Чтение онлайн

– Да, хорошо! Будет очень красиво! – она восклицает и приступает к рисованию. – Возьми еще розу, вон там, на столе. – Дейз махает рукой в сторону вазы.

– Мне кажется, я выгляжу глупо! – Итан смеется.

– Ну-ка! Не порть мне композицию! – ворчит она, но как бы по – доброму,а не со злостью в голосе.– Ты увидишь, насколько ты красив! – ее тон сменяется плавной речью. – Мой первый натурщик, был немного похож на тебя, но его лицо не было настолько красивым, фактурным, словно…словно шедевр! Мне кажется, я уношусь в то время, будто мне снова 17 и я прохожу практику, рисуя свое первые шедевры. – Дейз на секунду прикрывает глаза.

– Я думал тебе 18! Наверняка ты врешь и так оно и есть!

– О,нет мой дорогой! Мне уже давно не восемнадцать, не льсти!

– Но это правда, особенно сейчас. Без макияжа ты такая юная! И когда я увидел тебя в том платье и этих прекрасных желтых колготках, то сразу подумал – ей восемнадцать! Ну максимум девятнадцать.

Он ни капли не пытался ей польстить. Все, что он говорил – было самым искреннем, самым настоящим.

– А – а! – она замотала головой. – Посмотри на руки. – Дейзи вытягивает кисти вперед. – Я постоянно в краске, ну вернее мои руки, у меня никогда нет маникюра и я забываю мазать руки кремом. Будь мне 18,они бы не были в настолько плохом состоянии. – она улыбается, немного с грустью, но это все еще улыбка. – Мне двадцать пять, если хочешь знать, но я ни о чем не жалею, я готова идти на все, чтобы рисовать!

– Твои руки красивые! – Итан прикрывает глаза. – А знаешь почему? Потому что они творят волшебство и они настоящие. Ты настоящая, ты не пытаешься скрыть то, что есть.

– Наверное ты прав… – она пожимает плечами, не отрываясь от рисования.

– Не хочешь прийти ко мне на матч в выходные? – выпалил он, слишком долго собираясь это сказать.

– Я уж думала ты никогда не спросишь! – Дейз звонко смеется и запрокидывает голову. – Конечно хочу!

– Я ведь могу послать водителя за тобой? – смущенно и тихо говорит он.

– Ни одного вопроса больше! – она прикладывает палец к губам. – Ты можешь все. Я думала мы стали друзьями, а друзья не спрашивают друг друга о таких простых вещах.

– Точно! – Итан тихо смеется. – Обещаю, будет здорово, я покажу зрелищную игру!

– Я ни за что не сомневаюсь в тебе! Ты ведь ты во мне тоже? – она поворачивает мольберт к нему, чтобы показать эскиз. – Что скажешь?

– Не знаю, что сказать! Это поразительно! – он широко открывает глаза. – Не смей больше никогда говорить плохо о своих руках! – Итан был поражен, насколько красивым он может быть ее глазами. Возможно ее руки и в правду были волшебные.

– Тогда я начинаю писать! – утвердительным тоном проговаривает Дейз и начинает разводить краски на старой палитре. – Видишь сколько тут засохшей краски, но я не расстанусь с ней, пока смешивать цвета станет уже совсем невозможным! Каждый цвет, каждый бугорок – это история. Моя история. Подкури сигарету, пожалуйста. – резко затараторила она, сменив плавный тон. – Они в тумбочке, вон там и зажигалка тоже.

Она рисовала руками, по локоть измазанными в краске, а он положил ей тонкую сигарету между губ и Дейз почувствовала, словно ток по ногам.Итан поднес зажигалку и их глаза встретились, что – то странное произошло между ними, что – то настолько интимное, но без прикосновений. Сакральное, необъяснимое, будто под ребрами у обоих, что – то вспыхнуло, разом и резко. Но ей показалось, что он был немного испуган и она не стала его мучить. Дейз резко отвела глаза в сторону, вдохнула дым и снова продолжила рисовать.

– Спасибо… – шепчет она и улыбается.

Он вернулся и на пару минут в воздухе зависла тишина. Эта сцена была слишком неловкой для них обоих.

– Я люблю снег! – пытаясь разрезать неловкую тишину, выкрикнула она.

– О, я тоже обожаю снег и Рождество люблю еще! Здесь не так много снега, но можно слетать в любую точку мира, чтобы насладиться этим, мы с семьей часто так делаем.

– Мечтаю поиграть с тобой в снежки! – Дейзи вновь смеется.

– Если ты останешься надолго, то мы сможем – это устроить! Представь, что мы с тобой проснулись, где-нибудь в Финляндии. В снежное, рождественское утро и поехали кататься на собачьей упряжке. – он запрокидывает голову и звонко смеется. – Но сначала открыли свои рождественские подарки, я обожаю это! Самое приятное – это знать, что под елкой ждет какой – то сюрприз, а знаешь, что еще приятнее? Готовить их самому. Так прекрасно смотреть на человека, который с трепетом и горящими глазами разворачивает сюрприз, подготовленный специально для него.

– Ох, Итан я умею мечтать! Снежная финляндия и два лучших друга, что может быть лучше? – Дейзи улыбается. – Для меня никто не готовил сюрпризов. – она отрывается от холста и тупит взгляд в пол.

– Для тебя я бы положил под елку все подарки мира. – ему сложно было найти слова для ее грустного взгляда, поэтому он просто сказал то, о чем подумал. Его фразы становились такими же искренними, как и мысли, когда он находился рядом с ней.

– Я ничуть в этом не сомневаюсь! – она поднимает взгляд на Итана и улыбается. – Я любила в детстве мультфильм "101 далматинец". Так вот, однажды родители мне положили под елку кружку с их изображением, там был Понго, Пэдди и вся их семья. – она снова опускает глаза и откладывает кисть в сторону.– Я была рада, очень рада, ведь это был мой первый подарок на Рождество и уже последний, как оказалось. – глаза Дейзи начинают понемногу краснеть, но она изо всех сил пытается перекрыть ход слезам. – Я обхватила ее двумя руками и побежала на кухню, чтобы налить туда хоть что – то, хоть чертову воду! – ее голос становится надрывным.– И я споткнулась, потому что бежала очень быстро и споткнулась об край ковра. Забавно, правда, всего лишь край ковра. Кружка вылетела у меня из рук и раскололась на сотни мелких частичек. Я плакала, очень долго плакала, из-за того, что так и не смогла использовать свой подарок, из-за того, что мои любимые герои оказались всего лишь кучкой осколков и от того, что мать сильно побила меня отцовским ремнем за это, говоря: "Больше ты не заслужишь ни одного подарка! Никогда!". – Слеза скатывается по красной щеке Дейзи, но она тут же утирает ее рукой, сделав вид, что ее это вовсе не тревожит. – С тех пор я решила, что не достойна ни одного подарка в этом мире! – она поджимает губы и разводит руками.

– Я… – к горлу Итана подступил ком и он никак не мог найти слов, чтобы ответить.

Он никак не мог подобрать фразу, которая облегчит ее боль. Но разве это было возможно? Разве слова смогли бы излечить израненную душу ребенка? Ясно, что нет. – Мне очень жаль, что так получилось, но я просто хочу чтобы ты знала одно: всех на свете подарков, ленточек, коробочек и счастливых рождественских праздников – ты достойна. Достойна больше, чем кто-либо.

– Спасибо! – уголки ее губ приподнимаются и Дейз в упор смотрит на него. – И извини, я просто расчувствовалась, прежде со мной такого не случалось.

– Нет, все в порядке, все хорошо. Ты можешь говорить со мной обо всем и.. Я всегда найду место в сердце для твоих историй, а вернее все мое сердце в твоем распоряжении. – "Вот черт, что ты болтаешь! Какое сердце? Я будто признаюсь ей в любви, но ведь это не так, а если так, если я… Нет, она мне нравится, ужасно нравится, но только лишь. – твердит он в своих мыслях, смотря, как она передвигает кистью по полотну, на ее сосредоточенный взгляд и тонкие пальцы, волшебные тонкие пальцы.– Боже, как она красива!"

– Ты нашел нужные слова…

Больше не было пауз в их диалоге, неловких моментов или еще чего – то подобного. Они снова говорили, как и в прошедшие два дня. Обо всем. Будто друзья, которые знакомы уже тысячу лет.

– Я закончила! – спустя несколько часов выпалила Дейзи и начала отклеивать малярную ленту от мольберта. Она прихватила листок пальцами и села рядом с Итаном. – Ну вот уж этот рисунок я тебе не отдам, он будет на моей выставке!

– Как красиво! Я выгляжу так… – он не мог подобрать слов, губы ссохлись, а дыхание начало прерываться.

Она сидела так близко, а рисунок был таким прекрасным, что даже его ладони начали потеть от волнения.

– Так волшебно! – шепчет она.

– Потому что ты волшебница!

Их глаза снова встретились и тишину больше не могло разрезать ничего, ни одно чертово слово! Их лица находились, так близко к друг другу, что было слышно дыхание, ососбенно в полной звенящей тишине. Это был странный, неловкий, но ужасно прекрасный момент. Она дотянулась до его губ и они слегка соприкоснулись, став влажными и налитыми кровью. Это было сложно назвать страстным поцелуем, скорее всего это было краткое прикосновение губ, которые лишь на одно мгновение задержались друг на друге.Итану хватило этого мгновения, чтобы почувствовать их вкус и понять, что даже это прикосновение было таким желанным.