Хрустальное пламя
Шрифт:
— Теперь я знаю как это на вкус — целоваться с булыжником. Даже не знаю теперь что и делать с этим знанием? — задумчиво протянула она, подразнивая Дэва.
Он рассмеялся и поцеловал ее еще раз.
— Напиши книгу. Поделись опытом — съехидничал он и они вместе посмеялись.
Юмор и поцелуи немного разряжали обстановку, но усталость брала свое и временами накатывало отчаяние. Стефи больше не спрашивала, что будет если они не смогут или не успеют разобрать завал вовремя. Эту тему они обсуждать не хотели. Напротив, они начали обсуждать будущее, делясь с друг другом мечтами и планами на будущее. Сколько они хотят детей и какой лучше построить дом, чтобы все эти дети поместились, куда бы хотели съездить и каким хобби заняться — все что угодно, чтобы только уйти от темы очень возможной и близкой смерти.
Трудно было сказать как долго она разгребали. Счет времени было практически невозможно вести в этой кромешной темноте. Но один раз они заснули надолго и предположили, что прошла еще ночь. Завал все так же ждал, уменьшившийся может лишь на треть, хотя об этом трудно было судить, просвета так и не появилось.
И опять камни, тяжелое дыхание, стук сердца, пальцы сбитые в кровь, руки в ссадинах и ноги в синяках.
Теперь они не разговаривали. На разговоры просто не осталось сил. Просто из последних сил, экономя каждую каплю энергии таскали камни.
Вдруг, когда Стефи была в противоположном от завала конце тоннеля, куда она относила очередной камень, они ощутили толчки и услышали отдаленные звуки взрывов.
Стены задрожали, камни вокруг них посыпались.
Стефи вскрикнула, судорожно оглядываясь и в панике посмотрела на Дэва.
— Что это? — испуганно прокричала она.
— Тьма, это взрывы! Мы на действующей шахте!
— Зачем они взрывают?
— Так крошат породу из которой потом добывают алмазы.
— Они еще будут взрывать? Нас же завалит еще больше!!
— Будут, если я правильно помню сегодня как раз назначены взрывные работы. Но если нам повезет они будут взрывать в другом направлении.
— Думаешь?
— Да, обычно взрывают по кругу, расширяя круглый карьер. Будем надеяться что взрывы пойдут в другую сторону. — повторил он — Ну а пока давай ускоримся.
Но не успела она подойти к завалу как раздались новые взрывы, на этот раз намного ближе предыдущих.
Их завал стало заваливать еще больше.
— Нееет, — в отчаянии закричала она и кинулась к полурасчищенному проходу, над которым они столько работали. — Нет! Нет! Только не это!
В своем отчаянии она не замечала, как огромные камни скатываются с насыпи в тоннель все больше и больше. Она вообще мало что видела, от слез.
Уже подбежав совсем близко она поняла свою ошибку, но было поздно. С самого верха, при повторном толчке, от стены отделился и полетел очередной камень. Она застыла, не имея сил тронуться с места, понимая что осколок летит прямо ей в голову и что ей вряд ли удастся это пережить.
И тут сбоку она ощутила сильный толчок и полетела в сторону, сбитая телом Дэва. В полете он умудрился перевернуться, чтобы быть внизу и она приземлилась на его тело, сверху, присыпанная мелкой крошкой камней. Стефи закашлялась от пыли, пытаясь что то осмотреть.
— Что нам теперь делать Дэв!?Теперь нам точно не выбраться, — почти плача произнесла она.
Но ответы не получила.
— Дэв? Дэв ты что? Ты в порядке? — лежа на нем она пыталась добиться от него какого-то ответа, но он не отвечал. Капитан был без сознания, лежа там где упал, оттолкнув ее. Она осторожно осмотрела его и нащупала свежую кровь на затылке. Он опять приложился головой! Учитывая его прежнюю травму это могло быть серьезно. Она приказала себе не рыдать, хотя из горла то и дело вырывались всхлипы.
Как могла она освободила его тело от камней и попыталась оттащить подальше от завала, опасаясь, что очередной толчок завалит его тело опять. Ей удалось передвинуть его упираясь в стену и напрягая все тело, но совсем чуть — чуть.
После этого она просто легла рядом с ним, обессиленная. Вот кажется и конец! Наверное ей надо было погибнуть еще в космосе на корабле гаргов. Для чего было это спасение, побег с Зоорге, любовь Дэва, если все сейчас заканчивается так бесславно. Она еще и Дэва с собой потянула. Если бы не она он не попал бы в эту ситуацию. Это все из — за нее! — занималась она самобичеванием. Отчаяние полностью поглотило.
Затем пришло смирение. Значит не суждено им прожить долгую жизнь вместе, родить детей и построить дом. Может хоть в следующей жизни Богиня даст им благословение быть вместе. Встав рядом с ним на колени и связь его руку в ладони она, опустив голову и закрыв глаза вознесла молитву Богине, прося не разлучать их.
Она молилась долго, вкладывая всю душу и последние силы в эту молитву.
И вдруг почувствовала ответ. Как будто что — то мягкое и родное коснулось ее сознания. Она вдруг ощутила такое спокойствие от осознания чьей — то заботы. И беспокойства! Беспокойства?
— Стефи! — вдруг услышала она в сознании. Стефи! — опять этот голос.
Это наверняка галлюцинации, сказала она себе, воздуха в тоннеле почти не осталось. Ей показалось.
Но голос раздраженно настаивал: — Стефи, где ты?
Не может этого быть! Заметались в сознании ее мысли. — Или может? Она боялась поверить. Этот голос, это родное сознание, это все было очень похоже на……. Бриони!!!
— Бри! — сухими потрескавшимися губами прошептала Стефи. Бри я здесь! — слезы покатились из уголков ее глаз, падая на пыльный пол и который сразу жадно впитал влагу.
— Бри я здесь! В тоннеле! В шахте! — она постаралась вложить все силы в ментальный крик. Она представила Бри перед собой, представила, что она зовет подругу и “крикнула” опять.
Промелькнуло изумление. Она и Бри, они, несмотря на их душевную близость, никогда не могли общаться ментально, как же сейчас Бри удалось “докричаться” до нее? У Бриони открылись новые способности? Неужели она….?
Но все вопросы позже, сейчас главное выбраться и вытащить Дэва из этого проклятого тоннеля.
Стефи постаралась наладить лучшую связь и чем больше она старалась тем отчетливее она слышала голос Бри.
— Капитан с тобой? — спросила Бриони
— Да, но он без сознания! Торопитесь!
— Не волнуйтесь, мы вас найдем! Ждите, мы уже близко!
И потянулись минуты, а потом и часы ожидания. Чувства Стефи метались от надежды на скорое освобождение, до отчаянных мыслей о том что их не найдут или найдут слишком поздно.
Она никогда не простит себе если Дэв погибнет из — за нее. Ведь если бы она не ринулась под опасный обвал, а он бы не кинулся ее спасать, он бы не пострадал опять, был бы в сознании, а не лежал бы сейчас беспомощным овощем.