Чтение онлайн

— Мама!!! Он очнулся!!!

Когда в глазах прояснилось, Бер обнаружил возле себя множество народа. В комнату набилась солидная толпа. Всем хотелось удостовериться, что глава клана пришел в себя. Люди подходили, желали скорейшего выздоровления, что-то приносили и складывали на стол. Буквально спустя пятнадцать минут вся столешница оказалась завалена подарками и передачками. Александр пытался отвечать, но в горле стоял сухой комок, и внятно ответить на пожелания и проявление заботы не выходило, поэтому Бер просто кивал в знак признательности и улыбался. С одной стороны очень приятно от столь множественного внимания, однако на самом деле больше всего ему хотелось, чтобы все ушли, иначе, чувствовал он, голова от гомона, гудящего в относительно небольшой комнате, скоро расколется от боли. К тому же его сильно мучила жажда. Просить что-либо слабым голосом Александр не желал. Решил запастись терпением. Все равно скоро всех разгонят, и тогда он сможет, наконец, напиться. Или не разгонят? Мать заметила перемену в состоянии сына и поняла всё правильно. Она ненавязчиво и вместе с тем твердо выпроводила людей за дверь, а Ксения по ее приказу заняла оборону в коридоре, с целью не допущения к телу начальства остальных клановцев. В итоге в комнате остались лишь отец, которого Бер из-за массы народа не сразу заметил, и три женщины. Мама, сестра и… Дарья? Девушка стояла около двери, подпирая собой стену, смотрела на очнувшегося Александра немного настороженным взглядом и робко улыбалась.

«А она что тут делает?» — слегка удивился Бер. Уж кого он не ожидал увидеть, так это генеральскую дочку. Со времени их краткого романа достаточно воды утекло и он, если честно, начал понемногу забывать о девушке. Думал, что и она попроросту провела с ним хорошие дни, и этим дело ограничилось. А вот, поди ж ты? Тут красавица. И уходить не собирается. Но самое странное не это, а то, что мать ее из помещения не выпроводила, как остальных. «Странно», — еще чуть больше удивился Александр.

Заметив интерес сына Валентина Николаевна наклонилась к самому уху и шепнула:

— Хорошая девушка. Как только узнала, что ты ранен, примчалась на следующий день и все две недели не отходила от тебя ни на шаг.

— Две недели? Я провалялся две недели!? — хотел громко произнести Бер. Вместо этого из горла вылетел громкий хрип, но всё же родные разобрали, что именно он пытался спросить и закивали головами.

— Попить дайте, — попросил присутствующих раненный.

Валентина Николаевна спохватилась и развила бурную деятельность. Через минуту из термоса в кружку полилась жидкость. По запаху стало понятно, что его пытаются напоить бульоном. Александр попытался было возмутиться, но ему не дали. Влили горячее, чуть ли не насильно. Внутри сразу стало тепло и захотелось спать. Веки стали тяжелыми, точно свинцовыми. Последнее о чем Бер успел спросить, прежде чем провалиться в сон:

— Кто еще выжил?

— Спи сын. Спи. Потом поговорим, — вмешался отец.

Бер-младший лишь еле заметно кивнул, и подумал, что ему действительно пока лучше не знать подробностей и уснул.

Александр сидел в кресле, прихлебывал из чашки крепкий чай и слушал доклад Махно о последних минутах того злополучного дня. В комнате кроме него, Сергея, присутствовали Эдик, которого вместе с Махно позвал Бер и Вячеслав Никифоров. Вячеслав, в принципе, уже был в курсе произошедшего. Пока глава клана валялся в отключке под неусыпным вниманием родных и Дарьи, успел опросить всех выживших и не по одному разу. Даже сумел добиться от Быстрицкого высокого позволения на допрос учувствовавших в рейде офицеров из группы быстрого реагирования. На вопрос Бера, как это ему удалось? Никифоров неопределенно хмыкнул и ответил:

— Пришлось поцапаться с ним маленько, но результат здесь, — и похлопал широкой ладонью по папке, где, находились письменные показания вэвэшников или, скорее всего, копии показаний и выводы, сделанные дотошным начальником службы безопасности клана. — Потом расскажу.

— В общем, когда ты смог убрать эти силовые штуки, защищавшие противника, то мы достаточно быстро покрошили дикарей на мелкие кусочки. Против пуль с мечами наголо много не навоюешь, — Махно перевел дух. — А-а, да! Чуть было не забыл. Тех троих…. Ну, тех, что в самом начале сбросил своим огненным шаром в овраг. Помнишь?

— Помню, — Бер утвердительно кивнул.

— Так мы двоих там же и утопили. Расстреляли к такой-то матери. Одного попытались поймать. Вовремя догадались, что нам язык нужен, несмотря на всеобщую озлобленность, но ничего из этого не вышло. Этот малый оказался не промах, как только сообразил, почему мы прекратили стрелять и забегали, он недолго думая, сам себе перерезал горло. Вот такие пироги, командир, — Махно виновато развел руки в стороны, будто испытывал вину за то, что не сумел поймать ишхида.

— Каковы наши потери? Сколько вообще убитых и раненных после стычки с разведчиками ишхидов? — Александр внутренне напрягся. Нельзя сказать, что Бер боялся услышать неутешительные цифры. Затевая погоню, он и не надеялся решить все без крови, однако жуть как не хотелось людских утрат и осознавать, что непосредственно являешься виновником произошедшего, не способствовало повышению настроения.

Вячеслав прокашлялся в кулак и сказал:

— Давай с этого места и дальше, — он снова постучал по папке с документами, — продолжу я. В прямом столкновении клан потерял троих человек и одного гнолла. Это убитыми. Еще четверо ранены, включая оставшихся хашш…. Добавлю, что убитый гнолл не твой любимый Пшик.

— Чуть не забыл, — встрял Махно, — наши-то гноллы неплохо показали себя. Не знаю, скольких они завалили, но двоих-троих точно. И это несмотря на мечи, колдунов и тому подобной хрени.

— Махно! — одернул Сергея Никифоров, — эмоциями потом делиться будешь. Не перебивай, иначе пойдешь к бабам на кухню помогать картошку чистить. Там и расскажешь, какие гноллы геройские герои.

— Виноват, — Махно умолк и недовольно сжал губы.

— Среди союзников потери более впечатляющие. Из всего состава группы девять погибли, четверо получили ранения различной тяжести. В основном их зарубили мечами. Такой размен хорошо подготовленных и неслабо вооруженных бойцов на воинов с холодным оружием, пусть и профессионалов, не на шутку обеспокоил вояк.

— Так что не кори себя, Саша. — Тихо добавил Никифоров. — Возможно, именно эта пиррова победа показала, что нужно готовиться к более серьезному противостоянию людей с новыми братьями по разуму. Думаю, в любом другом случае Быстрицкому и компании потребовалось больше времени на осознание новой угрозы.

— Я в норме, — Александру не понравилось, что его настроение и витающие в голове гнетущие мысли так быстро вычислил Вячеслав. Он старался сидеть со спокойным лицом, но видно не сумел скрыть от окружающих сверлящие его изнутри чувства. Плохо так думать, однако больше всего его потрясла смерть Верникова. Беру нравился этот простой, спокойный парень со своеобразным пониманием окружающей действительности. У Александра были большие планы на лучшего ученика. А тут раз…. И нет его. По сути выжившие должны благодарить именно Верникова. Парень отдал собственную жизнь и тем самым подарил необходимые для победы мгновения. Того краткого отрезка времени Александру хватило для единственного удара и перегрузить амулеты защиты.

— Что еще есть. Вскрытия делали? Анализ используемых сплавов в изделиях ишхидов? Что у нас есть по экипировке противника? По этим данным можно определить уровень развития. Хочу знать все. И главное. Мне нужные сведения о личинках или яйцах аш. Они могли остаться в сумах ишхидов.

— Насколько мне известно, то ничего похожего на яйца или личинки не обнаружено.

— И то хлеб, — Бер облегченно выдохнул, но тут же спохватился, — Это точно?

— Точно. Мне уже во всех подробностях известно, какие последствия ожидают зараженного. Пока никто в муках не корчится, — успокоил главу клана Вячеслав.

— Хорошо.

— А это тебе подарок, — Никифоров достал из кармана кругляш на веревочке и передал Беру.

— Амулет? — Александр не смог скрыть своего интереса к вещице и осторожно взял изделие мастных магов в руки. С виду ничего особенного. Небольшой каменный диск с деревянной вставкой в центре и дыркой под шнурок. Каменная часть исписана мелкими закорючками больше смахивающими на клинопись, но так как Бер не считал себя великим специалистом по письменам, то с таким же успехом это могли быть и иероглифы. Он попытался рассмотреть амулет подробнее. В висках стрельнуло, руки стали ватными, но процедуру сканирования довел до конца. Завершив процесс, разочарованно прокомментировал. — Пустой.