Чтение онлайн

Татьяна осторожно двинулась вдоль детской площадки, старательно обходя бесчисленные ошметки человеческих тел, вперемешку с измазанным в кровавом фарше мусором, в избытке, накопившемся здесь за время хаоса. Оружие она нашла не сразу. Первый трофей, (если уместно его так называть), валялся возле небольшой карусельки, цвет которой, до развернувшегося здесь побоища был светло-зелёный. Теперь же оригинальный окрас едва просматривался лишь в нескольких местах. Приклад помпового ружья, не то ТОЗ, не то Сайга, частично был погружен в уже отдававшую коричневезной лужу, ствол почти весь густо измазан кровавой кашей. Несмотря на острую нужду, Таня его брать побрезговала. Полдня придётся с ним возиться, сначала отмывать от крови, потом разбирать и чистить, и пока домой будет нести, уделяется вся, как мясник на скотобойне. Да и овчинка выделки не стоит, дробовик ведь, не то оружие для одиночки. Был бы он поменьше в размерах, и весом полегче, такой бы взяла. Его можно носить с собой про запас, как дополнительный ствол. Мало ли кто на пути встретится, птицы, крысы, против мелких тварей дробь или картечь в самый раз. А вот что покрупнее, тут и калибр соответствующий нужен, дробью такую тварь только разозлишь. Ей бы новый автомат, да под патрон 7,62. И калибр убойный, и дальность выше. На худой конец сойдет и 5,45, но именно новый, это важно. У армейцев должны быть новые стволы, там всё со склада, в масле.

Внимательный взгляд девушки, вдруг выделил из окружающего кровавого абстракционизма, странную, немного невписывающуюся в общую картину деталь, выталкивая её из целого облака мыслей, в которое Таня уже погрузилась с головой, напрочь забыв о бдительности. За что она тут же покрыла себя любимую трехэтажным матом, тем самым, почему-то сильно рассмешив Флорийку.

От края игровой зоны, пересекая её центр, тянулся ровный, чуть больше полуметра в ширину шлейф. Она проследила взглядом его направление. К концу зоны отдыха, (кольцо парапета, огибающее детский городок), вдоль которого по своему обыкновению стояли кованые лавочки, где бдительные родители следили за тем, как развлекается их чадо, шлейф упирался в невысокий бетонный бруствер, и перевалив через него, всё также ровной, кроваво-грязной полосой, огибал жилой дом, уходя за угол здания.

– Ну конечно ты на тех-этаже.
– усмехнулась Татьяна.
– Где же ещё тебе быть?

Тут всё случилось именно так, как она думала. Кто-то из солдат, по приказу командира обыскивал тех-этаж, и в одном из темных помещений напоролся на монстра. В любом другом случае крикун бы ни за что не высунулся днём на улицу. Боец естественно не успел сделать ни единого выстрела. Одиночных, точно слышно не было, он даже пикнуть не успел. Мутанты просыпаются от любого постороннего шума, потому крикун был осведомлен о том, что в его логове появился кто-то лишний. Прикончив солдата, тварь не позволила себя искать и решила напасть первой. Чем застала патруль, не ожидающий такой встречи, врасплох. На улице завязался не организованный бой, в который по ходу пьесы ввязались и бойцы ведущие поиски в других домах. Они как раз выскочили в последний момент из дальних зданий, и тут же получили касательный ультразвуковой удар. Поэтому их и не разметало на части, но умерли они сразу, от разрывов мягких тканей. Расстояние небезопасное. Дальше все прошло по давно отрепетированному сценарию, крикун, как и всегда, взял приглянувшуюся из дальних жертву, и чтобы не жрать её под открытым небом утащил к себе, даже не пытаясь замести за собой следы. Очень, надо сказать в его духе. И действительно, на противоположной стороне двора, откуда шёл след, подтверждая её умозаключения, были, хорошо видны как минимум два трупа.

Она быстрым шагом обогнула детский городок, направляясь к "целым" погибшим солдатам, разумно полагая, что у них сможет раздобыть себе достойное оружие, не измазанное фаршем из человеческого мозга, или ещё чем-то подобном.

На полностью черный, красивый воронёный автомат, Таня наткнулась едва прошла по выбранному направлению двадцать метров. Просиявшая от неподдельного счастья девушка, констатировала, что находка является совершенно новым АК-15 с подствольным гранатометом ГП-34, и что больше всего порадовало, вызвав у нее вздох восхищения, с телескопическим прикладом, значительно снижающим отдачу при стрельбе, что с калибром 7,62 просто подарок судьбы. Хозяин АК, по-видимому, и был той самой выбранной жертвой, хорошо, что автомат так удачно соскользнул с его плеча, или армеец сам скинул его в агонии. Когда человек получает касательный ультразвуковой удар, сильнейшая контузия в совокупности с разрывами мягких тканей, открывает внутреннее кровотечение, в связи с чем в организме поднимается высокая температура и человек впадает в предсмертную агонию, после чего мучительно умирает. Продолжительность этих мучений может достигать пятнадцати, а то и до двадцати минут, в зависимости от степени повреждений, как и всегда.

Она дрожащими руками подняла и осмотрела оружие. Автомат, пахнущий оружейной смазкой, был великолепен. С модифицированным ударно-спусковым механизмом, позволяющим вести огонь с отсечкой очереди по три выстрела, режимом одиночного огня и стрельбы очередью. Три режима, если не считать предохранителя, который (как шутил её отец), как и тормоз, и даже запасное кольцо на парашюте, придумали трусы. Таня эту шутку не воспринимала. Ещё на автомате имелся коллиматорный прицел, что в совокупности со всем, навешанным на него тюнингом, придавало и без того серьезному оружию, солидный статус штурмовой винтовки. В общем-то, именно штурмовой винтовкой эта модификация АК и являлась. С этой целью она и была разработана и принята на вооружение в 2011 году. И конечно дополнительные планки пикатинни с боков по цевью, куда при необходимости можно прицепить тактический фонарь, и снизу, где собственно и был закреплен ГП-34, который на данный момент был подготовлен для перезарядки. Граната, которой солдат не успел воспользоваться, валялась тут же, в двух шагах. Она подняла осколочный снаряд и не очень умело зарядила его в подствольник. С них Тане стрелять не доводилось, но в теории как это делается она знала, а практику, можно быть уверенной долго ждать не придется, её ещё будет валом. Затем девушка выщелкнула спаренный заводскими стяжками двойной магазин, и коротким взглядом убедившись в подтверждении своей догадки, что боезапас почти израсходован, загнала рожок на место. После чего не преминула звонко дёрнуть непривычно легко поддавшийся затвор, заранее приготовившись ловить патрон, который согласно здравому смыслу, должен был незамедлительно выскочить из казённика, и выскочил, а Таня ловко его поймала, другая пуля из магазина, благополучно дослалась в патронник, затвор лязгнув, вернулся в исходное положение...

Она ещё раз осмотрела вожделенный оружие, о котором не смела мечтать, даже в самых смелых фантазиях. Посмотрела, повздыхала, и повесила себе на плечо, предварительно перевесив свой старенький АКМ, который был заметно тяжелее своего молодого потомка, и всем существом остро почувствовала, стремительно возросшую огневую мощь. Это приятное ощущение придало девушке уверенности в себе. Она соберёт здесь все что будет в силах унести, и ситуация с дефицитом боезапаса больше не будет, тяготеть её, своей безвыходностью. Наконец-то у неё появится возможность ставить перед собой, более интересные амбициозные задачи. Не исключено что придется сделать здесь небольшой схрон и оставить в нем старичка АКМ-ма, совсем ненадолго. К этому автомату у нее особое отношение, он слишком много раз спасал ей жизнь, и появился тогда, когда девушка уже не надеялась выжить. Бросить свой старый затертый автомат Калашникова, с которым она прожила бок о бок целый год, фактически никогда с ним не расставалась. Ставший, за долгое время ужасного одиночества и постоянных скитаниях в вечном страхе, таким близким другом. Чем-то очень родным, можно даже сказать одушевлённым, Таня бы не посмела ни за что на свете. Его можно спрятать где-нибудь неподалеку отсюда и забрать при первом же удобном случае. Если ноша будет слишком велика она так и сделает.

А потом нужно будет подумать, где выгоднее всего расположить другие схроны. В которых будут припрятаны; оружие, патроны, медикаменты для первой медицинской помощи, и немного еды. Мало ли что, на убежище может кто-нибудь напасть и его придется спешно покидать, возможности захватить собой все пожитки может и не представится, и есть риск, останется на улице с пустыми руками, а это равносильно смерти.

Она возилась с подгонкой ремня под себя, тот был вытянут почти до максимума, и штурмовик болтался ниже её бёдер. Должно быть, его бывший хозяин был очень высоким человеком. Подумала девушка, как вдруг ей показалось, что она услышала какой-то странный звук, этот звук никак не мог происходить ни от трения друг об друга брезентовых лямок и ремней, которыми она была увешана, ни от её топтания по асфальтовой дорожке, усеянной битыми стеклами, она вообще не могла воспроизвести его своей вознёй. Татьяна поняла это сразу, потому замерзла, словно влитая в землю статуя, напряжённо вслушиваясь в окружающую тишину. Очень похоже на человеческий голос. Воображение тут же нарисовало ей крадущихся со всех сторон военных, с тяжелыми пулемётами и мухами, окружающих двор, беря его в плотное кольцо. Холодные тиски близкого ужаса сжали её горло.

– Нужно прятаться, сейчас же!
– взорвался инстинкт самосохранения! Таня недюжинным усилием воли заставила себя остаться на месте, только присела на корточки, поднимая винтовку. Матовый телескопический приклад удобно уперся в плече, штурмовик своим сбалансированным весом, на пару с устрашающим внешним видом, внушал своей новой обладательнице, полную уверенность в своей надежности и разрушительных возможностях.

Не могли вояки добраться сюда пешком так быстро. Прошло не больше десяти минут с момента атаки мутанта, что они бегом неслись? Почему не на технике? В тишине городских улиц, шум автомобильных двигателей слышно отчетливо, она никак не могла пропустить этот звук, даже с учетом частичной глухоты, вызванной ультразвуковым ударом. Уши хоть и травмированы, но не на столько. А чтобы подобраться скрытно, у армейцев ушло бы не меньше четверти часа.

Вскоре всё прояснилось. Спустя ещё несколько секунд звук повторился, и у девушки отлегло от сердца. Едва слышимый, хриплый стон, несомненно, принадлежавший человеку, доносился откуда-то со стороны дальних зданий. Торопливо разобравшись с ремнями, Таня зашагала на звуки, и добравшись до противоположной стороны двора, двинулась вдоль стоявших в плотный ряд, четырех хрущёвок, время от времени, коротко останавливаясь и прислушиваясь, до того момента, пока стон не повторялся, оценивая таким образом, насколько она приблизилась к его источнику. Здесь же, на пешеходной дорожке, по которой двигалась девушка, совсем не далеко друг от друга, лежали двое погибших, их Таня и заметила раннее. Армейцы совершенно точно были мертвы, о чем свидетельствовали, скрюченные в предсмертных судорогах, в страшные неестественные позы, неподвижные тела, и лопнувшие, вытекшие, на их перекошенные мучительной маской лица, глазные яблоки, в купе с застывшей на губах пеной. Обезоружить их Татьяне стоило многого. Она, превозмогая отвращение, стянула с первого бойца автомат, АКС, (он же "укорот"), и быстрыми движениями обыскала карманы, с подсумками на разгрузке. У армейца, помимо укорота, обнаружились две ручные гранаты F-1, шесть автоматных магазинов, и фальшфейер. У второго тоже был укороченный АКС, но уже в обвесе, с тактической ручкой и лазерным прицелом, владелец был любителем тюнинга, видно, что автомат ухоженный. У обоих патрон 5,45. Калибр чуть поменьше, но вовсе не бесполезный, даже точность у оружия под этот патрон выше, правда укороченный ствол разброс увеличивает, и в пробиваемости немного уступает. Но в целом штука хорошая, чего не взять? В подсумках, к автомату нашлись четыре рожка, и одна дымовая шашка малого радиуса.

– Тоже возьму.
– решила Таня.
– Плюшкину всё пригодится.

Наскоро побросав всё в рюкзак, она вновь двинулась на человеческие стоны, и уже через минуту поднималась по подъездной лестнице, где кроме стонов были слышны ещё какие-то шевеления. Кто являлся источником этих звуков, догадаться было не сложно. Парень, совсем молодой, в новеньком, красивом камуфляже "пустынный песок", нашёлся на площадке, между вторым и третьим этажами. В роковой момент, боец находился в здании, стены которого, частично снизили воздействие ультразвука, но, увы не настолько, чтобы после удара, солдат не был обречён. Выглядел парень плохо. Глаза наполовину вышли из орбит, и походили на вставленные в глазницы шары для гольфа. Паутины лопнувших капилляров почти полностью застилали сетчатку, из-за чего едва угадывались роговицы, с неестественно узкими зрачками. Солдат мотал головой, и часто хватал ртом воздух, словно вокруг был вакуум. Иногда, с его прерывистым дыханием, вырывался хриплый стон. Он лежал спиной, на неудобной лестнице и глядя на него становилось совершено ясно, парень умирает. Умирает страшно, агонизирующей, мучительной смертью, какой и врагу умереть не пожелаешь.

Присев рядом с ним на корточки, и стянув перчатку, Таня прикоснулась к его лбу. Тот, как и предполагалось пылал, точно калорифер в её убежище. Чудовищная, медленно убивающая агония. Она неминуемо его прикончит. Не поможет даже своевременное хирургическое вмешательство, тут всё бессильно. Этот парень сегодня умрёт, может через час, может и через два.

– Жалко? – спросила Флориана, не то с издевкой, не то с укоризной.

– Жалко. – призналась Таня.

– В твоих силах прекратить это прямо сейчас. – хрипло процедила Флора.