Чтение онлайн

Чарльз Кейн осмотрел Гилберта сверху донизу настороженным взглядом. Хоть это и вызвало лёгкий дискомфорт, Брайан в своей манере оставался невозмутим.

– Надеюсь, вы найдёте то, что ищете, мистер Гилберт.

Вдруг голос Кейна потерял любезный оттенок.

На протяжении всего оставшегося времени Чарльз продолжал пилить техасца взглядом. От такого любой другой человек, почувствовав себя не в своей тарелке, начал бы задавать вопросы, но только не Брайан Нолан Гилберт. Он чётко знал, зачем пришёл, и этот момент настал.

Шпрехшталмейстер выдержал многозначительную паузу, набрал полную грудь воздуха и громогласно объявил имя следующего артиста:

– И, наконец, любимица публики – неподражаемая Таннели Саат!

Этот анонс спровоцировал невероятный взрыв аплодисментов. Зеркала, закреплённые на куполообразной крыше, опустились, свет погас… Зал затаил дыхание – наступило мгновение, которого ждали все.

Заиграла мягкая приятная музыка, и из темноты появилась мисс Саат. Изящно наклонив голову, она плавно оглядела публику, чем вызвала очередную волну рукоплесканий. Зеркала медленно закружись вокруг Таннели, и, когда одно из них приблизилось, она направила руку в его сторону. Коснувшись стеклянной поверхности, девушка провела по ней пальцами, явно демонстрируя, что поверхность твёрдая. Спустя мгновение рука Саат прошла сквозь зеркало, как через водную гладь, а потом и она сама скрылась внутри. На секунду иллюзионистка пропала с арены… но лишь для того, чтобы выйти из зеркала на противоположной её части, как через открытую дверь. Публика буквально визжала от восторга, а улыбка на лице Брайана Гилберта была лучезарной. Увиденного им с лихвой хватало, чтобы оправдать нагнанное «Танцующим дворцом» уныние, но, как оказалось, таланты артистки проявили себя лишь на десятую часть дарованного ей великолепия.

Таннели заглянула в самое большое зеркало в центре арены и, соприкоснувшись со своим отражением, буквально выдернула его наружу. С этой секунды публика наблюдала за двумя абсолютно идентичными красавицами, которые тем временем поклонились друг другу. Настоящая мисс Саат протянула руку своей копии, предлагая танец среди зеркал, на который та любезно согласилась. Начался вальс меж отражений. Обе девушки, отпуская друг друга, пропадали внутри зеркал и воссоединялись вновь. Но если заходила в зеркало лишь одна, то обратно выходили уже две, и всего через пару минут арена цирка была наполнена дюжиной Таннели Саат, танцующих в своём зеркальном дворце.

Брайан, аплодируя, встал с насиженного места, и его лицо выражало искреннее восхищение. Следом поднялись Грегори и Чарльз, который даже во время аплодисментов не спускал глаз с Гилберта. Его взгляд был наполнен непонятной злобой и презрением. Приветливый англичанин сильно изменился.

Между тем, в сторону Таннели Саат и её «партнёрш» полетело множество цветов, и одну красную розу ей удалось поймать. Она вдохнула сладкий аромат бутона и словно по волшебству у её копий в руках тоже появилось по розе. Казалось, что зрители вот-вот взорвутся от эмоций (именно такой реакции и ожидал Гилберт), однако главный трюк Таннели был ещё впереди. Постепенно её «сёстры» начали скрываться в зеркалах – исчезновение каждой сопровождалось всполохами света и переливающимися всеми цветами радуги стеклянными песчинками. Девушки покидали арену одна за другой, покуда их не осталась ровно половина. И вот шесть высоких кареглазых красавиц выстроились в ряд. Каждая из них поклонилась, а та, что стояла с правого края, щёлкнула пальцами. Пять других Таннели Саат обратились в сверкающую пыль, а из уже приподнятых по краям арены зеркал в сторону публики волнами посыпались красные розы. Не долетев до заветной цели, они превратились в брызги света.

Брайан уселся обратно в кресло и прошептал слова, которые давно мечтал произнести:

– Наконец я нашёл тебя.

Когда шоу закончилось, и гости стали понемногу расходиться, Гилберт поспешил к трейлеру Таннели. VIP-пропуск, полученный им ещё до начала мероприятия, предоставлял широкий спектр возможностей. Кейн со своим спутником одним из первых покинул зал, и, куда именно направилась парочка англичан, Брайан не имел ни малейшего представления. Наметив в голове чёткий план действий, он точно знал, что предложить мисс Саат и как грамотно обставить картину будущих свершений. По пути техасцу встречалось множество зрителей, делившихся друг с другом впечатлениями: непоседливые детишки просили родителей прийти ещё, а большая часть взрослых обсуждала выступление мастерицы зеркального искусства.

Ухмыльнувшись от реакции обывателей, Гилберт деловито завернул за угол и, будучи в нескольких десятках метров от пункта назначения, распознал Таннели в компании двух уже знакомых англичан.

«Кейн… Это будет как минимум занимательно… В таком случае вскроем карты, господа».

Завидев приближающегося Брайана, Чарльз растянул лицо в кривой улыбке:

– Брайан Гилберт, не ожидал встретить вас здесь!

Его слова звучали фальшиво, а мышцы лица с огромным трудом поддерживали натужную ухмылку. Грегори же своей физиономией выдавал явную неприязнь.

– После моей реакции на блистательное выступление мисс Саат можно было догадаться, что я захочу увидеть её вновь…

Голос техасца разрядил обстановку, нагнетённую двумя вычурными снобами. Брайан снял фетровый хомбург, поклонился иллюзионистке и поцеловал её руку.

– Я рад вас видеть, Госпожа Зеркал Таннели.

Саат слегка покраснела:

– Меня никто так ещё не называл. Я тоже рада видеть вас, Брайан…

Первый раз за всё время Таннели искренне улыбнулась Гилберту.

– Достопочтенный мистер Кейн пришёл ко мне с интересным предложением. У него своё шоу в Анкаре.

– Именно так, мисс Саат. Если мы решим финансовый вопрос с вами и вашим нынешним боссом, главная роль в моём шоу будет вам обеспечена. Редакторы всех современных журналов падут перед вами ниц, лишь бы вы согласились появиться на обложке.

Британский сноб был явно доволен собой. Его стремление заполучить Таннели объясняло столь резкую перемену настроения во время выступления артистки и его реакцию на Брайана.

– Я предоставлю вам колоссальные ресурсы! Вы будете известны на всю Европу!

Речь Кейна почти полностью состояла из шаблонных фраз, которые Гилберту ничего не стоило парировать. И он это сделал:

– Как единственный стоящий артист в целом шоу? – проговорил Брайан, едва заметно наклонив голову вправо и улыбнувшись.

От этих слов англичанин на секунду потерял дар речи. Грегори уже собирался что-то возразить, но мисс Саат задала свой вопрос быстрее:

– Что вы имеете в виду?

Её глаза выражали целую палитру эмоций: озадаченность, интерес и немного беспокойства.

Гилберт улыбнулся Госпоже Зеркал и спокойно принялся разъяснять ей, что к чему:

– Помните, когда я пришел к вам в первый раз, вы спросили, знаю ли я, сколько подобных предложений вам поступает каждый месяц? Я понимаю, что мне не довелось присутствовать здесь с самого начала разговора, но, исходя из услышанного, это такое же типичное предложение. Да, местами оно звучит неплохо и даже заманчиво. Я уверен, Чарльз предлагает вам прекрасные условия, но… это то же самое. Так же, как и в «Танцующем Дворце», вы будете единственным человеком, на котором держится весь интерес шоу – драгоценным камнем, угодившим в оловянную оправу. Быть номером один – это весьма заманчивая прерогатива, но готов поспорить, вы ищете не этого. Для каждого артиста его коллеги должны быть семьёй – равными ему. А в цирке уважаемого Мистера Кейна, так же, как и здесь, они будут лишь разогревом перед вашими выступлениями.

– Я не совсем понимаю, к чему вы клоните, Брайан, – голос Таннели был мягок как никогда.

– Я хочу сказать, мисс Саат, что вы не одна. Даром обладают и другие.

Глаза девушки тотчас наполнились невероятными красками, ответ Гилберта был ей по душе.

– В моём шоу уникумы, подобные вам, будут разрушать грани возможного, радовать зрителей и демонстрировать скрытый от них мир. Мир людей, для которых даже простое зеркало может стать инструментом настоящих чудес.

Чарльз Кейн надменно взглянул на Брайана и прервал его речь: