Чтение онлайн

— И как его нужно было пройти? — в моей душе вспыхнула искорка надежды, что, может быть, есть способ пройти древний ритуал. Я должна попросить на это разрешения у госпожи Фригг. Вот только где мне найти ледяного дракона, если их перебили?

— Если подарить ледяному дракону свою невинность, он наделит даром заклятья, и жрица сможет создавать ледяные шары! Но теперь этот ритуал запрещен! — ответила валькирия и ускорила бег лошади вниз по склону.

Скорее, прочь отсюда. О том, что нужно прихватить с собой факел, никто из нас не подумал.

— Ах вот оно что! Абелон сказала, почему богиня Фригг постаралась истребить заклятье, этими шарами можно убить любого бога! — Я поспешила за хвостом белой кобылицы, мне хотелось поскорее покинуть дремучий лес. Днем я восхищалась им и не думала, что в сумерках он становится таким пугающим. Меня передергивало от каждой тени.

— Ну да! Что и сделал праотец Один, сражаясь с инеистыми великанами и их драконами, — с гордостью сказала Свава.

— А оборотни тоже были истреблены богами, да? — во мне проснулась поистине детское любопытство.

— Где-то я слышала легенду, что выжившая стая ушла далеко на вершины гор и живет теперь там. Но, скорее всего, это лишь слухи. Хотя кто знает правду, кроме самих богов!

— Абелон призналась мне, что больше не в силах распознать сущность оборотня. Может, потому что они еще существуют? — размышляла я. Ведь никто так и не осмелился проверить, выжили ли оборотни.

— Старуха в таком возрасте, что всего боится. Ее силы уходят, ей пора на покой, оттого она и ищет, кого обвинить в этом! — сказала Свава, и я поняла, что она не воспринимает старую жрицу серьезно.

Я задумалась над словами девы. Может, я ошибалась, но валькирии незачем врать. Да и позволила бы ей это честь? А вот в мудрость старой жрицы я начинала верить все меньше. Лукавит она со мной!

Наконец-то мы выехали на главную дорогу, ведущую к Медовому дворцу. В Тронхейме стремительно темнело, и окрестности быстро погружались в прохладный сумрак. Я с облегчением выдохнула. Без сопровождения воительницы я бы не справилась. Не верю, что в этом краю перевелись всякие чудовища и дикие звери.

Никто не хочет нарываться на копье валькирии. А может, дело вовсе не в ее копье…

Перед Медовым дворцом у костра толпились жители, молодые и старые, женщины и мужчины, все они с интересом уставились на нас с валькирией. И не спится народу! Хотя вечер был приятным. Солнце скрылось за ледяными горами, и оттуда спускалась прохладная туманная дымка.

На самом деле после прогулки по дремучему лесу я бы с удовольствием постояла у кострища, отведала жареного на прутьях мяса и крепкого меда. Послушала их байки о чудовищах.

Мы спешились и привязали лошадей к забору. Греющиеся люди не обрадовались нашему появлению.

— О-о-о, всем по домам, ведьма явилась! — громко воскликнула одна из женщин в толпе, и все поддержали ее недовольными воплями.

Я хотела спросить, почему они так набрасываются на меня, что я им сделала? Но мы со Свавой продолжили свой путь ко дворцу. Видимо, она даже не собиралась присоединяться к пьющим беднякам.

Тут внезапно одна из женщин преградила нам путь. Упершись руками в бока, она ткнула в меня грязным пальцем.

— Ты тут чужая, уходи, нам не нужна еще одна ведьма с небес!

— Отойди в сторону! — валькирия грозно посмотрела на пьяную женщину и отодвинула ее.

 Но это была ошибка. Из толпы выскочил огромный бородатый мужик с топором в руках. Более ужасной разрисованной морды с угрожающе горящими маленькими глазками я еще не встречала. Мне стало страшно, как никогда, и я спряталась за широкой спиной воительницы.

— Отойди, полумужик! — яростно прошипел бородатый в медвежьей шкуре, выставив напоказ свои крупные гнилые зубы. Воительница широко расставила ноги и напряглась, она стояла передо мной, как щит.

Мужик замахнулся на валькирию, но та оказалась быстрее. Правой рукой ударила его в челюсть, а коленом угостила в пах. Здоровяк согнулся, скривил от боли морду и взвыл, как раненый зверь.

Валькирия сосредоточилась, готовясь отпарировать следующее нападение. Женщины возле кострища развопились еще громче, а мужики подошли ближе, попивая свой мед.

Через мгновение из дворца вылетел Валди, и горланившие женщины тут же прикинулись испуганными.

— Что тут происходит? — крикнул он толпящимся и посмотрел на здоровяка, который все никак не мог собрать силы и встать.

— Ее сестра убивала наш скот! Как наш господин позволил явиться сюда еще одной? Чтобы и эта… — та же громко возмущалась грязная баба с длинным языком и в поношенном платье, не постыдившись самого предводителя дружины.

— Замолчи! — перебил ее Валди. — Кто еще раз посмеет тронуть вестницу, будет иметь дело со мной!

Пока главный дружинник успокаивал возбужденную толпу, мы поспешили ко дворцу. Воительница пропустила меня вперед.

— Не принимай близко к сердцу, твоя предшественница правда творила страшные вещи! — Свава хотела успокоить меня, но, увы, неприятный осадок остался. С одной стороны, их понять можно, они бояться, а с другой — разве можно обвинять того, кто еще ничего не совершил? Или они усомнились в решениях хэрсира?

— Но я-то при чем?

Я окинула взглядом пустой дворец в поисках господина. В кресле на возвышении, где он обычно сидел, никого не было. Наверное, развлекается с наложницей! Я не забыла, что должна была ему высказать за то, как нечестно они с Абелон поступили с эльфийкой.

— Та тоже была с Фенсалира и называла себя вестницей богини! — ответила Свава, взяв бутыль, налила нам меда. Стол был таким длинным, что начинался чуть ли не с порога и заканчивался в конце, возле входа в другую палату. Вдоль него стояли лавки, накрытые сшитыми шкурами. Валькирия протянула мне кружку и села возле большого очага, выложенного крупными камнями.

— Я предложила Абелон разобраться с Эстер, но она отказала, — повернулась я к воительнице.

Свава сидела, закинув ногу на ногу, и рассматривала щиты, которые украшали гладко обтесанные стены.

— А зачем она тебе, если ты сама можешь справиться с ней? — с явным удивлением спросила воительница.

— Я поняла, что только после своего посвящения смогу что-то сделать, — речь валькирии снова заставила меня задуматься над тем, не назло ли мне старуха выдумывает какие-то правила.