Хроники Игрока. Однокрылый
Шрифт:
Не слушая непися, я откинул полог и не смотря на недовольное ворчание остальных учителей, некоторые из которых даже схватились за оружие, вошел в указанную комнатку огороженную от остального помещения гильдии тонкими простынями.
«Мда… А это вообще лечится?»
Здесь, похоже, уже действительно уже воскрешать нужно…
Передо мной на невысокой кровати, состоящей из деревянной рамы, заполненной соломой и накрытой порядком пропитавшимися кровью тряпками и шкурами, лежало изломанное и исковерканное тело когда-то молодой стройной женщины с длинными, светло-русыми как у большинства дареек, волосами.
Кровавые бинты, обмотанные вокруг культей оставшихся на месте правой ноги и обеих рук, давно уже набухли и практически не сдерживали сочащуюся из обрубков конечностей кровь. Что было странно, учитывая, что наложены они, были, на мой взгляд, вполне профессионально и к тому же, судя по внешнему виду, изготовлены совсем не из порванной на ленты рубахи, а из очень дорогой ткани. Бинты в игре делились на несколько типов, что было принятого множестве других ММОРПГ — чем дороже материал, тем сильнее и забористее на него наложен магический исцеляющий эффект.
А вообще — жуткое дело. Умирающая НПС была в таком ужасном состоянии, как будто по женщине несколько раз проехался танк, а затем ее сбил скоростной локомотив. Настолько страшными были увечья, что в моем старом мире она уже давно была бы мертва. Но здесь был Ортен, а не Земля и несчастная учительница паладинов продолжала цепляться за жизнь…
Смятая, почти сплюснутая грудная клетка медленно поднималась и опускалась, выплевывая с каждым выдохом клоки кровавой пены. Веки судорожно моргали, прикрывая странного вида глазные яблоки, радужка которых как будто перемешалась с белком. Словно пробитый желток в залежалом яйце. Измочаленная левая нога была неестественно вывернута в нескольких местах, а лицо с вдавленным вглубь черепа носом превратилось в один сплошной синяк.
«Госпожа Леонарда Окренская. Учитель паладин. Уровень: 52»
Расшитая золотом именная лента, подрагивала на несуществующем ветру. Розовая полоска ткани, пропущенная по ее верхнему краю, говорила о том, что справиться с этой дамочкой мне вообще-то по силам, но лучше бы не связываться — себе дороже выйдет.
Кстати, вот интересно. Почему у Рейнхолда, при всей его крутизне и положении в имперских органах и шестьдесят четвертом уровне, полоска зеленая? Получается паладинша ниже его уровнем, но опаснее сама по себе? Вроде обычная непись, не элитарный или рарный моб. Как такое вообще может быть? Или здесь сказывался тот факт, что Леонарда была учителем, а значит «социально значимым» НПС?
Красный огрызок шкалы здоровья застыл примерно на трех процентах. Он то и дело прирастал незначительным количеством очков здоровья, видимо от естественной регенерации присущей всем неписям и монстрам, а затем вновь откатывался до исходного значения. Вообще это тоже было очень странно. Не похожее на то, чтобы она до сих пор находилась в состоянии «боя».
И вот тут ребром вставал вопрос: «Почему система самостоятельно не вылечила госпожу Леонарду?» Ведь, например плотник, один из прибывших с обозом мастеровых, приступивших вчера вечером к возведению лагеря и по дурости рубанувший себя топором по ноге — уже через пять-десять минут абсолютно здоровый обрабатывал своим трудовым инструментом очередное бревно.
Неужели это НПС связанный с каким-то заданием? Помнится, когда я вышагивал с отрядом гоблинов семьи Жамг-Жамг по Варейскому лесу, спасать укушенную каким-то монстром Касуми, я долго гадал — не является ли поджидающая меня в пещере гоблинов японская эльфа вот таким вот квестовым НПС. Который в соответствии с сюжетом задания должен был быть либо излечен игроком, либо трагически погибнуть на его руках.
Вот только смущало меня то, что это Леонарда — учитель. Сценаристам, конечно, всякая ересь могла прийти в голову, но обычно в ММОРПГ подобные важные для развития игроков персонажи не могли быть участниками подобных душещипательных историй. Ведь многопользовательские онлайновые игры — не однопользовательская компания, в которой весь глобальный сюжет сдвигается с мертвой точки исключительно в зависимости от действий игрока.
Я еще раз внимательно осмотрел именную ленту женщины. Полоска здоровья Леонарды нездорово пульсировала, указывая на то, что ее обладательница находится под воздействием какого-то отрицательного эффекта. Однако среди небольших пиктограмм, расположившихся на именной ленте, я разглядел только стандартные паладинские усиления…
— …Такое вот дело! — закончил свою так и не высказанную фразу учитель священников, проскользнувший следом за мной в комнату умирающей. — Вот…
— Что с ней? — задал я вполне резонный, на мой взгляд, вопрос, но святоша понял его по-своему.
— Она умирает сын мой… как то так. Да, — он снял с головы свою шапочку и почесал обнаружившуюся под ней тонзуру, выдававшую в нем последователя Омелы.
— Это и так понятно, — эти странные неписи похоже задались целью вывести меня из себя. — Я спрашиваю, что с ней случилось? Где, когда и почему вы не сообщили об инциденте коменданту лагеря?
Я специально не стал упоминать Тайную Стражу. Рейнхолд более не собирался выпускать из своих рук рычаги управления временным поселением, а потому назначил старшим своего подчиненного, уже известного мне Фаена. По его словам, каким-то непонятным мне и совершенно неведомым образом, это избавляло ДРУ от необходимости получать официальный «мандат» действующий на данной территории, на случай если кто-то из погорельцев захочет обезопасить свой временный быт при помощи охранно-строительных амулетов.
Оторвав взгляд от искалеченного тела женщины, я требовательно посмотрел на священника. Конечно можно было сразу попробовать прочитать заклинание «Боевого исцеления», но уж очень мне хотелось услышать его объяснения.
— А это… ну, — слегка побледнев, он отвел глаза в сторону.
— Что «ну»? — подтолкнуть я его мыслительный процесс.
— Да мы вроде как не знаем, — мужичок, весь подобрался, хотел было еще что-то сказать, передумал и все же добавил. — Мы нашли ее в подворотне. Рядом со зданием гильдии… вот, и значит, так вот…
— Это что получается? — меня аж передернуло. — Она у вас вторые сутки в таком состоянии здесь валяется? И вы все это время молчали?
— Совет представителей гильдии решил, что это дело гильдии и не касается… — он опять стушевался. — Я вообщем-то был против, но совет… как то вот так вот. Да…
— Короче Склифосовский. А ты вообще лечить ее магией пробовал? — я решил ускорить явно не быстрый процесс получения нужной мне информации, задавая прямо интересующие вопросы. — Или только перебинтовал, помазал йодом и решил, что сойдет?
— Нет. То есть да! То есть пробовал, но не помогает! Точнее нет никаким «ядом» я ее не мазал… а вот магией, — заволновался святоша неправильно поняв неизвестное ему слово «йод». — Ее тело отторгает божественную силу великой Омелы! Вот… как-то так, вот. Да… вот так.
В этот момент мне очень захотелось встать и придушить нерешительного священника.
— Слышь, паладин… Ты там нашего святого отца-то не обижай! Его «элафитавра» в детстве лягнула, — раздался из-за ширмы голос учителя мстителей.