Чтение онлайн

Наемник медленно продвигался по первому ярусу казематов, прислушиваясь к тишине, которую нарушали только звуки его шагов да потрескивание факелов, что освещали мрачные помещения. Первый ярус представлял собой широкий длинный ход, от которого в обе стороны тянулись другие, не длинные и гораздо уже основного; каждый из них заканчивался одиночной камерой. Те сейчас все были пусты, их двери распахнуты.

Теор отметил, что потолки в казематах были не низки, в полтора роста среднего человека, что позволяло идти не пригибаясь и что конечно же говорило о благосостоянии города: ведь и стены, и пол, и потолок были сделаны из дорогого на севере камня – ближайший рудник был во многих лигах южнее.

Центральный ход заканчивался каменной лестницей, ведущей на следующий уровень. Возле нее-то на стене Теор и заметил отметины. Примерно с ладонь в длину четыре неровные широкие борозды на камне. Следы когтей. Однако сами по себе они еще не доказывали, что здесь побывал именно василиск.

В этот момент Теор услышал скрежет – словно кто-то ножом царапал по металлу. Звук исходил с нижних уровней. Держа лук наготове, наемник спустился ниже.

Здесь было на порядок больше камер, чем на предыдущем уровне. Главный коридор был здесь гораздо уже, но от него тянулось в сторону куда больше боковых ходов, между которыми располагались одиночные камеры. Боковые же ответвления выводили в два дополнительных прохода, правый и левый.

На втором уровне отметин было значительно больше. Как и заверял стражник, здесь они виднелись повсюду: на стенах, полу и даже потолке. Все те же четыре борозды от когтей, а также новые, ранее не попадавшиеся на глаза отметины на камнях – следы кислоты. Она разъела камень во многих местах, оставив после себя не только разрушение твердой породы, но и темно-зеленоватый налет, словно слой пыли. Яд василиска.

Скрежет повторился уже более отчетливо.

Следовательно, василиск был на последнем, третьем уровне.

Изучая план казематов, Теор заметил, что третий уровень отмечен как заброшенный. Стражник объяснил тогда, что тот задумывался как допросная, она же пыточная. Но из-за пристрастий главы города к публичным казням так и не был до конца достроен.

Теор спустился сюда по каменной лестнице, в любую секунду готовый вступить в бой. Когда оставил позади себя последнюю ступеньку, перед глазами открылась картина заброшенного уровня – пустое пространство с четырьмя стенами и несколькими атрибутами для пыток, пребывающими не в лучшем состоянии. В помещении было мало света, здесь горели лишь два факела.

«Если уровень был заброшен, то зачем тогда, пусть и недостаточно, но все-таки освещать его?» – подумал наемник. Но для подобных размышлений было не время, и они отошли на второй план, ведь перед ним был его противник.

Василиск находился у дальней от Теора стены; он стоял на стальной пластине, когда-то служившей, по-видимому, частью некоего пыточного механизма, и медленно скреб по ней когтями.

Размером василиск был не больше лошади, имел довольно неуклюжий и к тому же омерзительный вид. На большом жабьем теле, лапы которого были увенчаны внушительными когтями, громоздилась бесформенная птичья голова, лишь отдаленно напоминающая петушиную. Длинный клюв имел ряд больших неровных заостренных зубов, отчего до конца не закрывался. Из-за спины василиска торчали два широких крыла летучей мыши: непропорциональные, одно больше другого. Дополнял картину длинный змеиный хвост, превосходящий в длине самого василиска от клюва до основания хвоста.

На человека смотрели два немигающих серых глаза с темно-пепельными точками зрачков.

Теор пустил стрелу в василиска, метя тому в глаз, однако монстр легко перехватил ее зубастым клювом и, перекусив стрелу пополам, отшвырнул ее обломки в сторону. «Что ж, неплохая реакция», – отметил про себя наемник.

В следующий миг уже Теору пришлось блеснуть своей реакцией. Он отскочил в сторону за секунду до того, как в то место, где он только что стоял, ударила струя зеленого огня, извергнутая из пасти монстра. Каменный пол плавился, шипя, от яда чудища. Огонь василиска внешне очень напоминал драконий, а тот, в свою очередь, был, как известно, неплохим оружием против самих же драконов. Стоило проверить.

Наемник вонзил стрелу в камень, разъедаемый зеленым огнем, и яд василиска тут же перекинулся на острие, словно намереваясь как можно скорее уничтожить новую цель. Не дожидаясь, пока кислотная смесь закончит начатое, Теор пустил стрелу, на этот раз целясь василиску в грудь. Чудовище успело отпрянуть в сторону, но стрела все же задела шкуру, оставив заметный порез, из которого брызнула кровь темно-коричневого цвета.

Помещение каземата пронзил животный крик, смешанный с пронзительным высоким свистом. От этого звука наемника швырнуло обратно на лестницу, словно ударной волной от взрыва. Теор взбежал по ступеням, оказавшись на втором уровне в тот самый момент, когда в ступени ударил новый поток разъедающего огня. Издав повторно крик, в котором слышалась уже не боль, а звериная ярость, василиск ринулся в погоню.

Теор шмыгнул в ближайший боковой проход, и василиск, не заметив его, проковылял по главному проходу мимо. Монстр передвигался быстро, но крайне неуклюже, переваливаясь с боку на бок, путаясь в собственных лапах, да и длинный хвост при передвижении скорее мешал, чем помогал.

Теор вышел из своего временного укрытия и выстрелил, пронзив стрелой правое крыло василиска. Тот зарычал и, не разворачиваясь, отмахнулся хвостом, норовя сбить противника с ног. Наемник не без труда, но все же избежал удара увесистым хвостом, вовремя пригнувшись, после чего скрылся в другом боковом проходе.

Развернувшись, василиск направился в проход, где скрывался наемник. Он не видел того момента, когда человек скрылся из виду, но примерно мог определить его местоположение по запаху.

Теор натянул тетиву и замер, ожидая появление монстра. Как только петушиная башка показалась в проходе, молодой воин выстрелил. Стрела врезалась в клюв, и василиск, потеряв равновесие, свалился на пол каземата, ударившись при этом головой о стену.

Наемник юркнул в широкий проход, идущий параллельно центральному, и, миновав несколько коридоров, соединяющих их, вновь вернулся в центральный проход. Василиск медленно поднимался и сейчас находился спиной к наемнику. Голова его была низко опущена, и посему Теор всадил в незащищенную спину чудовища одну за другой три стрелы.

Василиск вновь заревел, и к его голосу, как и в прошлый раз, примешивался громкий свистящий звук. Наемника опрокинуло на пол. Он хотел зажать уши, но руки его не слушались, став ватными, в глазах потемнело, и он едва не потерял сознание.

Когда способность двигаться вернулась к Теору, василиск был уже в шаге от него. Тварь медленно раскрыла клюв-пасть с неровными зубами, чтобы в следующий миг убить дерзкого человека струей всеразъедающего зеленого пламени. Движения василиска были медленными и неуверенными: видимо, он все еще приходил в себя, оглушенный при ударе головой.

Наемник откатился назад на расстояние одного шага и рванул стрелу из колчана. Свист тетивы, в воздухе мелькнуло красное оперение стрелы – и в следующий миг василиск рухнул на каменный пол. Стрела вошла в его пасть и, пробив голову насквозь, высунулась наполовину из затылка. «Не так страшно чудовище, как его описывают», – вспомнилась молодому наемнику услышанная однажды поговорка.

Из раскрытого клюва, так и не извергнувшего смертоносный яд, вытекала струйка дурно пахнущей крови коричневого цвета. Она же капала с торчащего из головы монстра наконечника стрелы. Теор внимательно его изучил – наконечник оставался цел. Стало быть, кровь василиска не могла разъесть любой предмет, на который бы попала, как это делал находящийся в его же организме яд.