Чтение онлайн

— Мистер Спенс — богатый человек. К тому же он болен и жить ему осталось недолго. Перед смертью он хочет постигнуть тайну книги.

— Покажите эти стихи, — попросила Изабелла.

Уилл достал из дипломата лист пергамента в прозрачном пластиковом файле и эффектным жестом протянул ей. Она быстро прочитала сонет и прошептала дрожащими от волнения губами:

— Боже, тут написано: «…знанье знаков этих Божьих к добру не приведет…».

«Умница, — подумал Уилл. — Моментально сообразила, что к чему».

— Что там? — спросил старик с нотками раздражения в голосе.

— Тут говорится о нашей семье, дедушка. Давай я тебе прочитаю.

И она продекламировала сонет четко, с выражением, будто перед этим долго репетировала.

Кантуэлл задумался.

— Тысяча пятьсот восемьдесят первый год, говоришь?

— Да, дедушка.

Старик с трудом поднялся, тяжело опираясь на подлокотники, и прошаркал в темный угол зала. Изабелла и Уилл последовали за ним, прислушиваясь к его бормотанию.

— Дед Шекспира, Ричард, родом из этой деревни. — Он осмотрел дальнюю стену. — Где же Эдгар?

— Какой Эдгар, дедушка? У нас их было несколько.

— Ну, тот, который несколько раз менял веру. В пятьсот восемьдесят первом поместьем, кажется, владел этот Эдгар. Вот он. Второй слева. Видишь? В нелепом одеянии с высоким воротником. Хм, этого Кантуэлла красавцем не назовешь.

Изабелла включила еще светильник, и Уилл смог наконец рассмотреть портрет угрюмого вельможи с рыжеватой козлиной бородкой, стоявшего в высокомерной позе. Одет он был в облегающую черную тунику с крупными золотыми пуговицами, коническую шляпу в голландском стиле с полями в форме чайного блюдца.

Лорд Кантуэлл кивнул.

— Да, он. Нас тут как-то навестил молодой человек из Национальной галереи. Так он сказал, что, очевидно, это работа Роберта Пика-старшего. [11]Кстати, Изабелла, после того как я отдам концы, напомни о картине своему отцу. Он сможет за нее кое-что выручить, если вздумает продать.

Неожиданно из противоположного конца зала донесся женский голос, похожий на сирену, какую на кораблях включают во время тумана.

— Добрый день. Я вернулась. Через час будет готов ленч.

Экономка, крепкая приземистая женщина, сняла с головы мокрую косынку.

— Луиза, у нас гость! — крикнула ей Изабелла.

— Вижу. Вы нашли чистые полотенца, которые я положила?

— Мы еще наверх не поднимались.

— Как же так? — проворчала Луиза. — Вы не позволили джентльмену умыться? После дальней дороги? И отправьте вашего дедушку в кухню принять таблетки.

— О чем она? — спросил старик.

— Луиза говорит, что тебе нужно принять таблетки.

Кантуэлл посмотрел на своего предка и пожал плечами.

— Ладно, Эдгар, я скоро вернусь. Лучше эту женщину не злить.

Наверху, в гостевом крыле было темно и прохладно. Длинный коридор, обшитые деревянными панелями стены, медные бордюры, потрепанная дорожка на полу, тусклые лампочки через каждые несколько метров, по обе стороны комнаты — все это напоминало средней руки отель. Окно в комнате Уилла выходило на заднюю часть усадьбы. Оттуда был виден мощенный кирпичом дворик, а за ним запущенный фруктовый сад. Справа за похожим на конюшню строением сквозь ливень смутно просматривалось странное сооружение в форме башни.

Уилл умылся и сел на кровать. Достал телефон с единственной риской качества связи. Впрочем, для звонка домой ее достаточно. Он задумался.

«Ну и что это будет за разговор? Только в очередной раз испортим друг другу настроение. Нет уж, лучше я поскорее завершу данное дело, приеду, а там посмотрим».

Он послал сообщение: «Прибыл благополучно. Скоро вернусь. Люблю, целую».

Кружевные занавеси, подушечки с оборками и засушенные цветы свидетельствовали о том, что в комнате некогда обитала пожилая леди. Уилл сбросил туфли, тяжело улегся на цветастое покрывало и моментально заснул.

Через час его разбудил голос Изабеллы, звонкий как серебряный колокольчик. Она звала его на ленч.

Уилл сам дивился своему аппетиту. Он быстро смел все, что ему положила Луиза, и попросил добавки. Вкуснейший ростбиф с жареной картошкой, фасолью, морковкой и замечательной подливкой. Запил все тремя бокалами отличного бургундского.

— Шекспир когда-нибудь посещал Кантуэлл-Холл? — обратилась Изабелла к дедушке. — Ты что-нибудь слышал?

Старик прожевал фасоль.

— Нет, об этом никогда ничего не рассказывали, но почему бы и нет. В молодости он мог часто посещать поместье. Нашу семью в округе уважали, к тому же мы в тот ужасный период продолжали оставаться католиками. А Шекспиры тоже были тайными католиками. Его также могла заинтересовать наша богатая библиотека. В общем, весьма вероятно.

— А как по-вашему, зачем Эдгару Кантуэллу надо было прятать в книге сонет, содержащий ключ к разгадке ее тайны? — спросил Уилл.

Кантуэлл проглотил фасоль, затем допил вино.

— Думаю, они считали книгу опасной. В те страшные времена за веру легко можно было попасть на эшафот. Уничтожать книгу они не стали, а решили поглубже спрятать ключ к разгадке. Но это лишь мои предположения.

Изабелла просияла.

— Я уже вижу, насколько интереснее становится моя выпускная работа.

— Так что? — произнес Уилл. — Договариваемся?

Изабелла кивнула. Пока Уилл спал, они с дедушкой обсудили данный вопрос.

— Да, мы с вашим предложением согласны. И давайте начнем наше маленькое приключение сразу после ленча.

14

Начали они с библиотеки, просторного помещения с истертым дощатым полом, покрытым некогда роскошным ковром. Через большое окно во внешней стене струился пасмурный, бледно-серый свет. Остальные стены были заставлены книжными стеллажами. Над камином висел потемневший от времени и сажи холст, изображающий традиционную английскую охоту.

Книг здесь было множество, в основном старинных. Лишь в одном месте Уилл увидел современные обложки. Он смотрел на все это изобилие отяжелевшим после еды взглядом. Лорд Кантуэлл отправился вздремнуть, и Уилл, несмотря на сильное желание поскорее покончить с делом и вернуться домой, был не прочь последовать его примеру.