Чтение онлайн

Эту лицемерно-ханжескую набожность Евсения отмечала не раз, хотя бабка явно не была верующей, никогда не молилась и в церковь не ходила, но в нужные минуты часто приговаривала: «Господи, прости нас, грешных», а также заставляла Евсению до блеска протирать висевшие в темном углу иконы.

Наведение порядка в старенькой бабкиной квартире было главным и практически единственным занятием Евсении. Это было нелегко, так как бабка постоянно требовала – ходить по квартире с тряпкой и отмывать-оттирать все-все до блеска. Спать они ложились рано, чтобы «зря не жечь электричество», питались скудно – хлебом с солью да макаронами.

Правда, бабка все обещала научить Евсению шить и потом устроить ее в швейный цех на работу: «Будешь как кукла одеваться! Как принцессы, с тобой заживем!» Но то ли бабка по старости лет забыла свое мастерство, то ли сама никогда им и не владела, но научить Евсению шитью она так и не сподобилась.

Потом Евсения и вовсе стала ей в тягость. Поддержание в доме маниакальной чистоты тоже поднадоело Антоновне, она посчитала, что девушка больше проедает, чем зарабатывает, и поспешила сбагрить ее Бавалю.

Здесь ей тоже приходилось несладко, но все-таки относительно стабильно. Работать по электричкам требовалось ежедневно, без выходных. Это выматывало все силы. Вечером, поужинав, Евсения часто просто валилась на кровать, даже не будучи в состоянии ни читать, ни слушать пение беззаботного Гозело. Слава богу, что хоть от домашней работы она была освобождена: со всем управлялась Мирела с помощью Ратори. Иногда женщины привлекали и Чирикли, но та всякий раз старалась увильнуть.

Но сейчас было лето, и Евсения часто задумывалась о том, что с нею станется осенью и зимой, когда дачный сезон закончится и ее заработок в электричках оскудеет. «Работать» вместе с Чирикли ей очень не хотелось. Но выбора у нее не было…

В дальней комнате заплакал ребенок, послышалось успокаивающее баюканье Мирелы, а следом зазвонил будильник. Чирикли завозилась, недовольно нажала на кнопку и села на постели. Спрыгнула с кровати, попутно толкнув Евсению в бок, чтобы та не залеживалась.

Позавтракали они жареной картошкой, залитой яйцами, и отправились на станцию. Молча доехали до вокзала и разошлись, каждая в свою сторону. Начинался новый рабочий день, похожий, как брат-близнец, на все остальные…

Центр «Волга-спорт» сиял яркой помпезной вывеской, высвечивая выведенные наискосок на синем фоне буквы цвета морской волны. Сочетание синего и бирюзового было удачным, стильным и бросающимся в глаза. Центр занимал два нижних этажа в здании бывшего научно-исследовательского института в центре города.

Из раскрытых окон второго этажа неслась ритмичная музыка, перемежавшаяся с рекламными роликами.

«Латиноамериканские танцы! Хочешь так же обворожительно кружиться? «Волга-спорт»! Приходи, потанцуем!» – заманчиво звал женский голос.

«Хочешь так же классно танцевать хип-хоп? «Волга-спорт»! Приходи, потанцуем!» – задорно вторил ему мужской.

«Видимо, сотрудники «Волга-спорта» сами в восторге от своего центра, – усмехнулась я про себя. – Иначе логикой никак не объяснишь, зачем они гоняют эти ролики у себя же в помещении! На кого они рассчитаны здесь?»

Виталик не заставил себя долго ждать и подкатил к зданию центра на серебристом «Хендае Гетце» без пятнадцати семь, как мы и договаривались. Он улыбнулся мне и спросил:

– Ну, как продвигается расследование?

– Согласно намеченному плану, – с ответной улыбкой сказала я, не вдаваясь в подробности. – Давай все-таки пройдем внутрь. Значит, твоя задача – представить меня как свою знакомую, которая хочет заняться чем-нибудь интересным, но пока не знает, чем. В центре ведь не только с фитнесом работают, правильно?

– Правильно. Есть еще шейпинг, сквош, гимнастика, даже женская группа по самообороне.

– Вот я там и буду разгуливать, все осматривать, всех доставать расспросами и строить из себя скучающую мажорную дамочку, которая сама не знает, чего хочет. А тебе следует всячески поддерживать этот мой имидж и знакомить меня со всеми, кто имел хоть какое-то отношение к Марианне. Задача ясна?

– Ясна! – с готовностью кивнул Черкасов и решительно двинулся к дверям центра.

Я видела, что эта игра – во всяком случае, для него она была таковой – его увлекла. Ему было интересно поиграть в детектива. Но и ладно, я даже рада была, что со вчерашнего дня он заметно приободрился и перестал кукситься. Необычность ситуации захватила его, предстоящая деятельность помогла отбросить прочь хандру.

«Уж не знаю, насколько высок будет коэффициент полезного действия этой деятельности, – подумала я в стиле своей излюбленной тавтологии, – но все же, пусть помогает мне. Это лучше, чем дома страдать. Да и мне все-таки сподручнее здесь околачиваться в качестве знакомой Виталика».

Мы поднялись на второй этаж, пройдя мимо охранника, которому Виталик мило улыбнулся. Тот молча кивнул, не задавая вопросов, и вскоре мы направились по коридору к одному из залов.

– Женщины занимаются здесь, на втором этаже, – пояснил Виталик, – а мужчины – на первом.

Направо от зала находилась раздевалка, и я остановилась на полпути, решив, что пока что не стоит входить туда и лишаться общества Виталика, ведь он может мне обрисовать со стороны, кто здесь кто.

В этот момент из раздевалки навстречу нам выплыла длинноногая красавица лет двадцати, с копной рыжих волос, завитых в спиральки и распущенных по спине. Она была в фирменном белом топе и обтягивающих спортивных черных лосинах с лампасами на бедрах.

Красавица сразу же узнала Виталика, и лицо ее выразило радость. Затем она увидела меня, и в глазах ее мелькнуло что-то похожее на удивление. Однако виду красотка не подала, шагнула с улыбкой нам навстречу и, обратившись – как мне показалось, демонстративно, – к одному лишь Виталику, кокетливо пропела:

– Приве-ет, какие люди! Ты все-таки решился прийти? Молодец! А я уж думала, больше не придешь. Ты пропустил уже несколько занятий.

– Были причины, – хмуро ответил Черкасов и запоздало добавил: – Привет, Алена. Ты отлично выглядишь.

– Спасибо! – довольно-таки крупный рот девушки расплылся в широкой улыбке. – А вот по тебе не скажешь. Что-то закис ты совсем, зашорился…

– Говорю же тебе – есть причины! – раздраженно повторил Черкасов и повернулся ко мне. – Вот, кстати, познакомься. Это… Татьяна, – на секунду запнувшись, представил он меня. – А это Алена Гриценко, она как раз в группе с Марианной занималась.

– Здрась-те, – процедила Алена, медленно окидывая меня придирчивым взглядом с головы до ног. – Оч приятно.