Хроники Эдена. Светоч
Шрифт:
— Не интересует, спасибо. Послышался короткий ответ, и канал закрылся. Михаил сдавил коммуникатор с такой силой, что по стеклу посыпались трещины. Посмотрев на луну, он выбросил свой коммуникатор, протягивая ругательство.
Дезмонд, на другом конце провода, закрыв канал, выбросил коммуникатор. Опустив руки на колени, он, нагнувшись, стал дышать, как паровоз. Самый натянутый разговор в его жизни.
Квентин открыл глаза, стараясь понять что происходит. Подняв голову, он посмотрел на заплаканную Велму, затем на бледного Дезмонда.
— Я что-то пропустил? Спросил он, оглядывая своих товарищей, как Болван.
6.
— Он сказал, что есть нить, которая ведёт прямиком к нам. Твердил Дезмонд. Велма и Квентин, внимательно, слушали парня, сидя в какой-то забегаловке на краю района Г. Они вошли так, будто не находятся в розыске, будто всё хорошо, и они просто решили позавтракать ранним утром. После событий в доме, ребята, благополучно, решили удалиться с места бойни, и двинуться к самому отдалённому узлу, который только может найти Квентин. И один такой нашелся. Ребята долго шли, дальше — ехали на такси, и вот прибыли на место. Молча вошли, сели и заказали напитки. Квентин заказал вафли, и сидел уплетал их, пока Дезмонд рассуждал:
— Я думаю, он сказал это не просто так. Твердил парень, отпивая глоток бодрящего кофе. Квентин, набив рот, выразил свою точку зрения: — Я не думаю, что тебе нужно задумываться об этом, всерьез. Велма, угрожающе, посмотрела на Квентина.
— Не ешь с набитым ртом. Пригрозила девушка, поправляя очки.
— Прости. Коротко ответил Квентин, проглатывая вафли.
— Чувак, он, всего лишь, Ангел.
— Вот именно. Кивнул Дезмонд. — Он — Архангел. Существо, кому не присущи людские повадки и жаргон. Велма и Квентин переглянулись. Теперь, кажется, всё стало немного запутаннее.
— Я о том и говорю, он, будто бы, дал понять, что знает где мы — постоянно. Определённо — пища для ума. Затем, Дез перевёл взгляд на часы.
— Когда появится твой узел? Квентин посмотрел на свои часы. — Через 11 минут. Ответил Медиум. Велма посмотрела на Квентина, затем поднялась и извинилась.
— Мне нужно в дамскую комнату. Сообщила она и удалилась. Квентин проводил её взглядом, затем словил взгляд Дезмонда на себе. Тот улыбался.
— Чего скалишься? Угрожающе спросил Квентин. Дез вскинул руки. — Ничего. С насмешкой ответил Дез. Квентин взялся за вилку.
— Я проткну тебе руку. Пригрозил Медиум. Дез испустил смешок, и положил руки на стол, перед чашкой.
— Она тебя меняет. Заметил Дезмонд. Квентин хохотнул.
— Я — дикий Мустанг. Заявил Квентин. Дез кивнул.
— Дикий Мустанг, который не ест с набитым ртом. Квентин вскипал.
— Ты хрень вот эту брось! Квентин направил на друга Вилкой. Отсмеявшись, он посмотрел на своего друга и сказал: — Ты молодец. Что не бросил её. Квентин обернулся на дверь туалета и снова на Деза.
— Думаешь, я бы смог?
— Ты бы смог.
Парни замолчали. Действительно, это было так. Квентин стал рыться в своём рассудке, стараясь отыскать хоть один аргумент в противовес, но, все знали, что их не было.
— Мне кажется — она что-то важное для меня. Квентин посмотрел на свою тарелку.
— У тебя такое было? Он поднял голову на Деза, и тот не поверил тому, что Медиум задал этот вопрос серьёзно.
— Моя жизнь, будто бы была линейной. Как игра. Ты её начинаешь и идёшь до самого конца одним путём. При этом — у тебя нет никаких других действий, выборов. Одно и то же. А она… Он помолчал.
— Будто привнесла что-то в мою жизнь. Я чувствую, что именно я должен её оберегать. Никто больше. Я никому этого бы не позволил. Дезмонд отхлебнул кофе, внимательно слушая друга.
— Тогда, в поезде, когда к ней бросился солдат. Я подумал что должен умереть — но не дать им схватить её. Она этого не хочет, но её, зачем-то, пытаются вернуть. Вряд-ли это связанно с посылкой, но я не могу дать её в обиду, понимаешь? Дез кивал. Естественно, он понимал.
— У тебя такое было? Спросил он. Дез задумался.
— Было. На выдохе произнес он. Квентин посмотрел в глаза другу и понял, что задел струну души.
— До сих пор? Поинтересовался Квентин.
— Я думаю о ней. Постоянно. Мне кажется, что в её смерти виноват я. Он пожал плечами. — Понимаешь, как получается. Я знаю — что виноват не я, но, теперь, когда её нет, а я живой — мне кажется что я мог что-то сделать, но не сделал, и теперь вся эта жизнь напоминает мне об этом. Дез вскинул глаза на Квентина.
— Никогда бы не пожелал тебе такого. Они замолчали. Квентин доел вафли и посмотрел на Деза. Достав из кармана два косяка, он посмотрел на друга.
— Не хочешь? Предложил Медиум.
Парни стояли, облокотив спины на панельное окно забегаловки. Дезмонду позабылся вкус дури, поэтому курил он не быстро. Растягивал. Предоставлял возможность тяжелому табаку, смешанному с зелёным растением, сделать своё дело. Мысли развязывались.
— Не давай её в обиду. Вещал Дезмонд. Квентин поглядел на своего друга и кивнул.
— Ясен конь. Ответил Медиум.
Время подходило. Квентин посмотрел на часы и повернулся к Дезу.
— Время. Коротко сообщил Медиум и они выбросили косяки, заходя внутрь. Как раз, в это время, вышла Велма, что умылась холодной водой, придавая молодому лицу розового оттенка. Не успев дойти до своего стола, Квентин и Дез перехватили её.
— Нам пора на Зету. Произнес Квентин, подгребая Велму под руку. Они прошли к стойке, и Квентин открыл её. Кассирша, вопросительно, посмотрела на Медиума, но тот махнул ей рукой.
— Не обращайте внимания, нас здесь не будет через секунду. Девушка стояла, не скрывая удивления, покуда Квентин с компанией не скрылись в кухне. Поприветствовав весь персонал, Квентин прошел вдоль к кухне, подходя к двери огромного холодильника для мяса.
— Ты уверен, что это здесь? Спросила Велма. Квентин пожал плечами.
— Узлы не выбирают места. Сказал он, открывая дверь. Секунду они посмотрели на холодильник, под взгляды всего персонала кафе.
— Можно. Кивнул Квентин, и все трое вошли в холодильник, закрывая за собой дверь. Когда менеджер отпёр холодильник, по просьбе персонала — внутри никого не было.
Отойдя от перехода по узлу, троица обнаружила себя в красивом месте, которое больше напоминало заповедник для прекрасных зверей. Журчание воды, красивые цветы, деревья, зелень и прохладный ветерок. Квентин первый пришёл в себя, после перехода, и осматривал местность.