Чтение онлайн

Годфри удивился, глядя на Реокталей за окном.

— Ты знаешь что-то, чего не знают другие, Анджелатриус? Поинтересовался Король, на что Бог бросил яблоко в сторону.

— Я стратег, Годфри. Коротко заявил о себе Бог, говоря дальше: — И, всегда, ищу лазейки, стараясь узнать и продумать немного больше, чем положено. В подтверждение своих слов, Бог посмотрел на корабли Реокталей, говоря: — Союз с ними принесёт Земле боль, но важной целью является подчерпнуть для себя факторы, которые помогут нам в будущем.

Обернувшись на Короля, Анджелатриус ступил в сторону Годфри. — Мы же хотим выжить, Годфри?

Король замялся, не зная чего ответить. Ему казалось что на каждый довод Годфри, Анджелатриус будет иметь, как минимум — один факт взамен.

— Запомни, Король. Прервал поток мыслей Годфри Бог. — Я, никогда и ничего не делаю просто так.

Король отступил. Больше не было смысла с ним говорить, так же как и спрашивать его о связи с Киллирией, или рассказать о том, что он скрывал даже от самых близких себе. Бог держал в руках всю колоду и Годфри, как и любой другой, кто был завязан в этом обширном плане Бога, понимал для себя то, что неповиновение в играх Бога карается ужасными последствиями. Об этом Годфри знал, поэтому вопросы, или какие-либо аргументы в голову больше не приходили.

Квентин слушал очень внимательно, чувствуя как ноги начинают неметь, покалывая болью. Кончики пальцев рук стали ощущаться как что-то материальное, и Медиум понял, что подошёл к концу. Воспоминание стало жевать будто плёнку.

— Но, ты так и не ответил, Анджелатриус. Внезапно произнёс Годфри, чем приковал внимание Квентина к себе.

Бог, любезно, посмотрел на Годфри, усаживаясь за свой трон. В момент — к нему подползла Даменда, изрыгая своему хозяину в руку Артефакт. Годфри удивился этой картине, но не придал этому значения, озвучивая свой вопрос по новой: — Что будет после того, как ты навеешь им всем что твоё убийство — единственный способ всё прекратить? Ты же знаешь — что это не поможет.

Медиум напрягся, подходя ближе. Тело начинало ныть от острой боли и, постепенно, из живота Квентина полилась густая кровь. Зажав дыру в животе руками, Квентин, поспешно, подошел ближе.

— Как только это произойдёт — все нити, которые я плёл, всё это время — свяжутся между собой и тогда всё придёт к тому, к чему должно. Загадками, Анджелатриус вводил Годфри в замешательство.

— Наступит война, Годфри. Коротко ответил Бог, не обращая внимания на округлённые глаза Короля.

— Эта война изменит всё. И станет финалом.

— Думаешь, это поможет Светочи открыть Отголосок раньше времени? Под страхом смерти на войне?

Годфри, наконец, уловил суть всех экспериментов Бога с Циркачами. Простая суть заключалась в том, чтобы воздействовать на Дар Циркача путём факторов, которые сам же Бог и навязывал обладателям Дара. Все эти факторы именовались не иначе как — жизненный путь.

— В этом и есть весь секрет? Не дожидаясь ответа, поинтересовался Король. — В том, что ты увеличиваешь их Дар специально, методом страха и переломных моментов в жизни?

Внезапно для себя, Годфри уловил кивок Анджелатриуса.

— Я бы назвал это по-другому. Посмотрел на слова Короля со своей стороны Бог, разъясняя: — Так уж получилось, что Совет не может обойтись без Светочей на планете. Видишь ли, я, хоть и считаю это правильным решением, думаю что они слишком пекутся за силу дара каждой новой Светочи. Поэтому, на Киллирии такая прекрасная жизнь. Потому что никто из них, никогда, не ожесточал обучение Светочи. А я смог. Каждый из них, кто прошёл тяжелую, для себя жизнь, был вознагражден неведомой силой.

— Жизнь — это не обучение, Анджелатриус! Заверил Бога Король, на что Анджелатриус, в ответ, спросил: — А что это, в таком случае, Годфри?

Король замолчал.

— В этом и есть ваша проблема. Вы боитесь. Боитесь экспериментировать, открывать для себя что-то новое. Идёте на поводу у тех, кто не хотят ничего решать, просто избавляясь от слабых. Никто из вас не добился таких результатов, ни на одной планете, как я! Ты знаешь о чём я говорю, Годфри! Анджелатриус, вновь поднялся, глядя на Короля.

— Мне плевать как именно я добьюсь спасения этой планеты и себя самого — но, они начнут уважать меня, а ни оставлять умирать!

Бог сжал кулак в руке, на что Годфри почувствовал тяжесть. — И раз уж тебя прислали следить за мной Годфри и помогать — ты будешь помогать мне, какая бы просьба не прозвучала.

Король стал паниковать от внезапного прекращения подачи воздуха. — С твоей помощью — у нас все получится и, в нужное для нас с тобой время, Годфри, Светоч откроет Отголосок, что доставит меня на Киллирию, и спасёт, тем самым, мою планету.

— Ты ошибаешься! Сквозь давление старался выговорить Годфри, но Бог сдавил Короля в кулаке сильнее, обрывая дальнейшую речь Короля о том, что всё это — лишь больной плод воображения обиженного подростка, который, теперь, рискует всем что создал сам — дабы доказать что он лучший.

— Это ребячество! Шипел Король. — Даже страх собственной смерти не поможет Светочи открыть отголосок, и весь твой план пойдет насмарку! Из-за тебя погибнут все!

Внезапно, Бог отпустил Короля, который рухнул на пол, сразу же поднимаясь.

— Я знаю. Согласился Бог. — Но, Светоч откроет Отголосок под страхом не своей смерти, Годфри.

Короля осенило. Дрожь прошла по телу и Король, поспешно, стал подниматься, глядя на витающего Квентина.

Теперь, все обрывки фраз, невнятного плана, который Бог внедрял по кускам, все те философские фразы про судьбу и про истинную силу приобрели другой смысл. Всё дело было не в силе дара. А совсем в другой силе. Поднимаясь с колен, Годфри посмотрел на витающего Квентина, позади которого красовалось изображение Велмы.

— Так вот весь твой план? Растить этого парня, по своему подобию, на убой?

Поднявшись, Король ступил на шаг ближе к Королю, качаясь с места на место от дезориентации.

— Весь твой план по спасению своей жизни и себя, сводится к тому, чтобы вырастить этого парня, которому суждено будет умереть?

Бог отвёл глаза, и Медиум, который уже почти пропал из воспоминаний Бога, ужаснулся. Холод страха и боли стал проливаться внутри парня. Всё меркло по сторонам, разрушая воспоминание.