Чтение онлайн

Впрочем, до возникновения этого самого старинного словечка ещё сотни миллионов лет… А океан вот он, под крылом, полон удивительных тварей и разных загадок.

Я хотел подлететь вплотную к указанной точке, приводниться, и только после этого связаться с пришельцами по радио, чтобы указать на их ошибку. Подумав об этом, я понял, что это почему-то должно было доставить мне удовольствие. Мне хотелось посадить их в лужу.

Странное желание. Деструктивное какое-то… Я что, завидую их технологиям? Или высокой морали, которая заставляет помогать немощным незнакомцам? А, может, мне стыдно, что приходится их обманывать?

У меня не было ответа на эти вопросы. Но на душе было тревожно и противно.

Но пришельцы не ошиблись. Я это понял, как только установил визуальный контакт с обозначенным районом.

— Арес его одолей!.. — прошептал Кай; он сидел рядом, как и Таис — на время посадки все на всякий случай были зафиксированы в противоперегрузочных креслах.

— Охренеть… — согласился я на русском.

— Странный оборот, — вмешалась Таис, тоже на русском; из-за того, что она сидела на дальних креслах, не предназначенных для пилотов, обзор у неё был сильно хуже, и она ещё не увидела того, что увидели мы, — я знаю, что он обозначает удивление. Но в то же время он значит превращение в растение. Кажется, корень этого растения употребляют в пищу, да?

Я молча посмотрел на девушку. И вместо ответа активировал наружную камеру, поместив изображение на главный монитор, видимый из любой точки кабины.

Таис выдохнула; её глаза расширились.

В океане под нами зияла пропасть.

Это не был разрыв в земной коре с многочисленными водопадами; чаще всего так изображают море, которое раздвинулось, чтобы дать проход иудеям, которые под руководством Моисея спешно эвакуировались из египетского плена. Только тут масштабы были иные.

Пропасть была образована вертикальными стенами воды высотой три с половиной километра. Пустое пространство посреди океана при этом было не больше двух километров в длину и всего лишь около километра в ширину. На дне виднелись какие-то огни.

— Садиться придётся на вертикальной тяге, — констатировал Кай, — кучу горючего сожжём…

— Похоже, выбор у нас не большой, — ответил я.

— Компьютер справится?

— Я пойду на ручном.

Даже в особом режиме, когда эмоции притупляются, мне было не по себе во время спуска. Всё моё человеческое существо кричало о скорой неминуемой гибели, глядя на колоссальные массы воды, застывшие совсем рядом, подчинённые неизвестной силе, очень уж похожей на волшебство или божественный промысел.

— Тут очень красиво, — неожиданно сказала Таис.

— П-пожалуй, — согласился Кай.

— Жалко, темнеет быстро… можно как-то подсветку включить? — попросила девушка.

Секунду поколебавшись, я активировал мощный наружный прожектор. Ближайшая стена заиграла зелёными бликами; там, во тьме шевельнулось что-то огромное и тут же скрылось в пучине, где луч прожектора терялся среди вечной тьмы морской глубины.

Я старался держаться возле одной из «стен», носом вперёд, оставляя перед собой пространство длиной почти два километра. Просто на всякий случай.

Так совпало, что посадочная площадка оказалась прямо под нами. Я легко опознал её по специальному освещению и атмосферным катерам, которыми пользовались пришельцы. Чуть дальше площадки, на оголённом морском дне, громоздились какие-то циклопические сооружения, подсвеченные целой осветительной системой. Они походили на работу художника-иллюстратора, сошедшего с ума после создания десятка топовых игр про постапокалипсис.

Тем временем голографическая карта, в которую превратился глобус, ещё раз увеличила масштаб. Теперь отчётливо была видна посадочная площадка. На ней жёлтым цветом было выделено место в форме нашего челнока.

— Похоже, зовут сюда, — сказал Кай, указывая на голограмму.

Вместо ответа я кивнул и направил челнок в нужном направлении.

Как только коснулись поверхности, я вышел из режима. В этот раз мне даже срочный перекус не понадобился — сели быстро, и силы ещё оставались.

У люка нас уже встречала знакомая нам пришелица в сопровождении трёх сородичей. В отличие от специалиста по контактам, которая оставалась всё в той же одежде светлых тонов, эта троица была одета в боевые скафандры. И вооружена.

Нелишняя предосторожность, учитывая произошедшее накануне. Но от этого всё равно становилось не по себе.

— Корпус нужного вам корабля частично разрушен и закрыт корпусами других звездолётов. Мы постарались максимально облегчить проход: — сказал пришелица, даже не поздоровавшись.

— Спасибо, — автоматически ответил я, оглядевшись.

Тут сильно пахло водорослями. Было прохладно и влажно. Искусственное освещение площадки рассеивало царящие на такой глубине сумерки, но из-за него не было видно даже кусочка неба наверху. Казалось, что пропасть, на дне которой мы оказались, была по-настоящему бездонной.

— Мы пойдем пешком. Использование техники в этом месте ограничено. Её передвижение мешает исследовательским работам: — сказала пришелица, после чего развернулась к нам спиной и пошла в сторону, где на дне громоздились останки чужих звездолётов.

Шли мы довольно долго. В какой-то момент мне показалось, что циклопический техногенный мусор на дне как будто специально был создан для того, чтобы на него было неприятно глядеть. Останки кораблей были сложены как-то… в общем, не правильно. Тревожно. Как будто некий разум пытался собрать безумный конструктор из иного измерения.

Посмотрев на спутников, я обнаружил, что Кай и Таис тоже стараются не поднимать взгляды. Смотрят только себе под ноги; идут, будто бы задумчиво размышляя о чём-то.

В душе у меня зашевелился маленький червячок смутной тревоги. Я упрямо поднял взгляд, и начал разглядывать то, что лежало прямо перед нами.

Некоторые части действительно походили на звездолёты. В чем-то даже похожие на наш челнок, только невозможных размеров: вот, похоже, корма с дюзами двигателей, диаметром в сотню метров… Неужели какая-то цивилизация создала корабль такого размера, который пользовался привычной реактивной тягой? Ведь даже продвинутый марсианский термоядерный двигатель выглядел иначе.

Я вошёл в режим. На несколько секунд, только чтобы попытаться реконструировать исходный облик хотя бы одного из погибших тут звездолётов.

И… у меня ничего не вышло.

Паззл не складывался. Даже с чудовищной мощностью вычислений, которые были мне доступны в особом состоянии.

Я вышел из режима, чувствуя, как стынет кровь в жилах.

— Ну вот. Дальше по этому проходу, еще несколько десятков метров. Там люк, через который можно подняться на борт нужного звездолёта, — пришелица указала на узкую светящуюся тропу, проложенную среди руин на высоте нескольких метров.