Чтение онлайн

В художественной культуре Санкт-Петербурга регламентация касалась пока только самого дорогостоящего искусства – архитектуры. Она проявилась в идее регулярности: 1) строительство домов по красной линии; 2) сплошной фасад улиц, что давало огромную экономию стройматериалов за счет общей стены соседних построек; 3) разработка типовых домов, интерьеров, мостовых, фонарей, оград; 4) запрещение деревянного строительства в центральной части столицы; 5) запрещение каменного строительства в других городах. С 1709 г. органом, осуществлявшим регламентацию в Санкт-Петербурге, была Канцелярия городовых дел (с 1722 г – Канцелярия от строений) под руководством Ульяна Акимовича Сенявина. Она отвечала за планировку и строительство жилых домов, казенных и общественных зданий Санкт-Петербурга, Екатерингофа, Котлина, Стрельны и Дубков. К 1722 г. бюджет Канцелярии составил более 162.500 руб. [4] , что по тем временам являлось огромной суммой. Обер-комиссар Канцелярии имел помощников, делопроизводителей, канцеляристов, переводчика. Ему непосредственно подчинялись архитекторы Д. Трезини, Г. Киавери, Н. Гербель, И. Браунштейн, И. Ферстер, С. Ван Звиттен, мастера по дереву, мрамору, плотники, кузнецы, садовый мастер [5] . Полномочия Канцелярии городовых дел были не шуточны. Один из братьев Левенвольде вымостил булыжником улицу перед своим домом и уплатил за посадку деревьев. Но, в связи с новой планировкой улицы, дом его снесли. О какой-либо компенсации, разумеется, не могло быть и речи. Со временем подобную власть получили и другие учреждения. Так, Адмиралтейство имело право разбирать для своих нужд полати и лавки в домах населения.

Кубок «Большого орла». Копия. Высота 57 см

В области литературы и театра, контроль носил исключительно идеологический характер. Феофан Прокопович требовал запретить царям на сцене «давать нелепые советы, вопить по-бабьи, ребячески сердиться, буянить, словно пьяницы, выступать как хвастливые женихи, разговаривать подобно ремесленникам в мастерских или мужикам в кабаках».

Для упрочения регламентации требовались не только методы принуждения, но и поощрения. Зародилась система государственных наград. В 1698 или 1699 г. был учрежден первый русский орден – св. Андрея Первозванного. Его первым кавалером был генерал-адмирал Ф. А. Головин. В 1706 г. за победу при Калише впервые было произведено массовое награждение медалями. В 1711 г. возник первый женский орден – св. Екатерины. Он был учрежден в честь жены Петра Великого – Екатерины Алексеевны, сыгравшей решающую роль в переговорах на Пруте, когда русская армия во главе с царем Петром оказалась на грани гибели. Она же и стала первой дамой, награжденной этим орденом, за то, что в качестве аванса за мирный договор передала Великому визирю все имеющиеся при ней драгоценности. Визирь за это был приговорен к смертной казни, но помилован султаном и вскоре тайно удушен.

Однако до конца ХVIII в. ордена не имели четко определенного статуса и формы. Они рассматривались как материальная ценность и дополнительно украшались владельцами бриллиантами, жемчугом и золотом.

Медаль за победу при Калише. 1706. Бронза

Орден св. Екатерины. 1780-е

Если процесс обмирщения культуры завершился в основном к концу Петровской эпохи, то Просвещение и регламентация были присущи всей русской культуре ХVШ – первой четверти XIX века. Петровская эпоха стала лишь первым этапом их развития.

Русское искусство ХVIII в., как и вся европейская культура, характеризовалось одновременным сосуществованием и взаимным влиянием трех художественных систем: БАРОККО, КЛАССИЦИЗМА и РЕАЛИЗМА.

Система барокко возникла в ХVI в. на волне контрреформации, как католическая реакция на гуманизм эпохи Возрождения. Ренессансной вере в богоравность и безграничные возможности творческой личности барокко противопоставило идеи ничтожности человека перед Богом, покаяния, мученичества за веру, религиозной экзальтации, неизбежности смерти. Этими идеями проникнуты живопись Эль Греко, святые и Мадонны Э. Б. Мурильо и Х. Риберы, пластика Л. Бернини, скорбные фуги И. С. Баха.

Эль Греко. Благовещание. 1608–1614. Х., м. Мадрид. ЧС

Мурильо Э. Б. Вознесение мадонны. 1670-е. Х., м. ГЭ

Адриан ван Утрехт. 1642. Vanitas. Х., м. ЧС

Таким представляется земной Мир в одноименном стихотворении поэта немецкого барокко Гофмансфельда. Таким же он предстает в испанских, голландских и немецких натюрмортах («vanitas»), где среди разнообразных предметов, символизирующих радости земной жизни, имеется череп – предостережение «memento mori».

Освоив достижения искусства Возрождения, мастера барокко преобразовали их в собственный стиль. Его отличала масштабность, торжественность, внутренняя и внешняя экспрессия, высочайшее техническое мастерство. Формы, линии, ракурсы, мелодии барочных произведений поражают роскошью и богатством фантазии, тягой к ярким контрастам. Поэзия барокко вычурна, насыщена манерными метафорами и аллегориями. Строки рифм нередко составляют на листе форму креста, ромба или бокала. Живопись, особенно монументальная, отличается контрастными тонами, волнующей тревожной светотенью, головокружительными ракурсами, Музыка и балет лишены строгой соразмерности составляющих частей и допускали контрастное сочетание в одном произведении элементов комедийных и «высоких» жанров. Ведущим видом искусств вновь, как и в эпоху средневековья, стала архитектура. Архитектурному мышлению барокко присуще стремление к большим масштабам, асимметричным композициям, дорогим строительным материалам, причудливому декоративному изобилию.

К концу ХVII в. сложилось несколько типологических вариантов барочного искусства. В художественной культуре католических стран – Италии, Испании и ее Латиноамериканских колониях по-прежнему преобладали величественные католические соборы, библейско-евангельские сюжеты, погребальные сцены, темы мистических видений, религиозного экстаза и мученичества за веру, а также образы детей – олицетворение чистоты и безгрешности. Интерьеры католических соборов, их позолоченные алтари работы Л. Бернини, Ф. Борромини, братьев Чурригера и Азам потрясают фантастической роскошью, неисчерпаемостью пластических форм и декоративных мотивов.

Борромини Ф. Церковь Сан-Карло. 1634–1637. Рим

Бачиччо. 1707. Апофеоз Ордена Францисканцев. Х., м. Рим. Базилика Санти

Бернини Л. 1624. Интерьер Базилики св. Петра. Ватикан

Во Франции и Фландрии в условиях «просвещенного» абсолютизма барокко приобрело придворно-аристократический характер. Ведущими архитектурными жанрами здесь были городской и загородный дворец, общественное здание. Не уступая в роскоши католическому барокко, фламандская и, особенно, французская архитектура отличалась большей логикой, симметрией, ориентацией на античную ордерную систему. Полотна Рубенса и Пуссена воспевали радости земных наслаждений, материальное изобилие и красоту реального мира. Лирическая поэзия, излюбленные музыкальные жанры, живописные аллегории и мифологические сюжеты имели светский, нередко – эротический контекст.

Параллельно формировалась альтернативная художественная система – классицизм. Своим героическим пафосом, апологией верноподданнических (с середины ХVIII в. – гражданских) чувств, канонами и строгой иерархией жанров он идеально соответствовал политике регламентации абсолютных монархий. В творчестве величайших представителей французской культуры ХVII в. – архитектора А. Ленотра, живописца Н. Пуссена, композитора Ф. Куперена, поэта Ж. де Лафонтена принципы барокко и классицизма настолько переплетены, что развести их едва ли возможно.

Рубенс П. П. 1638. Шубка. Портрет Елены Фоурмен. Х., м. Вена. Историко-художественный музей

Йорданс Я. Пир Бобового короля. Х., м. Брюссель. Королевский музей

В «пограничной зоне» между католической и придворно-аристократической моделями барокко находилось искусство Западной и Южной Германии, Австрии, Саксонии и Польши. Художественная культура последней оказывала сильное влияние на Украину и, через нее, – на Россию.

Бенуа А. Н. 1906. Версаль. Б., гуашь. Тверь. ОКГ

Пуссен Н. 1650–1655. Аркадские пастухи. Х., м. Париж. Лувр

Аркадия в греческой мифологии – страна абсолютного счастья. Безмятежные пастухи на лоне прекрасной природы однажды нашли гробницу, на которой прочитали надпись: «Я тоже жил в Аркадии». Художник мастерски передает эмоциональную реакцию каждого из них. Античный сюжет, уравновешенная композиция, сдержанный колорит, четкий, как на античном рельефе, рисунок, скульптурная выразительность поз позволяют считать эту картину шедевром французского классицизма XVII в. Однако все эти черты подчинены центральной барочной идее: “memento mori”.