Чтение онлайн

– Вас нанял архижрец Вартак?

– Нет!

Последовал новый удар. Потом еще и еще. Но я молчал. Молчал вовсе не потому, что хотел защитить архижреца от навета, а потому, что не хотел становиться пешкой в непонятной игре неизвестных мне игроков. Молчал из врожденного упрямства, того самого, что и завело нас в эту ловушку, молчал, несмотря на нечеловеческую боль, причиняемую мне умелыми руками Ваалура.

Несколько раз я терял сознание, но моего мучителя это не останавливало, и в себя я приходил от очередного приступа боли.

Сколько так продолжалось, я не знаю, но в какой-то момент приор сдался и, видя, что пытка не приносит желаемого результата, отступил в сторону.

Несколько долгих блаженных минут меня никто не трогал, и я тихо стонал, чувствуя, как во всем теле пульсирует дикая, ни с чем не сравнимая боль.

Швырнув на стол так и не помогший ему инструмент, палач склонился над моим лицом и, злобно усмехнувшись, вкрадчиво пробормотал:

– Может, стоит сменить тактику?

С этими словами он вновь подошел к верстаку с пыточными инструментами и начал неспешно их перебирать.

– Ага! – торжествующе хохотнул Ваалур. – То, что надо!

Его ладонь сомкнулась на тонком длинном стержне с прозрачным кристаллическим набалдашником. Хм… он что, решил для разнообразия немного меня пощекотать?

Заметив мой настороженный взгляд, приор еще раз гаденько улыбнулся и охотно пояснил:

– Знаешь, что это такое, Изгой? Это стек. Камень в его верхушке называется глумом, он причиняет немилосердную боль любому живому существу. На самом деле я редко использую его в пытках, потому что мало кто может выдержать такую боль. Но если мне достается такой крепкий орешек, как ты, и я вижу, что применение других инструментов – лишь трата времени, я сразу перехожу к главному блюду…

Облизав кончиком языка вытянутые в змеиной улыбке губы, приор легонько покачал в воздухе стеком.

Видя, что на меня его слова не произвели никакого впечатления, он нахмурился и неторопливо приблизился.

– Вас нанял архижрец Вартак? – наверное, уже в стотысячный раз повторил Ваалур и легонько провел стеком по моей груди.

Казалось, он лишь слегка прикоснулся ко мне, но грудь неожиданно обожгло огнем, будто по ней проползла огненная змея. Я закричал.

Ваалур довольно улыбнулся и отвел стек в сторону, но моя грудь в месте прикосновения глума продолжала пылать невыносимой болью, будто плоть плавилась под дыханием самой Бездны.

Такой муки мне еще не доводилось испытывать никогда, и я потерял сознание. Но даже там, в черном спасительном небытии, я продолжал испытывать эту жуткую боль, боль, от которой меня могла спасти только смерть.

Пришел в себя я от того, что меня облили ледяной водой, и я снова услышал злобный голос мучителя:

– А теперь представь, что стало бы, если бы я прикоснулся чуть сильнее? Можешь мне поверить, ты бы страдал еще больше. Кристалл глума был создан в незапамятные времена магами Балтикуса [15] для управления темными существами Бездны, так как многие из них невосприимчивы к обычным видам боли. Стек способен укрощать демонов, а что перед ними ты? Жалкая тварь. Итак, я еще раз спрашиваю: убить эльфийского князя вам приказал архижрец Вартак?

Перехватив направленный на меня взгляд приора, я скривил губы в презрительной улыбке и сплюнул на пол скопившуюся во рту кровь.

В глазах палача вспыхнула ярость, но он обуздал ее усилием воли и, задыхаясь от сжигающей его ненависти, медленно проговорил, заставляя свой голос звучать спокойно:

– Я вижу, что тебе совершенно наплевать на свою жизнь. Что ж, посмотрим, возможно, ты пожалеешь своего побратима…

С этими словами он подошел к распятому на круге Элю и несколькими уверенными движениями ножа превратил его рубашку в клочья. Затем в руке приора снова оказался проклятый стек. Палач размахнулся и со всей силы ударил моего побратима глумом. Эльф закричал, а на его обнаженной груди красным, тускло светящимся багровым росчерком вспыхнул след от удара.

– Ну что, вы и дальше будете упираться? – выкрикнул палач, с наслаждением щурясь при виде наших страданий. – Тогда мне придется продолжить урок.

Я вдруг понял, что этот человек не остановится ни перед чем, лишь бы вырвать у нас заветное признание. Не удивлюсь, если он давно уже продал душу Оксу.

Но что я мог поделать? Я прекрасно понимал, что если мы сдадимся и подтвердим слова Ваалура, то тем самым просто подпишем себе смертный приговор. Нас немедленно казнят, дабы мы, не дай Всемогущий, не раскрыли бы рта в руках еще более искусных эльфийских палачей. Поэтому я стиснул зубы и молчал.

Наш мучитель решил сменить тактику и вкрадчиво зашептал:

– Скажи правду, герой. Но только ту правду, которая мне нужна, и вы снова отправитесь в свою уютную камеру. Кто нанял вас для совершения столь дерзкого убийства? Говори, Изгой. Иначе сначала ты увидишь смерть своего побратима, а потом тебя выпустят на свободу. Но едва ли после этого ты сможешь спокойно жить…

Я вздрогнул, и мое сердце сжалось от ужаса. Откуда Ваалур мог так много обо мне знать?

На какое-то мгновение я поверил в его слова и представил, что буду делать, если приор в самом деле выпустит меня на свободу, объявив, что я невиновен, а настоящий убийца найден и казнен. И Ваалур был совершенно прав в том, что я не смогу жить, зная, что из-за меня погиб Эль.

Это было безвыходное положение. И я вдруг понял, что тянуть больше нет смысла – нам никто не поможет, а сопротивление лишь приносит боль.

Я прерывисто вздохнул и, борясь с охватившей меня жгучей ненавистью, медленно, с усилием заговорил:

– Нас… – я тяжело сглотнул, – нас нанял архи…

– Не надо… – прохрипел Эль и натужно закашлялся. – Не говори.

– Тебе мало, эльф? – взвился Ваалур и снова ударил Эля стеком.

Эль мучительно закричал, и его голова упала на грудь. Я понял, что мой друг потерял сознание, но это вряд ли принесло ему облегчение…

– Кто вас нанял? Говори, говори!.. Молчишь? Ну что ж, у меня есть еще одно средство, которое может помочь тебе все вспомнить.

В руке палача сверкнул нож, я с ужасом понял, что это мой собственный клинок. Ревущее в очаге пламя отбрасывало причудливые отблески на мягко переливавшуюся в его свете вечную кромку, и я вдруг понял, что собирается сделать палач.

Вечная кромка, созданная при помощи раствора из эльфийских зубов, была одним из немногих средств, которые могли преодолеть защищающую детей леса магию. Раны, нанесенные таким оружием, не заживали.

Голубоватый клинок медленно поплыл к горлу Эля…

– Нас нанял архижрец! – заорал я, и будь что будет.

Приор довольно улыбнулся и медленно опустил нож, кивнув кому-то стоявшему вне поля моего зрения.

Прошелестели шаги, и на меня навалилась тьма, пришедшая в виде дюжего стражника, треснувшего меня в висок тяжелой рукоятью меча.