Чтение онлайн

— Мира, — Ян постучал, игнорируя звонок.

Интересно, откроет или нет? Если нет, то он выбьет нахрен эти ветхие доски.

За дверью послышались шаги, нет, он точно их слышал. Тихие, практически невесомые.

Но у него на них была особая чуйка.

Сколько раз, в соседней квартире, он прислушивался, напрягал свой слух до совершенного Абсолюта? Сейчас так же.

— Открой, или я снесу ее к х*ям собачьим, — прямо в щелку проговорил он, стараясь, чтобы голос звучал как можно грозно.

Чтобы она поняла, что он ни хрена не шутит.

Когда он еще вот так вот отчаянно добивался разговора с девчонками? Да даже в школе не было.

Это все было похоже на какой-то гребанный бред.

Мантра о том, что ему глубоко на нее плевать, что пофиг на факт ее перепихона с другим, не работала. Хоть Ян и сам просил об этом. Хотел этого.

— Я выношу ее, — достаточно громко и четко произнес он, прикладываясь плечом к двери.

Все раны, которые так тщательно зализывались, тут же отдались резкой болью.

Да плевать, главное, что дверь хорошо встряхнуло. Ян прикинул, что пару таких встрясок и замок будет вырван с мясом.

— Ты в своем уме? Соседка сейчас ментов вызовет, — Мира выглянула и Ян облегченно вздохнул.

Что ж, и доски и ребра, сегодня будут в целостности и сохранности.

— Ты за меня сейчас больше волновалась или за дверь? — он протиснул букет, который слегка пострадал от удара.

— Плевать я на тебя хотела, — фыркнула она, и скрылась в коридоре.

Ян последовал за ней, так же тупо держа перед собой цветы.

— Ненависть тоже пойдет. Иногда, это чувство намного сильнее и весомее, чем простая влюбленность.

— Влюбленность? — Мира усмехнулась, вытаскивая из пачки, сигарету, — у меня даже этого никогда не было по-нормальноб. Казалось бы, зрелый, мужественный. Как за каменной стеной. Заменит и мужа, и отца, и друга. Станет всем и сразу, заполнит микровселенную.

Ян сел рядом, только на пол. Вина ощущалась и смотреть сверху не хватило мужества.

— Я не просил. Я предложил. Ты согласилась. Ты со-гла-си-ла-сь. А теперь, обвиняешь меня во всех грехах, и даже больше.

— Я испугалась, когда увидела тебя. Избитого, в крови. Да я бы душу продала любому, кто взял, лишь бы все было хорошо. Что уж говорить о теле. Тело это вообще пустяк, — Мира затянулась, скуривая практически полсигареты разом.

— Так и есть. Ты все правильно говоришь. Пока ситуация находится под вопросом — я живой труп. Пока живой. Это временно. И мне нужна была твоя помощь. Близкие люди должны ведь помогать друг другу? Ну вот такой я… Мне нужна неправильная, искаженная помощь, — Ян поморщился, от того, что приходилось произносить и самому было мерзко.

— Близкие? — Мира с сарказмом изогнула бровь, — подкладывать своих близких, под извращенцев, — о, это очень достойно. Достойно какого-нибудь галимого артхауса.

— Окей, давай я набью ему морду? — Ян встал с пола, — отъ*башу его за то, что он, ну, не оправдал твоих ожиданий. Ты наверное надеялась, что это будет весело, смешно, и кайфово. Думала, искупаешься в деньгах, он покатает тебя на пони и поцелует в макушку?

Ян обхватил спинку стула, пристально заглядывая в глаза Миры.

— Хватит, — она отвернулась, — все нормально. Я дала ему свой номер, думаю, он позвонит в ближайшее время. Все идет по плану.

— Где твои вещи? — Ян провел рукой по влажным волосам.

Хотелось задать совсем другой вопрос. Узнать поскорее, что ей не понравилось. Но этот вопрос костью стал в желудке, разворотив его.

— Дмитрий Николаевич оказался достаточно страстным, — пожала плечами Мира и немного приоткрыла халат, демонстрируя синяки на груди.

— Сука, — он сжал зубы до скрипа, ощущая, как закипает, — вот же сука!

— Никаких пони и поцелуев в макушку. В этом ты прав, — она устало улыбнулась, и попыталась вернуть на место халат, но Ян перехватил ее руки.

— Больше не пойдешь к нему. Забудь все, что я говорил. Я лучше сдохну, чем еще раз дам ему это сделать.

Его рука поползла ниже, обхватывая мягкую грудь.

Черт, хотелось изорвать ее в клочья за то, что она согласилась это делать. Трахать ее еще жестче, еще грубее, чтоб перекрыть его синяки своими.

Наказать ее.

Наказать себя.

— Ну уж нет. Это моя вендетта. Моральная компенсация за то, что он сегодня со мной сделал. Моя месть будет еще более извращённой, чем его предпочтения в сексе. Пусть молится, чтобы я не подкинула ему крысиного яда. Ему бпподопод эта смерть.

— Тебе нужно сменить жилье. Ты должна привести его к себе домой. А еще лучше, познакомить с мамой. Это обезоруживает. Заставляет быть серьезнее и нести ответственность. Да и он в любом случае, в скором времени, захочет узнать, где ты живешь. Как и все остальное о тебе. Если конечно, у него серьезные планы, а не просто…

Ян не закончил предложение, потому что и сам хотел верить, что гребанный кусок дерьма, увлекся девчонкой.

— Мы обедали вместе. В халатах, — Мира улыбнулась, вспоминая, как на них смотрел персонал ресторана, но сказать ничего не мог, — мой топ пострадал, а новое платье еще не привезли. Я сказала, что хочу обедать в рестике, и он поддержал меня. Это было забавно. Он отложил одну важную встречу, что бы успеть доесть со мной десерт. Мне захотелось клубничного варенья, а его не было в меню. Ну знаешь, как в детстве. Мороженое и варенье. Не всякие там муссы и джемы. Митя сказал, что и слышать ничего не хочет, и через полчаса, мы уже уплетали консервированные ягоды, с мороженым.

— Как ты его назвала? — Ян прищурился, казалось, что он ослышался.

— Митя. Он попросил так называть.

— Митя. Прекрасно. Ты просто умница, — он нежно коснулся ее щеки.

— Почему не сто? — Мира метнула взгляд на розы.

Первый букет, который ей преподнёс Ян. Конфетно- букетного периода у них не было, сразу последовал постельный, и начинать его уже было слегка поздновато.

— Это все что было, — честно ответил он, упираясь лбом в ее живот.

Вот так, стоя на коленях. Беззащитный и откровенный.

Сорвал покрова, оголил чувства.

— Сколько их тут?

— Двадцать семь.

Двадцать семь роз. Ровно столько бы ножевых, Мира бы всадила Диме прямо в сердце. Ровно столько бы контрольных, произвела в голову Яна.

— Мне кажется, я постарела за эти две недели. Не выросла, не повзрослела, а именно постарела… Лет на двадцать. Стариков не слушают, кода они говорят, что чувствуют, как их скоро не станет. Вот и мне кажется, что я тоже самое чувствую. — Мира отрешенно погладила Яна по волосам, — мне кажется, я умру скоро. Мне бабушка сегодня опять снилась, — слезы брызнули из глаз. — Опять. Который день подряд. Я вижу как она лежит в гробу, в белом платье, испачканном, некрасивом, я касаюсь ее холодной руки, она открывает глаза, и смотрит на меня осуждающе. Как будто обижается за то, что я и на похоронах не была, и на могилу ее не пришла ни разу. А потом встаёт, и на кучку земли показывает. Вокруг кладбище необъятное, венки, памятники, надгробия, а она на кучку земли скрюченным пальцем тычет. Ни креста на ней ни таблички. Травой поросшая и корнями вздыбленная, я ближе подхожу, и проваливаюсь.