Чтение онлайн

– Нет, это столица! – выпалил Андрей.

Я скосил на него взгляд. Фото на экране сменилось. Центральная площадь столицы. Затем еще одно фото. Центральный аэропорт. Остатки самолетов и руины терминалов.

Я снова посмотрел на Данилова и спросил:

– Этому есть объяснение?

– Нет, – он покачал головой. – Если мы не остановим огонь, то на фотографиях запечатлено будущее.

– Я в будущее не ходил, – пробормотал я. – Реагент же как-то влияет на время?

– Да, он может влиять на время, но только замедлять его или ускорять, – ответил Данилов. – Нам не удалось переместиться во времени.

– Кому-то удалось, – ответил я.

На фотографиях было еще много чего. Мы все разглядывали их, и даже Марина присоединилась к нам. Понять, какое место изображено на фото, было затруднительно. Кругом было однообразие пепла и разрушенных строений, но иногда в кадр попадали знакомые ориентиры, и кто-то из присутствовавших узнавал место на снимке. Узнать удалось не все. Мы сидели до позднего вечера, и разошлись только тогда, когда все снимки были рассмотрены.

– Ты еще не ел? – ко мне подошла Марина.

– Я совсем забыл о еде, – признался я. – Как твои успехи?

– Загрузила все в оборудование, – ответила девушка, садясь рядом со мной. – Завтра будут точные результаты по химическим процессам во время горения.

– Я помог?

– Более чем, – призналась она. – Давай ты пойдешь на кухню и что-то поешь?

– Заботливая, – я поднялся со стула.

– Ты у нас теперь местный герой, – она улыбнулась.

– Почему местный? – удивился я. – Я хочу быть всенародным.

– Пусть так, – она встала со стула и добавила: – На кухню я схожу вместе с тобой. Я сегодня вообще, не ела еще.

Кухня была в одном из ангаров. Мы шли к нему молча, но на половине пути у меня возник вопрос:

– Почему так потеплело? Мы вроде не слишком сильно переехали на юг.

– Везде теплеет, – ответила девушка. – Метеорологи считают, что огонь греет верхние слои атмосферы и тепловой баланс меняется.

– Хм. В пепельном мире тепло.

– Ты его так называешь? – Марина с интересом посмотрела на меня.

– Нужно же придумать название. Там кроме пепла ничего нет.

– Там может быть еще много чего, – задумчиво ответила девушка и посмотрела на часы: – Скоро ракету запустят.

– Ядерную? Я бы посмотрел на взрыв, – заинтересовался я.

– Можно посмотреть, – Марина указала на диспетчерскую вышку. – Оттуда будет видно зарево.

– Давай скорей, – поторопил я ее. – Возьмем еду и поднимемся на вышку.

Мы так и сделали. Подносы мы взяли с собой, поднялись на вышку и сели просто на диспетчерские пульты. Благо они были отключены.

– Романтическое свидание, – пробормотал я, открывая бутылку с соком.

– Слишком романтическое, – девушка помешивала горячую кашу в тарелке.

Полевая кухня не слишком разнообразна.

– Мы однажды ужинали на крыше, – припомнил я.

– То был ресторан, и сейчас мы не на крыше, – напомнила Марина. – Там был большой балкон.

– И нужно было, чтобы именно в тот день за соседним столиком парень делал девушке предложение, – вспомнил я.

– Там часто делают предложения, – добавила Марина и поправила себя: – Делали. Но от тебя я тогда предложения не ждала.

– Не на пятом же свидании. Я конечно бываю импульсивен, но не на столько.

Она улыбнулась и спросила:

– Ты же поехал туда не из-за меня?

– Не знаю, – я задумался. – Кто-то должен был поехать.

– Это не ответ. Что тебя мотивировало?

– То, что вы столько времени имели дело с реагентом и все равно ни черта не знаете об огне. Приходится рисковать другим.

– Да, ты прав, – нахмурилась девушка. – Смельчаки всегда исправляют ошибки ученых. Иногда ценой своей жизни.

– Там безопасно, – сообщил я. – Дышать можно, зуда или жжения нет. Только пепел кругом лезет и его отвратный привкус остается во рту.

– Больше так не делай, – резко сказала Марина.

– Как? – я удивился.

– Не рискуй из-за меня.

– Я бы не зарекался…

В этот момент за горизонтом вспыхнула яркая вспышка, а спустя секунду в небо над горизонтом поднялся едва заметный огненный шарик. Следом за ним по горизонту прокатилась волна странного света, словно стена в какой-то момент стала гореть ярче, а затем снова потускнела.

– До нас не дойдет? – спросил я, имея ввиду взрывную волну.

– Нет, слишком далеко, но что-то действительно изменилось, – ответила Марина.

– Свечение? – уточнил я.

– Да, – девушка кивнула. – Ешь быстрее и пойдем смотреть результаты взрыва.

Я видел ядерные взрывы только на видео. Про сами ядерные взрывы я почти ничего не знаю, в отличие от ученых, которые окружают меня в этот вечер в палатке. Физики и химики прекрасно осведомлены о процессах, протекающих внутри атомного ядра в момент взрыва, вот только на их лицах я вижу черты смятения.

Во-первых, взрыв был слабее чем прогнозировалось. Мы должны были увидеть яркий огненный шар над горизонтом, а вместо этого был блеклый шарик, который продержался всего несколько секунд. Во-вторых, брешь в огненной стене оказалась в длину не больше диаметра шара, хотя ударная волна должна была сбить огонь на многие километры. В-третьих, всплески радиации, которые обычно сопровождают сие зрелище, и вовсе отсутствовали. Чего уж тут говорить, если, в-четвертых: огонь сомкнулся через двадцать секунд.

А теперь самое главное, в-пятых: по огненной стене, от взрыва, пробежала волна яркого света и в этот же момент огонь сделал рывок вперед. То есть огненное кольцо резко выросло, прибавив в диаметре несколько километров.

Ученые разводили руками. Данилов выдвинул предположение, что огонь вобрал в себя часть энергии ядерного взрыва, использовав ее для ускорения. Как это было возможно он не уточнил, но большинство согласно закивали. Но делали они это не от разумности доводов физика, а потому что своих идей у них не было. Ни у кого не было идей. Марина посидела немного со всеми, подперев рукой подбородок, и вышла. Военные отправились консультироваться с командованием. Кто-то из ученых принялся анализировать данные с датчиков.