Чтение онлайн

Добрались мы до Московской Области уже на излете осени — поезда не ходили, а европейская часть России населена и утыкана городами густо… Но — добрались, и в военной части у города Троицк всю нашу небольшую уже компанию принудительно рекрутировали — местные вояки смогли скооперироваться и таким вот образом пытались навести порядок… хоть как-то. Слава богу — или кому там? — меня не определили в "совсем рядовые" — рисунки и схемы и тут сыграли, и я отправился вспоминать почти забытую медицину в качестве "типа фельдшера". Полгода — до "настоящей", майской холодной весны весны мы "просидели" по базам — точнее, я просидел, а вот остальные мотались по лесам и весям, кое-кто с фатальным исходом. Фёдоровой "досрочно" присвоили младлея — "училище" ФСБ оставляет на человеке неизгладимый след, что в купе с корочками дает хороший эффект. Признали. А, может, кто и узнал, как я выяснил на год позже, генерал-майор Константин Фёдоров стал главой вооруженных сил Челябинской области. Хорошо или плохо, что мы так застряли? Кто знает. По крайне мере, кормили, даже мясом — скот было где добыть, зима была холодной, ну а то, что я вместо спасения мира экспресс-методом выучился на полевого хирурга (режь его — и потом зашивай… что значит "ни разу не делал?" Неправильно отрежешь — он умрет… или и так умрет — потому что мне сначала "легких" обработать надо!)… во всем надо искать положительные стороны, верно? Да и без этой практики кто знает, смог бы я достать пулю из брюшной полости Лены без последствий для пациента? Н-да… В мае часть "мирно присоединили" "рязанские" — подошли в рассвете БМП и танки и вежливо так встали, недалеко — военные, наконец, начали заново централизоваться и собирали сторонников любым способом. Повезло — вместе с "броней" и "беретами" в составе делегации прибыл и сильно похудевший от такой веселой жизни "пенсионер"-ФСБшник, который работал на "ООО Системы Безопасности" еще год назад — запомнили друг друга по корпоративам. Мобилизованный в качестве "комиссара" на "собачью" должность (ну а куда деться? Кто-то должен работать с "кадрами", когда вокруг — такое!) мужик без лишних слов вытащил меня, Фёдорову и еще пару прибившихся к моей группе попутчиков — кто был еще жив и кто не собирался остаться в относительной стабильности и сытости. Даже, как "своему" помог добраться до коттеджа под Владимиром — и я даже смог найти записку от Юли в не обнаруженном мародерами тайнике: дети не подвели и смогли вовремя заметить и интерпретировать недвусмысленные сигналы надвигающейся планетарной катастрофы — и затащили родительницу в "бункер" под подвалом — не зря я решил его тогда отрыть, не зря, хоть и сделал это скорее из ностальгии: как же, дом Амакава, да и без входа в подземное убежище — непорядок, знаешь ли! К моим рассказам и выкладкам о "порталах" он относился очень скептически — но все-таки решил перебдеть, и отправил "под командованием лейтенанта Фёдоровой" на восток — типа с миссией нести коды и частоты для связи, и придал (скорее — приставил) для пущей надёжности Сашу Синицину, первую мною увиденную в жизни женщину — воздушного десантника…

С "магической" бумажкой-предписанием дело пошло веселее — на фоне развернувшийся экологической катастрофы, пятнами устилавшей всю территорию средне-русской возвышенности, приближающегося голода и непрекращающихся атак октов любое осмысленное движение людей "с бумажкой" воспринималось как благо — нас пропускали, указывали дороги (из-за проклятых тварей пользоваться все еще пригодными "до-песцовыми" магистралями день ото дня становилось все сложнее) даже иногда "помогали с людьми" — спихивали тех, кого по каким-то причинам нельзя засадить в штрафполк или приставить к чему полезному, иногда помогали с техникой — например, драгоценный трансивер я заполучил на задании "ограбить остров" — ой, простите "помочь провести рекогносцировку, куда сдуру заманили кучу привязавшихся к конвою восьминогов и подорвали опоры моста. Именно тогда я собрал основные сведения о "пауканах" — выкуривать муд… долбанные "платформы" нам пришлось долго и вдумчиво, а патронов хоть и дали, но, что называется, "с гулькин хрен". С октами вообще была куча непоняток — например, они или их создатели… не учились. То есть совсем — похоже, тварей неизвестным образом засылали "в одну сторону" и забывали — возитесь там с местными как хотите. При этом какой-то обратный поток информации явно шел — где пауков выбивали, через некоторое время приходил или появлялся новый отряд… и все. Соотнеся все, что я видел и слышал о противнике, у меня в голове само собой нарисовалась виртуальная поле-карта России-матушки, на котором один школоло-игрок вялыми кликами мышки "гоняет тараканов" в длинной скучной миссии типа "удержание плацдарма" на время, причем еще и звук выключил, что бы противная неинтересная миссия звуками боя не отвлекала от чего-то другого — так, раз в день проверить статистику по персам и отправить в бой еще пару-тройку "бесплатно" готовый тысяч полу-био ботов на "ассаулт"… И чем больше я узнавал — тем больше у меня находилось подтверждение, что окты здесь именно такие "юниты на миссии". Учитывая, что мне было известно о загадочных хозяевах восьминогов можно было с уверенностью предположить, что межмировые имперцы захапали нашу Землю по принципу "шоб было" — раз уж портал стихийно открылся при помощи местных, надо им профилактических люлей отвесит, а то еще дорастут до конкурентов сорнячки, если не выполоть вовремя… вот и "выпололи". В буквальном смысле. Есть такой метод — землю накрывают темной пленкой и выкапывают тяпкой все проросшие ростки, пока не перестанут прорастать: без солнца сорная трава не может расти и пускать корни, так что прополку можно делать изредка и без напряга. Вот и у многомировой империи дофига внутренних проблем, скорее всего — и на далекую планету додумавшихся до лишнего чересчур прямо-ходящих обезьянок ресурсов почти не осталось. А потому — испытанный алгоритм: выпустить самостоятельно работающих "ботов", отрезать пленкой "Потолка" нас от неба, разрушить и не дать восстановить экономику… ну а дальше — нехай сами вымрут или впадут в каменный век, пока руки дойтут… Судя по граф-новелле руки наших настоящих врагов (или что там у них вместо рук) не дойдут до Земли еще долго… и это давало надежду. Ту самую, "последнюю" — с которой шли вынесенные в название воины из комикса…

— Полсотни-четыре, здесь Хаб-центр! — внезапно ожила рация после очередного вызова: надо же, услышали все-таки, а мы уж сворачиваться думали — Слышим слабо, подтвердите прием.

— Я, полсотни-четыре, прием подтверждаю.

— Принято! Конвой пять-четыре, ваша миссия имеет в составе Александра Жарова? Код Альф-сотня-девять?

— Подтверждаю, Жаров у микрофона. — Услышав кодировку, я удивился — "почта" нас все-таки обогнала, надо же. И не просто обогнала — нас кто-то из региональных лидеров нового Хабаровска воспринял всерьез то, что было написано про лабораторию и нашу цель. — Код Альфа — девять-шесть-два-восемь-ноль.

— Принято, полсотни-четыре. Вы попали в буран?

— Подтверждаю, Хаб-центр.

— Стойте на месте, у нас легко сбиться, высылаем группу сопровождения и заправщик, подтвердите прием.

— Группа и заправщик идет за нами, местоположение не менять, принято. — Повторил я, быстро прикидывая варианты — ждать, или это наоборот — хорошее предупреждение об опасности встречи с местными военными властями. Разделять машины очень не хотелось — опасно, но, видимо, придет…

— Отлично, полсотни-четыре. — Прохрипел через помехи голос связиста. — Передаю микрофон лицу, которое может подтвердить запрос…

Голос Хабаровска-центрального на десяток секунд стих — а когда раздался, у меня сердце чуть не выпрыгнула из груди… по крайне мере, мне так показалась. Этот голос я бы узнал из десятков тысяч, и никакие искажения мне не помешали:

— Папа, привет! Наконец-то ты добрался. — Юный женский голос изобразил такой знакомый смешок и уточнил. — Если ты меня еще не узнал, то напоминаю — я твоя дочь, Юля. И я тут тебя уже почти полгода жду!

Я слушал дочь и натурально хренел! Я сказал, что мои похождения были… эм, одним словом — эпичными? Да нихрена! Обычная такая заурядная прогулка — еще и неторопливая к тому же на фоне истории Юлии Жаровой. Ну, детки… блин. Начать с того, что в отличии от меня старшенькая имела доступ к телефону — и смогла воспользоваться им по полной, пока не началось. Номера и контакты директората и одного из учредителей ООО "Системы Безопасности" были записаны у меня на "облаке", пароль к моим файлам дети заучили наизусть — не смотря на то, что старость мне в ближайшие десятилетия не грозила, бессмертным себя считать было слишком смело, и я сделал все, что бы мои наработки и все, что я восстановил по технологиям "того" мира оказалось, в случае чего, в доступе у наследников. Это не считая знакомств самой старшенькой — все-таки формат общения управляющих директоров "Систем" подразумевал общение семьями: корпоративные меры лояльности и все такое. За оставшиеся полчаса до конца света девочка — а тогда кнопке было всего двенадцать! — совершила настоящий, без всяких кавычек и "приписок" Подвиг: успела не только предупредить, но и убедить включить в здании главного офиса учебную "воздушную" тревогу, сгоняя людей в бункер под зданием. Девочка. Двенадцати лет. Как?!

— Но я же твоя дочь, папа! Ты сам рассказывал, как отжигал в свои двенадцать…

— Биологические двенадцать! И у меня был за спиной клан — по крайне мере, его репутация!

— Ну-у… я тут тоже воспользовалась… твоей репутацией…

Я подумал… и уточнять не стал. Нафиг, нафиг, и так во время рассказа меня трясло, как не трясло даже привязанным к столбу, обложенному облитым бензином хворостом — поверьте, даже зная, что закончилось все более-менее хорошо (дочь цела и рядом) слушать, как твои малолетние дети с ежеминутным риском для жизни пытаются что-то сделать в разверзшемся аду апокалипсиса… По крайне мере, врагу я не пожелал бы выслушать подобный рассказ. Тогда, когда мне удалось добраться до нашего порядком разоренного дома и узнать, что семья хотя бы выжила в самом начале рукотворной (или чем там творили иномиряне) катастрофы, но навести справки или найти хоть какие-то нити, ведущие к ним, не получается, просто приказал себе думать, что они "где-то в безопасности вдали от городов". В конце-концов, действительно помочь им я мог только одним образом — прекратить всю долбанную хрень, что развернулась на нашей планете: пока окты свободно разгуливают в остатках наших городов а небо может взять и упасть нам на головы еще раз, все остальное будет просто не слишком убедительным паллиативом: безопасных мест теперь просто нет.

Да, на второе лето стало казаться, что не смотря на все предыдущие беды, мы — выкарабкаемся: людей и оружия осталось еще много, удалось даже сделать посевы на дальних полях (октов они не интересовали) или на спешно расчищенных ранее не используемых участков — в лесах, в степи… Надо только выбить ублюдочных восьминогих тварей из городов и заводов, запустить захваченные электростанции, восстановить газо- и нефтепроводы… Ну а жить под дамокловым мечом "Потолка" — что ж, не падает, и ладно, можно привыкнуть, и вообще — есть же учение, разберемся… Н-да. Я знал, что в "каноне" не получилось "разобраться" — в графической новелле Ежова людей оставалось как минимум на порядок меньше, техническое развитие скатилось уровню сороковых годов двадцатого века, а редкие уцелевшие образцы технологии предков смотрелись натуральными артефактами, вроде танка Т-100 найденного командой "Воинов последней надежды" в боксе длительного хранения… и только застряв между Ижевском и Е-бургом на год понял — почему. Окты. Можно истребить народ, популяцию, даже вид живых существ — о, если знать как, не проблема! Просто потому, что вид, популяция, народ — множества конечные. Нужно просто убить их — всех. Но окты… окты не кончались. А еще противник наконец продемонстрировал, что у него есть кое-что кроме стандартных, уже хорошо изученных базовых платформ.

— После того, как "Потолок" поднялся, все с твоей работы поверили в мое "предсказание". — Юлия, еще недавно вертевшаяся вокруг меня с совершенно детской радостью сейчас выглядела другим человеком — я едва узнавал дочь, так серьезно ее лицо меняло выражение лица. Выражение лица взрослого человека, прошедшего сквозь огонь и воду. — Даже предлагали отправить за тобой отряд, но я их отговорила: через два дня должны были появится окты, я хорошо помнила твой рассказ, папа. Мы… я не знаю, как все это было организовано — такая анархия, улицы завалены трупами в прямом смысле, прямо по ним едут редкие машины, кто-то не стесняясь выворачивает карманы, видела, как два подростка что-то не поделили и один выстрелил в другого в упор! Не меняясь в лице, даже бровью не повел! Я была с дядей Олегом*, он приехал за мной с двумя подчиненными… на старом ГАЗе, который ручкой заводил. Мама плакала, все хотела забрать из дома то, это — но мы забрали только ее драгоценности и твое оружие. Потом долго ехали — то по дорогам, но чаше — прямо через поля, только один раз сунулись в какой-то город, там я улицу и увидела. Я… мне казалось — это все ненастоящее, это игра, вроде той Такамии, про которую ты мне рассказывал, а я воображала. Мать впала в ступор, даже Юрку проняло, но он старался, держался — ради нас. Все время хотелось плакать — но я просто не могла… Потом уснула — а, проснувшись, уговаривала себя, что сейчас еду в нашей машине, вот открою глаза — и все вокруг нормально, что не было ничего, все приснилось… только верить в это надо сильнее! А потом… глаза открыла — а вокруг все… все такое. Руины мира…

[*Дядя Олег — имеется в виду наставник по боевым искусствам Юлии Жаровой, тот самый мужик, которому она в пять лет "пробила солнышко"]

Дочь смотрела мимо меня сухими, невидящими глазами — все настолько врезалось ей в память, что она сейчас могла пересказать все подробности, чуть ли не количество веток на кусте во время одной из редких остановок.

— Мы, прямо по полю подъехали к поезду — странном такому. Пассажирские вагоны вперемежку с грузовыми, меньше десятка и несколько старых-старых тепловозов в начале и в конце. Потом дядя Коля сказал, что они реквизировали то, что успели с разъездных путей предприятий — там часто техника дорабатывается, пока не сломается совсем. В них электроники не было, управлялось все вручную. А дядя Олег все сокрушался, что без него не съездили к путям вечной стоянки бронепоезда — там можно было снять пару вагонов… Прямо на стоянке на локомотивы приваривали железные листы — это было так странно. Нашу машину по доскам закатили прямо с края насыпи на платформу в конце поезда — после последнего тепловоза — и мы поехали. Много раз останавливались, дважды пути были разбиты сошедшими с рельс составами — кого Потолок придавил прямо в движении — но повезло, один из двух путей был цел. Помню, наши тепловозы отцепили и сталкивают лежащие прямо поперек путей вагоны… Меня приглашали на некоторые советы — может, вспомню чего-то еще: одно купе, набивались по восемь человек, я на третью полку всегда влезала. Дядя Женя и дядя Саша все сокрушались, что библиотеку некуда было впихнуть — она сама столько занимала, сколько в поезде вагонов. Справочники, учебники — оказывается, Александр Михайлович, тот, который учредитель, их коллекционировал… "никогда не доверял я компьютерам" — как он мне тогда сказал. Потому он мне и поверил — спрятался со всеми и уцелел. Знаешь, они все… я помню, как мы с ними встречались — всегда такие степенные, костюмы сидят идеально, даже если это "неформальный пикник" — даже джинсы выглажены стрелкой! И сейчас они были сами на себя не похожи — напряженные, резкие… и как будто по десять лет сбросили! Мы чуть-чуть не успели — окты полезли прямо перед въездом в Уральский тоннель… Почему поезд вообще собрали? Я рассказала, что октов будет много там, где много городов и людей — чем больше построек, дорог, домов и улиц — тем больше. И директорат со своими знакомыми решили пробиваться в Сибирь — там треть сибиряков была, были еще с ними несколько человек с погонами — кто уцелел из московской Службы. Кого-то еще по дороге подбирали — и как только влезли… И вот тоннель — около входа эти твари, с десяток. И никто не знает, что внутри — железнодорожники разбежались или сами не в курсе. И тут Олег Степанович встает и говорит: "надо рискнуть. Останемся — все тут и ляжем. Пока еще возможно — пока их мало." И поезд пошел… Тьма, клубы дыма, запах горелой солярки — и автоматные очереди! Поезд буквально ползет — что бы не наехать ни на что сходу, вдруг — поезд внутри стоит или вообще с рельс сошел. Потом я узнала, что вперед и назад вытащили по РПК — я тогда на слух их не отличала… И только когда вагон вышел на дневной свет — я смогла разжать руки…

…Урал, в первый раз встретивший меня бигфутами (правда, я их специально искал) и в этот раз не поскупился на сюрпризы. Куда как более "приятные" — наверно, подготовился получше… простите. Просто когда в лоб головной машине выползает (именно выползает — на брюхе) туша, отдаленно напоминающая увеличенную раз в триста гусеницу… бронетранспортера у нас еще не было — и идущий первым "хаммер" мы потеряли — хорошо, экипаж выскочить успел, а октов сопровождения мы оперативно постреляли. На людей частично-биомашина не отвлекалась — она жрала асфальт, не обращая внимание на бессильно рикошетящие пули, выпущенные с пятящихся грузовиков. Тварь не была особо шустрой — видели шустрый бульдозер тонн этак на сто? А в сегментах "гусеницы" тонн, распределенных по длине, было побольше — полуживой горнопроходческий комбайн нес в себе еще и систему первичной обработки поглощаемого материала, но, в случае реальной угрозы, штука могла им (материалом, "съеденным" ранее)… эээ, стрелять. Или плеваться. Недалеко, но мощно — стены домов долбила только так, да и у танка, выехавшего в упор, шансы были пополам на пополам — кто первый изготовит орудие для стрельбы. Под грунтозацепы-манипуляторы по бокам туловища тоже было лучше не попадать. Кстати, условно-хвостовой конец тоже мог стрелять… мило, да?