, гости могут нас услышать, — предупредил я.