Чтение онлайн

– А это не может подождать до того момента, как мы остановимся? – спросила художница, и ее глаза начали наполняться слезами.

– Будет лучше, если сделаем это на ходу. Остаточные следы магии будут так менее заметны, – Эстебан поднял тонкую руку, показывая выцветшие татуировки. Сведения обо всех заклинаниях, которые он когда-либо претворял в жизнь, отправлялись к властям через заклятие на его татуировках.

– Вы ведь маг голоса, верно? Что…

– Тихо, – Эстебан сосредоточился на запястье Брайер, и его взгляд затуманился. Маг ткнул пальцем в ее плоть, ведя вниз линию по наиболее опухшему участку. После этого он сделал глубокий вдох и запел.

Маги голоса пели не всегда. Слова обладали великой силой, и многие практикующие маги довольствовались тем, что выкрикивали инструкции и ожидали от магии подчинения. Рэднер, маг голоса с прилизанными волосами, который вместе с шерифом Флинном появился на пороге дома Брайер, был одним из таких магов. Он полностью отделил слова от красоты.

В своей прошлой жизни Брайер знала магов голоса, которые работали в разных стилях, однако ни у кого из них не было настолько же красивого и печального голоса, как у Эстебана.

В звучащей песне отсутствовали слова, лишь плавная череда слогов, которые лились из горла мага в убаюкивающем припеве. Всего за несколько секунд синяки и порезы на теле Брайер исчезли вместе с накопившейся усталостью. Высокие и низкие ноты сменяли друг друга в самой прекрасной мелодии, которую Брайер доводилось когда-либо слышать. Голос Эстебана был настолько завораживающим, что художница едва заметила, как порванные связки на ее запястье срослись вместе.

Весь лес затих, слушая песню мага. Птицы умолкли, и даже ветер будто бы застыл среди листвы. Когда голос мага постепенно смолк, на лицах остальных воров расплылись безмятежные улыбки, а глаза Лью блестели от слез. Брайер была не единственной, кто ощутил красоту и магию песни.

– Ну что? Сойдет? – спросил Эстебан, и его обычный голос прозвучал более хрипло, чем обычно.

Брайер пошевелила запястьем, не почувствовав даже намека на боль.

– Идеально, – сказала она. – Ваша работа великолепна! Когда вы…

– Не вздумай снова свалиться откуда-нибудь. Мы не можем позволить себе оставлять следы рядом с нашей главной целью. Если что-то случится в будущем, будешь ходить с травмами, – Эстебан ударил пятками своих искусно отделанных сапог по бокам лошади и оставил Брайер позади.

– Не обращай на него внимания, – сказал Нат, занимая место рядом с Брайер. – После заклинаний он всегда не в духе. Говорит, это отнимает у него много сил. – Мальчик глубоко вдохнул лесной воздух, и его лоскутная куртка натянулась на его округлых плечах. Нат улыбнулся Брайер своими кривыми зубами. – А я вот чувствую себя просто потрясающе.

Остальные тоже выглядели более энергичными, как будто в песне было так много целительной силы, что ее хватило не только на одну травму. У всех членов банды исчезли синяки под глазами, как исчезла и царапина, которую Брайер приметила вчера на щеке Ната.

Брайер не могла не позавидовать магу голоса. Каким бы ворчливым он ни был, Эстебан обладал настолько сильной магией, что она казалась почти осязаемой. Ну почему Брайер не родилась с таким же талантом к исцелению или хотя бы со способностью писать не очень понятные, но точные пророчества, как это делали предсказатели судеб? Почему она умела только разрушать?

Нат пустил лошадь рысцой и направился к Лью, стараясь держаться подальше от Эстебана. Старый маг сгорбился в седле, став похожим на сердитого стервятника в дорогих сапогах.

– Он хорош, да? – спросил Арчер, ровняясь с Брайер. Его расстегнутая куртка цвета индиго была накинута поверх поношенной белой рубашки. Юноша ехал на том же гнедом жеребце, что и вчера. Это был конь с длинными ногами и с пятнышком на лбу, которое выглядывало из-под гривы.

– Я никогда ничего подобного не слышала, – сказала Брайер. – Откуда он?

– Я нашел его в таверне в Меловом Порту. Он довольно долго бродяжничал, и, если мне не изменяет память, ему нужен был человек, по чьей указке он мог бы действовать.

– И как он помогает вам воровать?

Арчер подмигнул ей.

– Скажем так: Эстебан знает больше одной песни. Но из-за лицензии мы должны с осторожностью пользоваться его силой.

– Есть ли способ избавиться от лицензии?

– Я не знаю ни одного, – Арчер посмотрел на нее; его непослушные светлые волосы развевались на ветру. – Полагаю, ты не можешь проклясть его татуировки таким образом, чтобы они исчезли?

Брайер нахмурилась. Ни она, ни ее родители никогда даже не задумывались о том, чтобы получить лицензию, поэтому Брайер в принципе знала про татуировки магов немного. Художники проклятий редко работали прямо на человеческой коже, ведь их жертвы обычно не сидели неподвижно достаточно долгое время.

– Я подумаю об этом. Мне кажется, такого вообще никто никогда не делал.

– Не похоже, что тебя это может остановить, – Арчер улыбнулся. – Тебе нравятся сложные задачки, разве нет?

– Зависит от гонорара.

Улыбка Арчера стала шире.

– Вот это другой разговор. Мне кажется, мы с тобой в скором времени найдем общий язык.

Дружная шестерка (семерка, если считать пса Шерифа) двигалась через лес по хорошо знакомому шайке воров маршруту, выбирая скрытые дорожки и оленьи тропы, чтобы не быть замеченными на главной дороге. Их пункт назначения – Грязерынок – находился на окраине леса в трех днях пути от деревушки Спэрроу и Хрустальной реки.

Лес полнился щебетом птиц и шорохом, которые издавали скрытые в зарослях лесные обитатели.

Душная жара, свойственная концу лета, иногда сменялась прохладными порывами дыхания приближающейся осени. Лью, время от времени, отделялся от группы, низко натянув широкополую шляпу на рыжие волосы, и возвращался с тушками белок и кроликов, которые запасал к ужину. Он также собирал грибы и орехи, чтобы разнообразить рацион, наполняя в течение дня мешок, висевший у него на седле, а ночью все это закидывал в котелок. Все в шайке по очереди несли дежурство, чтобы вовремя заметить погоню или крупных животных, бродящих в темноте.

Банда Арчера была не совсем такой, какой Брайер ее себе представила в тот момент, когда юноша возник у нее на пороге и грозился в случае отказа сдать ее шерифу. Девушка внимательно наблюдала за всеми во время их трехдневного путешествия. Судя по всему, ее спутникам нравилось находиться в обществе друг друга и вести приятные беседы, проходя через лес.

Брайер старалась не поддаваться духу товарищества. У нее не было за душой даже одной-единственной баночки с краской, и в окружении незнакомцев девушка чувствовала себя незащищенной. Воры казались ей довольно дружелюбными, но Брайер была уверена, что они, в самом деле, перережут ей глотку, если только она посмеет перейти им дорогу. Каждую ночь девушка спала на самом краю лагеря и была готова в любой момент в случае опасности сорваться с места и бежать без оглядки. Брайер понимала, что внимания властей ей будет проще избежать, находясь среди членов шайки, но это было лишь до того момента, пока она не обзаведется новыми красками.