Чтение онлайн

Утром я проснулся от странных звуков.

Открыв глаза, я лежал несколько минут, не вылезая из мешка. Судя по всему, снаружи уже рассвело и даже взошло солнце: косой потолок палатки источал теплое янтарное сияние. И откуда-то неслись звуки, напоминавшие протяжный скрип, или свист. Я оделся и выбрался наружу. Было еще по-утреннему знобко; весь громадный луг казался серым от недавно выпавшей росы.

А звуки раздавались из-за перелеска - то чаще, то реже, одинаково протяжные и тревожно тянущие душу… Господи, да ведь это журавли!

–  вдруг догадался я, вспомнив прошлый год. Как я сразу не узнал их щемящие крики? Они, конечно же, на большом лугу. Я быстро побежал туда. Болото преградило мне путь. Из-под ног выскочила лягушка, с размаху плюхнулась в черную воду, мгновенно и бесшумно исчезнув на дне. Журавли кричали все громче и призывнее, но я их так и не увидел - может, они были и вовсе не на том лугу, а где-нибудь еще дальше, за следующим перелеском: в сыром утреннем воздухе невозможно определить расстояние по звуку.

Постояв немного, я пошел обратно к лагерю. Мой след отчетливо темнел на серой мокрой траве.

На кухне уже хозяйничали Тамара и Ольга с кольцом. Обе были какие-то заспанные, с усталыми, синеватыми лицами, и в то же время какие-то разморенные - словно всю ночь гуляли. Да, похоже, в этой компании до гулянок доходит быстро, - подумал я. Я помог им растопить печь, потом отправился к реке. Вода оказалась совершенно черной и такой холодной, что от одного ее вида сводило зубы. Но я все-таки стащил свитер, зашел в струю, насколько позволяли сапоги и, замирая, умылся и даже немного поплескал на себя.

А солнце уже вовсю сияло над противоположным берегом; и роса сверкала, словно тысячи быстрых бриллиантов, и пора было будить остальных.

На гулкий звон ржавого лемеха, что висел на огромной черемухе возле кухни, народ начал выползать из палаток. А журавли все еще кричали. Громко и надрывно, словно хотели разбудить нас как следует.

–  Слышишь?
– спросил я сонного Славку.

–  А что это?… - зевнул он.

–  Журавли.

–  Журавли?!
– мгновенно проснувшись загорелся он.
– Пошли посмотрим!

–  Да я ходил уже… За болотом они, не видать ничего.

–  Вечером туда слазаем! После работы.

–  Вечером их уже не будет, я их повадки по прошлому году помню.

Лучше подождем, пока выйдем во вторую смену, тогда с утра за ними и отправимся.

–  Заметано, - ответил Славка.

Мы не успели съесть безвкусное подобие каши, сотворенное нашими полуживыми поварихами, как к лагерю, оглушительно сигналя, подъехал разбитый грузовик.

–  Эй, работники городские, мать вашу растудыт так и эдак!!!- заорал шофер, молодой кудрявый парень в цветастой рубахе.
– Живо кончай жратву, на работу пора ехать!

–  Остынь, а то радиатор, на хрен, выкипит, - ответил Саша-К.
–

Сейчас, еще пять минут. Чай допьют и поедем. Мы же первый день, не думали, что ты так рано появишься!

–  А я не могу ждать!
– заерепенился тот.
– Сказал садись - значит садись.

А то сейчас развернусь и уеду, и будете шесть километров до полевого стана пешком баздюхать!

Он опять загудел и нажал на газ. Двигатель дико взревел на холостом ходу. Славка закашлялся, поперхнувшись чаем.

–  Давай-давай, - кричал шофер.
– Это вам не в городе перед телевизором!

Через коленку вашу мать!! Еще полминуты, и адью!

–  Какой ты скорый, а, - вдруг пропела рыжая Вика, вставая из-за стола.
– Ты все остальное тоже так же быстро… Или хоть что-то не торопясь умеешь?

Она подошла к машине и, встряхнув дьявольскими своими волосищами, нежным движением погладила капот.

–  Немного еще подожди.

Шофер замолчал, будто его выключили и выпучился на нее с разинутым ртом.

–  А ты зайди пока к нам, молока вчерашнего выпей, - продолжала Вика, склонив голову и поводя плечами.

Груди ее шевельнулись, как живые, под чистой белой футболкой, надетой на голое тело.

–  Не… Спасибо…- хрипло выдавил шофер, не спуская с нее горящих глаз.
– Молока не надо. Я так подожду…

Мы быстро управились с невкусным завтраком и полезли в грузовик. Вика молча забралась к шоферу в кабину. Мы со Славкой подсадили в кузов девчонок - Катю и секретаршу Люду, - запрыгнули сами, и машина понеслась.

Саша- К, которому надо было с утра поймать председателя, Аркашка и наш бригадир Володя сидели на корточках в углу кузова, девчонки пристроились на каком-то тряпье. А мы со Славкой стояли в полный рост, держась за помятую кабину.

Когда машина пролетала ухаб, кузов подпрыгивал, словно желая оторваться от шасси и лететь своей дорогой - и сердце замирало, мгновенно облившись сладким ужасом. Встречный ветер бил нам в лица, трепал волосы, забирался мне под китель, обжигая утренним приятным холодком.

Колхоз, лето, дорога, ветер навстречу… Молодость.

В душе было радостно и свободно.

Шофер завез Сашу в правление, потом сгрузил девчонок на краю морковного поля и, наконец, доставил на полевой стал нас. Так началась наша работа.

За годы колхозного стажа - и в студенческие времена, и уже здесь, в НИИ, я сделался профессиональным сельхозрабочим. Потому что не осталось, пожалуй, такого вида сельскохозяйственной техники, которая была бы мне незнакома. Я работал на веялке, на стогомете и на молотилке, на измельчителе и даже на достаточно редком у нас картофелекопателе, и таскал мешки около гранулятора… Но почему-то больше всего мне нравился именно агрегат витаминной муки - то есть, сокращенно, АВМ, - на котором нам предстояло работать нынче. Не знаю, почему, ведь работу на этом агрегате не могла назваться легкой. Там всегда было жарко и пыльно, и стоял такой грохот, что к концу смены уши казались заложенными ватой. Но зато результат труда подлежал немедленной оценке.

К агрегату привозили машины или тракторные тележки свежескошенной травы - ее предстояло разгрузить вилами, потом тем же способом перекидать в бункер, похожий на ребристый кузов самосвала. Трава проходила длинный путь по транспортерам и внутренностям агрегата, кружилась невидимая в горячих струях циклонов и, пройдя несколько кругов в огромном вращающемся сушильном барабане, высыпалась из горловин раздатчика готовой травяной мукой. То есть просто-напросто мелко изрубленным, искусственно высушенным сеном. Оставалось только вовремя подставлять бумажные мешки.