Чтение онлайн

– Похоже на хьяну, но крепче, - заметил миншиец, сделав большой глоток. Несколько капель попало ему на бородку; Уна ощутила глупое, немного злое желание - смахнуть их на глазах у Лиса... Жаль, что его тут нет.

Пожалуй, если встать, её будет пошатывать.

– Я ни разу не пробовала хьяну, - задумчиво призналась Уна. Иногда, разжившись лишним золотом, миншийскую роскошь покупал дядя Горо - но племянницу, естественно, и близко не подпускал.

– И не нужно, - проворковал лорд Ривэн, осторожно забирая у неё полупустую чашу.
– Нет в ней ничего особенного. Слухи преувеличивают.

Он что, считает её пьяницей после того обморока в замке Заэру?.. Эта мысль рассмешила Уну. Нет уж, скорее - не умеющей пить хмельное.

Она подтянула к себе ноги, обняв колени, и стала смотреть на парочку, кружившуюся в танце по другую сторону костра. Языки огня - вновь зеленоватого, сотворённого магией - то скрывали их, то опадали. Башмачки пухленькой девушки-боуги, казалось, не касались земли; у её кавалера пол-лица было чем-то перемазано (возможно, вареньем, сиропом или ореховой пастой - плоский стол-пень посреди поляны ломился от сладостей), но он, как истинный аристократ духа, не обращал внимания на этот изъян.

– Маури беседует с другом, - заметил лорд Ривэн, склонившись к ней. В тени сосен, около знакомой Уне сухопарой фигурки, виднелась тень рогов.
– С тем, который... Хм...

– С оленьими рогами, - Шун-Ди выручил растерявшегося лорда.
– Его зовут Агапи, они соседи. Маури нас представил.

– Вот как, - без выражения сказал лорд. Ему, видимо, было всё ещё сложно ничему не удивляться - по привычке, приобретённой в Дорелии за годы благополучной жизни. Уне стало жаль его.

– А вон тот, с животом как бочка, - это ведь Толстый Трамти?

Шун-Ди кивнул. Его смуглое лицо блестело от испарины после изнурительных переводов: кожа отражала извивы костра. Имя напомнило Уне о чём-то важном, и она вздохнула.

– Иней сейчас у него, верно? Когда я... мы сможем его увидеть?

– Когда боуги решат, как им поступить с нами, - смиренно ответил Шун-Ди.
– Когда определятся, не будем ли мы угрожать Лэфлиенну, если они нас отпустят.

Кривые брови лорда сошлись на переносице.

– С какой стати они решают это? Мы что, их слуги или пленники?

– Нет, мы - гости, которые явились под холм незваными, - миншиец грустно улыбнулся.
– Для них это подчас хуже, чем пленники или рабы.

Уна волновалась по иному поводу:

– Но они же не могут забрать Инея?

Шун-Ди помолчал, прислушиваясь к простеньким, но жизнеутверждающим звукам дудочки: боуги в куртке с яркими рубиновыми пуговицами играл и приплясывал вокруг стола-пня. Пытается уловить Лисовы напевы?.. Уну смутила собственная досада от этой мысли.

– Не знаю. Правда, не знаю. С их точки зрения, у тебя мало прав на него, - мягко, но прямо сказал он.
– А у народов запада - достаточно. Иней принадлежит этой земле.

– С чего бы, раз он вылупился в море?
– запальчиво икнув, воскликнул лорд Ривэн. Он тоже успел захмелеть - то ли от искристого питья, то ли от воспоминаний.
– В море у нашего материка!

– Иней вообще никому не принадлежит, - сказала Уна, тщетно стараясь привести в порядок голос. Ей не хотелось показаться развязной, а тем более - уязвимой для трюков боуги.
– Он свободен, как всякое разумное существо в Обетованном.

Здесь правят тёмные боги, - снова прошелестело у неё в голове.

Верно: не только в Обетованном. Есть другие миры с другими судьбами. Пройдёт, наверное, немало времени, прежде чем она сможет это осознать.

И она договорила то, что до этой ночи боялась признать вслух:

– Пусть выбирает сам. Если захочет остаться на западе, я не стану препятствовать. Но и боуги не должны мешать, если Иней захочет остаться со мной, - она уронила голову на чьё-то плечо (вроде бы Шун-Ди); от огненного тепла, напитка и длинных, вразнобой, песен горластых жителей Паакьярне её начала морить дрёма.
– Единственный выход - поговорить с ним... Шун-Ди, передай мне, пожалуйста, сливу.

Шун-Ди опешил, но сливу передал.

– Ты разговариваешь с Инеем? Давно?

– Нет, с корабля, - Уна, не глядя на него, надкусила тонкую кожицу. Почему мысли путаются, именно когда нужно столько всего обдумать?
– А потом мы пойдём к драконам... Так, Шун-Ди? Маури сказал - они должны знать, где мой отец. Помнишь? На седьмом вопросе, если я не путаю...

– Правильно, - чтобы ей было удобнее, Шун-Ди ссутулился и терпеливо смахнул с ворота сливовый сок.
– На седьмом. Но от Паакьярне не так просто добраться до жилищ Эсалтарре, и к тому же они разбросаны по всему материку. Нам понадобится проводник.

– Замечательно! Хоть какое-то разумное дело!
– лорд Ривэн с громким хлопком потёр руки; поющие боуги-подростки, посчитав, что он выражает восторг, безудержно захихикали.
– Вот и займёмся этим завтра. Выясним, кто здесь знает, где ближайшее поселение драконов, - и в путь.

– Едва ли нам подойдут любые драконы. Я слышал...
– Шун-Ди осёкся, дёрнул плечом, и Уна недовольно зашипела.
– Вон та почтенная госпожа, по-моему, идёт к нам.

"Почтенная госпожа" оказалась маленькой морщинистой старушкой - древней даже по меркам долгожителей-боуги. Половина её волос вылезла, но всё ещё оставалась рыжей, точно горнило кузницы. К подолу зелёного платья - длинного, не в пример боуги помоложе - прилипла трава, сухая хвоя и несколько шишек. Ожерелье из орехов клацало на старушке при каждом шаге, а острые уши степенно подрагивали.

Уна улыбнулась со всей приветливостью, на которую пока была способна, но улыбки в ответ не последовало. Старуха остановилась, ткнула себя кулачком в грудь и проскрипела:

– Шэги.

Родственница Бессонника. Нужно быть начеку - вот и всё, что Уна смогла заключить.

Глаза старушки - травянисто-зелёные, с россыпью золотых крапинок - были на одном уровне с её, хотя та стояла. Лорд Ривэн подвинулся, чтобы дать ей место, но та молча и внимательно смотрела на Уну. За её спиной начался новый танец - с забавными кувырками и приседаниями; кто-то принёс блюдо с яблочными пирожками; Тим мешал взрослым, шныряя по поляне вместе с ежом-оборотнем. Половину Уны всё настойчивее скребло дурное предчувствие (навязчиво казалось, что веселье затеяно боуги, исключительно чтобы скрыть их истинные намерения), в то время как другой половине было уже просто безмятежно и хорошо.

Лорд Ривэн любезно кивнул Шэги и пробормотал:

– Не знал, что они вообще стареют... Представь-ка меня, Шун-Ди, а то неудобно.

Шун-Ди назвал сначала имя Уны, затем дорелийца и под конец - своё. Нервно оглянулся (наверное, в поисках Лиса) и, неосознанно сжав в кармане чётки, приготовился к новой пытке переводами.

Старуха так и не села, но её хмурое лицо стало чуть добрее. Пробурчав что-то невнятное, она взмахнула широким рукавом, и на подставленную сухую ладонь упала серебряная монетка. А потом - приземлилась у ног Уны.