Чтение онлайн

— Я получила то, что хотела, — тихо сказала я.

— Вот говорила же, что облапошить тебя раз плюнуть! Ты просто… наивная до предела, подруга! У тебя законное право на половину ее имущества, с пятью нулями, между прочим, а ты взяла какое-то убогое кольцо!

Я вздохнула. Предполагалось, что мое наследство пойдет на приобретение собственного жилья. Но… настоять на соблюдении условий бабушкиного завещания не получилось.

Моя двоюродная сестричка собралась замуж. Невооруженным глазом было видно, что интерес жениха основан только на квадратных метрах, причитающихся невесте. Раздел этих самых метров существенно снижал ее ценность в глазах молодого человека. Я не смогла удержаться и очень осторожно высказала эту мысль. И кто меня за язык тянул? Кузина убежала в слезах, вопя, что я завидую ее счастью. Жених сидел с каменной мордой, а тетка принялась бубнить, как трудно найти сейчас непьющего мужика в их Богом забытом поселке. Все это было так противно! Я плюнула, сдалась и подписала бумаги. В конце концов, жить с этим жлобом им, а не мне.

Вечером, перед самым отъездом, тетка протянула мне старое бабушкино кольцо.

— Я знаю, оно совсем простенькое, но у тебя будет что-то на память…

В лесу, вероятно, сдохло что-то очень большое, просто огромное. Впервые в жизни она сделала мне подарок, неужели совесть воскресла? Или все это потому, что колечко такое убогое? Но размышлять об этом мне было некогда, я спешила на поезд.

Всю дорогу я вертела в руках узкий темный ободок с тусклым камнем, неопределенного цвета. Может для других эта вещь не представляла никакой ценности, но для меня это колечко было самым лучшим воспоминанием о детстве. Напоминанием о тех счастливых днях, когда бабушка была здорова, вокруг нашего дома цвели яблони, а перед сном мне рассказывали волшебные сказки.

Светка, встречавшая меня на вокзале и разорившаяся на такси для «богатой наследницы», узнав, что наследство — несколько грамм почерневшего от времени серебра, принялась ругать меня еще в машине (шепотом). Полную громкость она включила, как только за нами захлопнулась входная дверь. Рассеяно слушая ее вопли о несправедливости вообще и моей глупости в частности, я сидела на старом продавленном диване и молчала.

Подруга была не самым легким в общении человеком, временами невыносимым, но годы совместной жизни научили меня философски относиться к ее недостаткам.

— Я всегда знала, что ты не дружишь с мозгами, но после этого фортеля тараканы в твоей голове должны аплодировать стоя! — орала она. — Как ты могла? Они же всю жизнь над тобой издевались, бабку твою со свету сжили. А ты взяла и все им подарила! Я бы твою корову-сестричку, чтоб ей провалиться, удавила еще при рождении! В благородство решила поиграть, идиотка малахольная!? Как же колечко ей подарили, она и растаяла!

Света продолжала кричать еще минут пять, но потом выдохлась и плюхнулась рядом.

— Принеси мне чаю, — буркнула она. — И запомни, всю следующую неделю, нет месяц, ты будешь мыть посуду — в наказание.

Сунув ее руки любимую чашку, я сказала:

— Жили мы раньше без этого наследства и дальше проживем. И я никогда не смогла бы жить в том доме….

— Да тебя никто и не заставлял там жить, продали бы и дело с концом, — криво улыбнулась Света. — Нет, ты все-таки ненормальная, да я бы зубами вцепилась!

Когда я закончила все дела на кухне, Светка уже спала.

Я немного постояла рядом, поправила одеяло и пошла на свой диван. Вообще-то, этот вечер я предполагала провести совсем по-другому. Ну, там чайку попить, бабушку помянуть, поговорить….

Родителей своих я совсем не помнила. В моих первых воспоминаниях всегда присутствовала бабуля и вечно недовольная тетка. Пока бабушка была здорова и имела право голоса, я жила в большом деревянном доме на окраине поселка. А потом бабушка тяжело заболела, и тетка тут же сдала меня в интернат, раззвонив по поселку, как ей трудно ухаживать за больной матерью, дочерью и маленькой племянницей. Конечно, мою тетку многие осуждали, а меня жалели, устраивая акции общественного порицания в местном магазине, но это продолжалось недолго, дня три. Потом тракторист из соседнего колхоза напился, утопил трактор, и история бедной несчастной сиротки уже никого не интересовала. Я пожала плечами, эти воспоминания были не самыми печальными в моей жизни.

Привычно устраиваясь между выпирающими пружинами дивана, я на минуту пожалела о том, что отказалась от наследства. Мне до чертиков надоели съемные квартиры, хозяйская мебель и вечное недовольство подруги. У меня был реальный шанс все поменять, а вместо этого жизнь, на пару с моей глупостью, показали мне фигуру из трех пальцев.

Светка будет пилить меня долго и нудно и это вдобавок ко всем остальным ее закидонам! Нельзя сказать, что это меня радовало, но лучше так, чем удушающее одиночество.

Я вздохнула, а ведь с другой стороны…, если бы не Светка, мы до сих пор прозябали бы в той забытой богом дыре. Я улыбнулась, вспоминая наш отъезд больше похожий на бегство, сразу после выпускных экзаменов. Идея принадлежала Светке, она хотела замуж, быстро и сразу за красивого-богатого-щедрого-молодого, справедливо полагая, что с ее внешностью это раз плюнуть.

И тут нет ничего удивительного, подруга — просто картинка, изящная, высокая, натуральная блондинка с ногами от ушей и яркими голубыми глазами. Мечта, а не девушка! То, что она при случае ругается как извозчик и визжит так, что летучие мыши дохнут от зависти, знаю только я. А еще, она с пеленок производит неизгладимое впечатление на мальчишек.

Одно плохо, кандидаты в женихи исчезают так же быстро, как и появляются! Светка впадает в депрессию, рекой льет слезы и громкие обещает отравиться-застрелиться-повеситься, но потом появляется следующая «цель» и все начинается сначала.

В нашем родном поселке Светка была штатным скандалом лет с пятнадцати, и едва окончив школу, мы уехали. В столицу. Всю дорогу (трое суток) Светка говорила только о том, какой успех ее ждет. Я ничего такого для себя не ожидала, заранее приготовившись к ударам судьбы, но мне повезло… первый и последний раз в жизни. Неожиданно для себя я поступила туда куда хотела. На бюджет, в столице…, до сих пор изумляюсь! Ну, про студенческие годы вспоминать не хочется. Не было там у меня ничего хорошего.

И вот, собственно, результат — съемная однокомнатная квартира, работа в архиве и подружка, которую временами придушить хочется. Одно успокаивает, мужиков тут много, хорошие шансы, что Света встретит свое счастье раньше, чем от нее начнут шарахаться или подадут в суд за сексуальные домогательства.

— Все будет хорошо, — привычно пообещала я себе, скрючиваясь между пружинами. — Спокойной ночи, бабуля.

Луна, наконец-то, выглянула из-за облаков и тусклый ободок на моем пальце заблестел. Камень в простой оправе уже не выглядел осколком булыжника. В его глубине мерцала крохотная голубая искра, вполне достаточно, чтобы мечтать о прекрасном принце….

***

Как я и ожидала, Светка утром все еще дулась, преувеличенно громко возмущаясь древней сантехникой. Я молчала, если ее в ближайшее время не накроет очередной приступ «свадебной лихорадки» моя и так невеселая жизнь превратится в кошмар.

Кто-то наверху меня пожалел и ее «накрыло» уже к обеду.

— У меня вечером свидание, — радостно щебетала подруга. — Я знаю это ОН! Мы идем в «Радугу», представляешь?

— Замечательно, — облегченно выдохнула я. — Значит, к ужину тебя не ждать?