Чтение онлайн

От основной улицы, серпантином петлявшей вдоль горы, отходили более узкие проулки. Даже несмотря на то, что солнце уже поднялось довольно высоко, в этих тесных улочках темнота ещё стойко противилась дневному свету. Призрачная дама свернула в один из таких проулков, и Эоне пришлось последовать за ней. Мёртвый город был тих, но отчего-то призрачная дама двигалась по улицам очень осторожно. Она внимательно присматривалась к тёмным закоулкам, словно ожидая увидеть в них что-то или кого-то. Её действия тревожили Эону. Если призрачная дама чего-то опасалась, то, вероятно, и ей, Эоне, следовало бы об этом беспокоиться. Девушка тоже стала внимательно вглядываться в тёмные углы, но не видела в них ничего, кроме вековой пыли и мелкого каменного мусора.

Призрачная незнакомка, петляя и прячась от светлых участков улиц, провела Эону через несколько проулков. С каждым новым поворотом становилось очевидным то, что город этот всё же не совсем мёртв. То тут, то там Эона видела следы пребывания живых существ. Около домов стали появляться неправильной формы деревянные контейнеры, странная мебель. Улицы наполнились запахами, а в прежде казавшихся пустыми домах стали слышаться тихие звуки и голоса. На домах появились надписи, сделанные на незнакомом Эоне языке.

Призрачная дама вывела свою спутницу на улицу, чуть более широкую, чем прочие, но всё же в этот час ещё достаточно сумрачную. Кроме ширины, эта улица отличалась от других ещё и тем, что она, очевидно, жила и бодрствовала. Двери нескольких домов здесь были широко распахнуты и из них слышались громкий, развязный смех, крики и пьяная ругань. Воздух этой улицы был пропитан запахами дешёвого алкоголя и табака.

–Здесь есть таверны? – в удивлении пробормотала Эона.

Она остановилась и с любопытством огляделась вокруг. Всё здесь так отличалось от привычного ей мира. Потрескавшаяся брусчатка, низкие дома, стены которых покрывала глиняная штукатурка, странные надписи и жуткие голоса, доносившиеся из распахнутых дверей таверн – всё это пугало Эону. Она уже хотела попросить призрачную даму вернуть её обратно в монастырь, но внезапно поняла, что загадочной незнакомки больше нет. Её провожатая исчезла, то ли специально оставив здесь свою гостью, то ли случайно не заметив её внезапного промедления.

–Где же вы? – тихо позвала Эона.

Ей не хотелось кричать. Голоса, доносившиеся из местных домов, не внушали ей никакого доверия.

Эона прошла немного вперёд. Оглядела все близлежащие закоулки, но призрачной дамы нигде не было.

–Так-так-так, –услышала она голос за своей спиной. – Смотрите-ка, какую пташку к нам занесло.

Эона нервно остановилась. Её сердце забилось сильнее, а желудок болезненно сжался. Но даже не грозный голос и не очевидный нежелательный контакт с местным жителем испугали её. Больше всего Эону привело в смятение то, что, хотя странный собеседник говорил с ней на незнакомом ей диалекте, она понимала его речь так, словно бы говорила на этом языке с детства. Это внезапное открытие одновременно и изумило, и напугало девушку. Она опасливо обернулась и увидела, как из дверей ближайшей таверны, пошатываясь и едва держась на ногах, вышло создание, подобного которому Эоне не приходилось видеть никогда в жизни.

Создание это было выше девушки почти на две головы, имело серую, покрытую нарывами и ссадинами кожу, а также четыре угловатые когтистые конечности. Голова у него была вытянута и чем-то напоминала собачью. Существо носило широкие черные штаны из грубой материи и свободную рубаху, расстёгнутую на груди до самого пупка. Вслед за ним из дверей таверны вышли ещё трое подобных ему существ.

–Я сплю, – не веря своим глазам, прошептала Эона.

Тем временем существа приближались. От них несло выпитым крепким алкоголем.

–Ты припозднилась, милочка, –гаркнул главарь. – Мы уже уходим. Но если так хочешь, можешь пойти с нами. Заскучать не дадим.

Главарь разразился хохотом, очевидно считая свою шутку удачной. Товарищи вторили ему омерзительным смехом гиен. Эона попятилась и, едва не споткнувшись о выступающий камень брусчатки, наткнулась спиной на стену. Девушка надеялась, что жуткие создания, насмеявшись вдоволь, пройдут мимо, но они и не думали уходить.

–Что-то я тебя не припомню, –сказал главарь, подходя ближе и, словно скала, нависая над Эоной. – Ты не местная?

Девушка молчала. Она не знала, что ответить, да и не была уверена, что сможет произнести хоть слово на этом странном гаркающем наречии. Не дожидаясь её ответа, главарь продолжил:

–Это мой район, цыпа. Слышишь? Все здесь платят мне налог… – он усмехнулся, бросил многозначительный взгляд на своих товарищей, а затем добавил: – за спокойствие. Не помню, чтобы ты платила. Давай золотишко или будет плохо.

–Но у меня ничего нет, –испуганно пробормотала Эона, удивляясь тому, как её мозг самостоятельно складывает звуки в незнакомые слова.

Главарь странных существ набрал воздуха в грудь. Его голос стал жёстче.

–Послушай, милочка…

–Эй, Бенни, мы не договорили! – новый голос раздался откуда-то из дверей таверны, недавно покинутой странными созданиями.

Услышав этот зов, главарь недовольно фыркнул, закатил глаза и, раздражённо мотнув своей собачей головой, обернулся.

Шум таверны перекрывал голоса. Было душно, но, несмотря на нехватку кислорода, никто не спешил уходить. Все столики были заняты. У барной стойки тесными группками толпились те, кому не хватило стульев. Впрочем, теснота и шум никого не смущали, так как были здесь делом привычным и ежедневным.

–Ты не мог выбрать место поспокойнее? – прокричала Ветта почти в самое ухо Эрранту.

–Здесь самый лучший эль, –полуэльф крикнул ей в ответ и, словно произнося тост, приподнял бокал.

Стоявший неподалеку бармен заметил это движение. Его пёсье лицо расплылось в довольной ухмылке.

–Что верно, то верно, –деловито похлопав себя по аккуратному пузику, подтвердил слова друга Яниш.

Яниш и Ветта являлись близкими и, пожалуй, самыми давними друзьями Эрранта. Яниш был одним из немногих, кто прошёл с полуэльфом через многие годы скитаний по землям Упхарана. Его отец был троллем-полукровкой, а мать гномихой. Тролльские гены во все времена были сильны и поэтому во внешности громоздкий, пухлотелый и длиннорукий Яниш больше походил на отца. От матери же он унаследовал ворчливый характер и вечную уверенность в собственной правоте. Что касается Ветты, его давней подруги сердца, то она являла собой самый очаровательный комочек, созданный из множества тревог, сомнений и детской непосредственности. Комочек этот имел форму циклопа, хотя правильнее будет сказать, молодой рыжеволосой циклопушки, лишь слегка уступавшей в размерах Янишу.

–И всё же, –заметила Ветта. – Ехать ради эля в квартал гоблинов, не самая лучшая затея.

При этом она с удовольствием залпом осушила свой бокал и знаком приказала бармену-гоблину наполнить его снова.

–Ты просто скучная, –возразил Яниш, с подозрением поглядывая на бармена, который подошёл ближе, чтобы вновь наполнить их бокалы. – Ты вечно всего боишься. Квартал гоблинов ничем не хуже прочих. Я лично с Бенни давно знаком. Он – классный парень, когда трезв. Расслабься и наслаждайся элем.

Забирая бокал у бармена, Ветта прищурила свой зелёный глаз и, наморщив нос, скорчила Янишу недовольную рожицу. Эррант заливисто засмеялся. Он любил эту парочку. Яниш и Ветта столь разнились по характеру, что, сходясь вместе, дополняли друг друга, образовывая клубок милых противоречий.

–А вообще, – сказала Ветта, отворачиваясь от Яниша и вновь обращая лицо к полуэльфу. – Эррант, ты меня напугал. Слава Великим Богам, что ты отделался только царапинами. Биться с Костоломом! Ты в своём уме? Я думала, мы тебя по частям собирать будем!