Чтение онлайн

Я решительно направилась к двери и яростно постучала, отчего дверь жалобно затрещала.

Едва я занесла руку для следующего удара, как дверь распахнулась и на нас удивленно взглянула безобразная старуха, всматриваясь в наши лица.

— Кто тебе это сказал? — ее пожелтевшие глаза сощурились, и все лицо превратилось в любопытную маску.

— Кристес Рот, — четко произнес Ланс едва дрогнувшим голосом.

Старуха, едва услышав это имя, тут же схватила меня за руку своими костлявыми пальцами и втащила в дом, Ланс поспешил за мной, и сумасшедшая тут же с силой захлопнула дверь, перед этим внимательно осмотрев улицу.

— Прошу прощения за такой прием, — прошептала старуха, и ее объял золотой туман.

Я раскрыла рот, позабыв о словах, которые хотела ей высказать. Перед нами в один миг предстала красивая женщина с длинными золотыми волосами и небесными глазами.

— Что…как… — я начала заикаться, не веря в происходящее. Куда делась отвратительная сумасшедшая старуха?

Женщина рассмеялась, и смех ее был прекраснее любой мелодии.

— Поговорим за чаем, прошу. Ведь вы здесь не просто так.

Ланс тоже был ошеломлен, но сразу же спрятал свои эмоции и учтиво улыбнулся.

Волшебница усадила нас за круглый стол в уютной кухне, которая сразу же наполнилась ароматом свежих трав и ягод. Она бережно и медленно наполняла изящные чашки ароматным чаем, рассматривая нас. Ланс проявлял максимум уважения и рассматривал убранство кухни, избегая взглядом Имельду. А я же наоборот будто прилипла к ней, пытаясь сопоставить образ сумасшедшей старухи и этой прекрасной женщины. Ее голубые глаза были наполнены чистотой и нежностью. Она двигалась изящно и грациозно, а волосы ее словно золото, рассыпались по плечам и сине. На губах играла искренняя улыбка, светлая кожа окрашена румянцем. Она была, словно ангел…Я подумала о том, что думал и чувствовал Кристес, смотря на эту женщину. Были ли они давними друзьями или кем-то большим? В ней было столько света и чувств, невероятно…

— Прошу простить еще раз за такой прием, знаю, вы шокированы, но это было необходимо…для безопасности.

— О чем вы? — Ланс не притронулся к чаю, сосредоточившись на собеседнице.

— Я знаю, что Кристес… — она запнулась, и на ее лице, на мгновение проявилась боль и тоска, но она быстро справилась с собой, добродушно поворачиваясь к магу, — пал жертвой Астерия и слухи о злодеяниях этого мерзавца быстро множатся. Многие маги, кто раньше входил в круг его друзей и друзей Кристеса предпочли уйти в тень. Никто не хочет прощаться со своей жизнью.

— Но разве Астерий угрожает кому-то еще? Насколько мне известно, он преследует только одну цель.

Ланс намеренно говорил расплывчато, будто прощупывая почву. И, несомненно, Имельда была не так глупа, она понимала, что пока не заслужила доверия.

— Говорят, он собирает вокруг себя приспешников, набирает все больше учеников, как будто готовится к чему-то…

Я чувствую тревогу и страх, которые медленно расползаются внутри, леденя кровь. С каждым шагом, что мы делаем вперед, Астерий делает четыре. Все, что мы узнаем набирает обороты ужаса. И что за чудовище прячется в оболочке могущественного мага?

— К чему?

— Не знаю, но тьма сгущается, мы все чувствуем это, будто наша магия взывает к нам, просит о помощи… — почти шепчет Имельда, будто боится, что ее кто-то услышит.

Ланс долго молчит, смотря в одну точку. Лицо его становится непроницаемой маской, за которой плескается жажда мести.

— Кристес привел нас к вам, чтобы вы помогли нам снять одну метку… — произношу я, прерывая тишину.

Имельда удивляется и озадаченно смотрит на меня. Я снимаю перчатку, показывая злосчастный черный глаз на тыльной стороне ладони.

— Отслеживающая метка… — констатирует Имельда. — Не думаю, что у меня получится, но я все же попробую помочь.

Женщина накрывает мою руку, обхватывая горячими пальцами. Закрывает глаза, и начинает шептать. Это заклинание проникает мне под кожу, обжигая. Я напрягаюсь, пытаясь справиться с нахлынувшей болью, стискиваю челюсть и зажмуриваюсь. Но когда боль нарастает, не могу сдержать крика. Кажется, будто в мое тело вонзаются ножи, а кровь течет обжигающей лавой по венам.

— Хватит, — умоляю я, и дергаюсь, пытаясь вырваться, из глаз брызжут слезы, и все начинает заволакивать пеленой боли.

— Имельда, — я слышу, будто сквозь толщу воды встревоженный голос Ланса и вмиг боль прекращается. Я отшатываюсь от женщины и падаю на пол, тяжело дыша. хватаюсь за грудь, сжимая в руке кулон, который нагрелся и теперь оставил ожог на моей коже. Я опускаю взгляд, но черный глаз так и мерцает на руке, будто упиваясь нашим бессилием. Я злобно рычу, стукая по деревянному полу кулаком.

— Не понимаю, зачем Кристес сказал вам прийти ко мне? Моя магия совсем слаба, я не в силах разрушить такое сильное заклинание.

— Он не просто так назвал ваше имя, — произносит Ланс задумчиво. Он явно озадачен и сомневается, было ли правильным прийти сюда, послушав бесплотный дух умершего?

— Может вы знаете кого-то, кто сможет помочь? Может это имел в виду Кристес?

Лицо Имельды было печальным и изможденным. Она потратила силы, пробудила в себе спящую магию, чтобы помочь мне, но ничего не вышло. Мои надежды на скорое избавление от этой проклятой метки рухнули, но я не хотела сдаваться. Пусть я боялась, страх парализовал меня каждый раз, когда я сталкивалась с опасностью, но еще он и вел меня дальше, грубо толкая в спину. Должен быть способ разрушить заклинание, ведь Астерий не мог быть всемогущ.

— Боюсь, я ничем не могу помочь, вы зря проделали этот путь, — Имельда тяжело вздыхает, в ее глазах светится вина, — если только…

— Что? — молниеносно оживаем мы с Лансом, одновременно выкрикивая слово.

— Есть один вариант, но…

Мы молчим, готовые к любому ответу, даже сердце замирает, я забываю, как дышать, когда Имельда произносит:

— Ковен ведьм. Там живет могущественная ведьма, у нее достаточно сил и знаний чтобы помочь вам. Ковен Хрустальных холмов самый древний в землях ведьм…

— Проклятье… — шепчет Ланс, запуская руку в серебряные волосы, и закрывает глаза.

— Что такое? Что за Хрустальные холмы? — я не понимаю, почему их лица выражают одинаковую безнадежность. О чем Имельда умолчала?

Голубые глаза Ланса, такие же светлые, как и у волшебницы, пристально смотрят на меня, будто он проверяет, справлюсь ли я с новой информацией.

Наконец его губы будто нехотя размыкаются, и он произносит:

— Это место не в нашем мире.

Глава 8